Религиозные экстремисты. Самир Сельманович

Тот факт, что у нас нет определенности, приходящей вместе со всеми ответами о Боге, имеет явные и очевидные недостатки. Но благодаря Богу, которым нельзя распоряжаться, мы обретаем существенное преимущество: никто не может действовать именем Бога.

Друг детства, вместе со мной принявший веру, после четырех лет отчаянных попыток признался, что не способен оставаться в любви с Богом: «Порой мне хочется, чтобы Бог приковал меня к Себе цепями». Интересно, что Ветхий Завет, Новый Завет и Коран не пользуются подобными образами, описывая отношения человека с Богом. Мы не посажены под замок, не скованы и не заключены Богом. О принуждении не может быть и речи.

Но многим людям все-таки недостает цепей. Они боятся, что оставят Бога или что Бог оставит их, и вместо того, чтобы стремиться к динамичным, исполненным любви взаимоотношениям с Богом, хотят стать Его рабами. Их внутренние цепи выкованы из воображаемых определенностей, порожденных страхами — си­стемой убеждений, которая автоматически исключает все другие убеждения прямо пропорционально тому, насколько эти другие убеждения отличаются от собственных.

Существует широкий спектр способов, которыми люди по­клоняются определенностям о Боге. На одном, менее на­сильственном конце этого спектра — люди, которые глубоко озабочены целостностью своей религии, богословия, бого­служений и традиций, потому и выступают хранителями всех этих ценностей. Они воспринимают свою систему убеждений как симфонию, которую требуется не испол­нять, а обуздать, как сложное, но управляемое музыкальное произведение, охватывающее все, что можно знать о Боге. Вместо того чтобы наполнять свою душу музыкой, эти религиозные дирижеры тратят уйму сил и средств, чтобы контролировать оркестр своих убеждений и обычаев. По­глощенные и зачастую изнуренные разговорами о Боге и своей религии, они перестают слушать музыку. Возлюблен­ный желает играть, танцевать, целоваться и обмениваться ласками, а они слишком заняты управлением оркестром и партитурой. Каждая лишняя нота, каждый пропущенный такт, каждая незавершенная часть, каждый незапланированный звук, каждый новый инструмент, каждая импровизация в жизни человека или религиозной общины вызывают страх, что симфония выродится в какофонию.

Но на другом, более насильственном конце спектра поклонения определенностям, связанным с Богом, обнару­живается еще более серьезная проблема: те, кто боится, что сомнения и неопределенность станут источником ненависти к себе. Им слишком трудно выдержать динамические и неопределенные отношения с нами, другими человеческими существами, и с Богом. Поскольку откровения Божьи и явлены, и скрыты и поскольку доверие и сомнения, пере­плетенные в ткани жизни, представляют для этих людей угрозу, их привлекают действия, с помощью которых они рассчитывают избавить веру от неопределенности. И дают волю разрушению. Акты насилия стали способом подтолкнуть себя из неверия через порог парадокса веры к определенности и категоричности, свойственным разрушению. Смерть — для других и для себя — предпочтительнее неопределенности. Так как этим людям не дает покоя собственное существо­вание, они присваивают себе прерогативу Бога — творить или отнимать жизнь. Эти поклонники определенности не владеют фундаментальным религиозным учением о взаимо­зависимости всего живого. Уничтожение других приводит к уничтожению самих себя. Отстранившись от образа Бога в себе, они действуют под влиянием ненависти к себе.

Таким образом, люди, которых мы называем «религи­озными экстремистами», не очень-то религиозны и даже вообще не религиозны. (Я не причисляю к ним тех, кто доходит до крайностей в целях физического, эмоционально­го или культурного выживания, реагируя на грабительские методы глобальных рынков.) Наоборот, они превращаются в то, что сами презирают. Их преданность делу — зер­кальное отражение преданности недумающего потребителя. Готовность взорвать себя ради доступа к земным благам не выражает ничего, кроме вожделения к эксклюзивным «товарам и услугам», только в этом случае «товары и услуги» будут небесными, а не земными, а их поставщиком считают Бога.

Однако символика и метафорический язык религии предполагают приглашение к чудесным отношениям с Богом, к отношениям, подкрепленным как известным, так и неизвестным. Вера просит нас войти в историю любви. С Возлюбленным мы можем естественным, подлинным и абсолютным образом претендовать на то, чтобы Бог внес определенность в нашу беспорядочную жизнь. Хотя любовь с Богом вряд ли обеспечит нас абсолютными знаниями о Нем, она безраздельно завладеет на­шими сердцами. Наша жизнь полностью преобразится — настолько кардинально, что нам придется прибегать к языку превосходных степеней, чтобы рассуждать о ней.

Мы говорим о нашем Возлюблен­ном как о «единственном» и «полном и окончательном», потому что связь с Возлюбленным ощущается цели­ком, а не частично. Таким образом, наш конфессиональный язык любви естественно и неподдельно превосходен. Иначе и быть не может. Сплетаясь в этих объятиях, недостаточно уверять любимого, что он или она «замечательные». Мы воспринимаем своего Возлюбленного как «величайшего», «единственного», и так далее.

Но так называемые религиозные экстремисты ничего подобного не делают. Они отвергают глубочайшие учения своей религии о Боге не потому, что они любят Бога, а потому, что не любят. Бесконечные нюансы подлинных отношений с Богом невыносимы для них, поэтому им при­ходится выдумывать низшее божество, к которому можно обращаться в актах разрушения.

В своем лучшем проявлении религии учат нас любить жизнь, несмотря на неопределенности. Люди, уничтожаю­щие себя или других именем своей религии, на самом деле не знают, как любить и быть любимыми. Вот почему, как это ни парадоксально, их не может остановить ничто, кроме любви. В таком случае мне непонятно, почему мы называем их «религиозными экстремистами». Отсюда следует, что они — религиозные «тяжеловесы». А кто же тогда люди, которые от­важно и смиренно живут, несмотря на сложности и вопросы без ответов, посвящают всю свою жизнь служению другим людям, страдают от несправедливости, даже становятся ис­тинными мучениками (их вынуждают страдать), бросают вызов культуре насилия и находят способы изменить мир, не разрушая его? Неужели — «легковесы»?

Иоанн, — вероятно, пер­вый мистик христианской церкви и автор четверто­го евангелия, — в своем послании пишет о Боге особенно необычным об­разом. Вместо того чтобы пересыпать свои слова о Боге отрицаниями, сравнениями, контрастами, метафорами и другими лингвистическими ухищрениями, позволяющими осторожно приблизиться к концепции Бога, Иоанн предпринимает страстную попытку напрямую высказаться о том, кто есть Бог.

«Возлюбленные! — пишет он. — Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога, и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога; кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь… Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем». Иоанн отождеств­ляет Бога с любовью, помещает Бога в каждого, кто любит, а каждого любящего — в Бога. Почувствовав склонность новорожденной религии занимать позицию единственной хранительницы Бога в мире, Иоанн, настаивая, что «любовь Божия к нам открылась» в том, что Бог послал нам Иисуса, выходит за рамки христианских представлений о значении слова «Бог» и связывает скрывающуюся за ним реальность со всем человечеством.

История вселенной — это история любви. Нас обнимает мать, когда мы еще малы, обнимают любимые, когда мы взрослеем, обнимают дети, когда мы стареем, но кто бы нас ни обнимал, опекун, друг или добрый незнакомец, мы воспринимаем историю вселенной. И всегда обнимает Бог.

Мою жажду определенности не утолило сидение на старой скамейке в раздумьях о Боге. Я продолжал желать Его прикосновения. И Он коснулся меня. Потому я и остался верующим! Мое неосуществленное стремление к Богу слаще любого другого исполнившегося желания.

«Это все о Боге»

Share

Обама приводит к власти исламистов И ПОМОГАЕТ ПОБЕЖДАТЬ ЗЛУ

http://cursorinfo.co.il/
Если Джимми Картер вошел в историю, как “президент, потерявший Иран”, то Барак Обама – как “президент, потерявший Турцию, Ливан и Египет”. Такой приговор вынесла американскому лидеру израильская газета “Гаарец” на фоне беспорядков в Египте. Издание отмечает, что в годы президентства Обамы рухнула система союзов США на Ближнем Востоке.
Период Обамы во многом похож на период Картера: он также возглавил страну в период экономического кризиса, и также после неудачных войн. При нем также ощутимо ослабление глобальной мощи США. В отличие от Картера, боровшегося за права человека ценой потери союзников, Обама осторожнее: он не обнимается с неприятными ему лидерами, но и не критикует слишком резко тех, кто могут пригодиться Вашингтону.
Обама начал свое президентство с турне по Турции, Саудовской Аравии и Египту. В речах, произнесенных в Анкаре и Каире, он заявил о принципиально новых отношений между США и мусульманским миром. Когда он выступал в Каирском университете, Мубарак не появился рядом с ним, а Обама не упоминал его, но и не говорил о необходимости демократических перемен, как его предшественник Джордж Буш.
Обама сосредоточил усилия на Ближнем Востоке, безуспешно пытаясь возродить мирный процесс и прекратить строительство еврейских поселений в Иудее и Самарии. Неудача заставила его переключиться на другой проект – предотвращение войны между Израилем и Ираном.
В том, что касается Египта, Обама оказался перед дилеммой изначально: он был солидарен со сторонниками демократии в арабской республике, а не с пожилым диктатором. Однако держава – не движение по защите гражданских свобод. В ее интересах – сохранять отношения с лидерами-союзниками и поддерживать их в трудном положении – иначе в американскую поддержку перестанут верить другие союзники США. По этой причине Обама был с Мубараком до тех пор, пока не стало ясно, что беспорядки вышли далеко за пределы акций протеста, и речь идет о революции.
“Совершенные “улицей” перевороты в Тунисе и Египте показали, что Америка может не так уж много, когда необходимо спасать союзников от гнева подданных”, – заключает издание. По его прогнозам, теперь Обаму будут обвинять в том, что он вовремя не поддержал и не приблизил к себе нужных США лидеров египетской оппозиции.
В свою очередь американскому президенту осталось лишь ждать, пока уляжется буря, а затем налаживать отношения с новыми лидерами Ближнего Востока. Вероятнее всего, в Египте не придут к власти те, кто, как исламские революционеры в Иране, порвут отношения с США. Египту подходит некто, похожий на премьер-министра Турции Тайипа Реджепа Эрдогана – кто будет вести собственную политику в регионе, не поступаясь связями с Вашингтоном.

Share

Божественный мрак. С.В. Посадский

Божественный мрак — понятие апофатического богословия, выражающее недоступность Бога для обычных человеческих способов познания.

Понятие «Божественный мрак» имеет библейские истоки. Оно приходит из Ветхого Завета, согласно которому восхождение Моисея на Синай увенчивается встречей Бога во мраке, а также восходит к словам псалмопевца «мрак сделал покровом Своим» (Пс. 17:12). Вместе с тем все ветхозаветное богословие ясно указывает на предел человеческого познания Сущего, нисходящего к человеку в непроницаемом облаке, среди огня (Исх.19:21), утверждает, что нельзя видеть Бога и остаться в живых (Судей 6:22; 13:22; Исайя 6:5 и др.). Ветхозаветный образ Моисея, приближающегося к Богу в Синайском мраке, становится у святых отцов излюбленным образом непознаваемости Божественной природы в доступном для человека опыте.

В «Ареопагитиках» путь апофатического познания Бога уподобляется восхождению Моисея на Синай в сретение Богу. Подобный путь есть путь «отрешений» от всего сущего, ведущий к божественному мраку. Христианское подвижничество здесь сравнивается с искусством ваятеля, который должен отнять все, что скрывает статую в глыбе материала, раскрыв ее сокровенную красоту.

Утверждаемый св. Дионисием, путь «отъятия всего сущего» претворяется в непостижимое соединение с Богом, обожение. Вступление в «таинственный мрак незнания» увенчивается непередаваемым человеческим языком мистическим познанием, которое несообщимо другому человеку, ибо осуществляется сверхмысленным и сверхсловесным образом по действию благодати. Поэтому божественный мрак становится «мраком пресветлым».

В мистическом созерцании человеку открывается Бог, по слову св. апостола Павла, «Единый имеющий, бессмертие, Который обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может» (1Тим.6:16). Таким образом, Божественный мрак становится неприступным светом. «Божественный мрак есть тот неприступный Свет, в котором живет Бог» (св. Дионисий Ареопагит).

Письмо Дорофею диакону
Дионисий Ареопагит


Божественный Мрак – это тот неприступный Свет, в котором, как сказано в Писании, пребывает Бог. А поскольку невидим и неприступен он по причине своего необыкновенно яркого сверхъестественного сияния, достичь Его может только тот, кто, удостоившись боговедения и боговидения, погружается во Мрак, воистину превосходящий ведение и видение, и, познав неведением и невидением, что Бог запределен всему чувственно воспринимаемому и умопостигаемому бытию, восклицает вместе с пророком: “Дивно для меня ведение Твое, не могу постигнуть его”. Точно так же и божественный Павел, о котором в Писании сказано, что он познал Бога, постиг, что мышление и ведение Его превосходит все сущее, вот почему он и говорит, что пути Его – неисповедимы, суждения – непостижимы, дары – неизреченны, а мир Его – превосходит всякое разумение; таким образом, познав Того, Кто превосходит все сущее, превосходящим мышление разумением он постиг, что Бог, как Причина всего сущего, запределен всему сущему.
Письмо Гаю монаху
Дионисий Ареопагит

Мрак исчезает при свете, а тем более при ярком свете; незнание изгоняется познаниями, а тем более большими познаниями. Понимая эти слова в самом прямом, а не в переносном смысле, убежденно утверждай, что стремящимся к познанию света и сущего недоступно неведение Бога; что этот запредельный Мрак Его скрывается при любом свете и затмевает любое познание. И если кто-либо, увидев Бога, понял то, что он видел, – не Его он видел, а что-либо сущее и познаваемое; Бог же в Своем сверхъестественном бытии превосходит ум и сущее, и потому вообще не есть ни что-либо познаваемое, ни что-либо существующее, а существует сверхъестественно и сверхразумно познается. И в заключение: полное неведение и есть познание Того, Кто превосходит все познаваемое.

Share

Выступление Хиллари Клинтон. Америка “сдает” Египет!

Дьявол продолжает наступление по всему миру. Всё большее и большее число людей становятся под его чёрные пиратские знамёна, где кости, череп и полумесяц. Хилари Клинтон в своей новой слепоте продолжает продавать христианские ценности цивилизации тёмным и примитивным силам. В этот раз она продала Египет.
Когда-то, когда Хилари Клинтон была просто женой президента Америки, в трудные для неё минуты, я попросил её две недели не читать газет, не смотреть телевизор, а только читать Библию. По её письмам, я понимал, что она это исполнила. Это подтвердил и сенатор Марк Хетфильд. И ей это, тогда помогло. Сейчас я хотел бы снова повторить эту просьбу, но знаю, теперь это не поможет. Я вижу, как и почему она отошла от Того, Кому приносила боль и одиночество сердца. Ну что ж, согласно политической логике это понятно, она должна стоять с президентом на одной позиции. А его позиция находится очень далеко от Христа. Тогда я обращался к ней, как к сестре в Господе. Сейчас я этого сделать не могу.
Майкл (Михаил) Моргулис

Выступление Хиллари Клинтон. Америка “сдает” Египет!

Государственный секретарь США Хиллари Клинтон выступила с речью, в которой выразила отношение своей страны к событиям в Египте. Но напуганные египтяне напрасно ждали от нее слов правды: вот сейчас, в эти минуты, радикальный ислам пытается свергнуть очередной умеренный арабский режим и взять власть в 80-миллионной стране. Вместо этого прозвучало другое.

Хиллари Клинтон заявила, что США “встревожены и обеспокоены” тем, что происходит в Египте. Она подчеркнула, что египетский народ “имеет право выразить свое мнение” и призвала египетские власти отменить, как “антидемократические”, такие меры, как введение комендантского часа и введение ограничений на распространение информации в Интернете.

В тот самый момент, когда демонстранты в Египте поджигали полицейские машины и брали штурмом здание министерства иностранных дел, Хиллари Клинтон призвала “обе стороны” всемерно воздерживаться от насилия и разрешить кризис мирным путем. Ни словом не обмолвившись о двусмысленной роли нобелевского лауреата Мухаммеда Эль-Барадея, который пытается сыграть роль “светского аятоллы” Хомейни и погреть руки в пламени подожженного оппозиционерами-исламистами египетского костра, она заявила, что события в Египте показывают, насколько там “назрели демократические реформы”, и выразила надежду, что такие реформы скоро будут проведены, не уточнив, кем.

В подобном духе выступили сегодня и лидеры большинства стран Евросоюза – те, кто вообще счел возможным, не опасаясь реакции мусульман своей страны, сказать что-то внятное. Среди всех выделялся Тони Блэр, который открытым текстом заявил, что власть в Египте должна, наконец, смениться. В свете всего этого выступление Хиллари Клинтон приобретает оттенок недвусмысленного послания для мусульманских стран. Не случайно, первым телеканалом, который транслировал ее выступление от начала до конца, стал телеканал “Аль-Джазира”.

Больший вес могло бы иметь только выступление Барака Обамы. Но он пока отмалчивается. Как передали из службы администрации президента, ему, для подготовки его выступления, передан 40-страничный аналитический документ обо всем, что происходит сейчас в Египте.

Share

Созданная в сердце Европы индустрия смерти была направлена против всего человечества

26 января — Международный день памяти жертв Холокоста. В послании по этому поводу Генеральный директор ЮНЕСКО Ирина Бокова заявила, что созданная в сердце Европы индустрия смерти, направленная на методическое уничтожение еврейского народа, затронула все человечество.
«По прошествии более 65 лет после Второй мировой войны память о Холокосте по-прежнему актуальна. Наши более глубокие знания об этом явлении не ослабляют, а усиливают чувство ужаса», — сказала Ирина Бокова.

Она отметила, что в этом году ООН решила отметить смелость женщин, проявленную во время Холокоста. В этой связи Ирина Бокова отметила, что в штаб-квартире ЮНЕСКО совместно с Мемориалом Шоах в период с 24 января по 1 февраля 2011 г. пройдут две выставки, одна из которых посвящена дневнику Элены Берр — уникальному свидетельству молодой француженки, жестоко вырванной из жизни общества потому, что она была еврейкой.

«Отдается не только дань памяти жертвам — этот исторический долг касается всех ныне живущих людей. Память о Холокосте и возмущение, которое он вызывает, должны подкрепляться знанием истории, поскольку и сегодня пробелы нашего сознания используются для разного рода манипуляций», — сказала Генеральный директор ЮНЕСКО.

26 января ЮНЕСКО в сотрудничестве с Постоянным представительством Израиля и Мемориалом Шоах провела в своей штаб-квартире в Париже церемонию памяти жертв Холокоста.

В церемонии приняли участие Шломо Венециа, итальянский писатель, переживший заключение в лагере смерти Аушвиц-Биркенау. Прозвучал отрывок из дневника студентки Сорбонны Элены Берр, который она вела с апреля 1942 по февраль 1944 года, пока ее не арестовали и не отправили со всей семьей в Аушвиц.

Share

КНИГА О НЕФОРМАЛЬНОМ ВЕРУЮЩЕМ. Владимир СОЛОДОВНИКОВ

К великому сожалению, в т.н. “христианских” книжных магазинах бывшего СССР довольно трудно найти, действительно, душеполезные книги на русском языке. Даже если таковые и есть, то их попросту не видно среди навязчивого глянца переведенных заокеанских “нетленок”, созданных столпами однополярной эрзац-культуры. Разве что иногда промелькнут эпигон-опусы местного разлива, принадлежащие неумелому перу раболепствующих аборигенов.
И, тем не менее, на этом, казалось бы, безысходно-рутинном фоне возникают необходимые верующему русскоязычному читателю глубокие, воистину духовные и высоко профессиональные произведения. Изданные, как правило, скромными тиражами, они способны вдохновить на самоотверженное христианское делание и даже – на подвижничество в условиях отечественного пост-модерна.

К этим книгам вполне можно отнести сборник “Sandr Riga. Nonfiction”, вышедший в начале текущего года в Латвии и посвященный лидеру неформального экуменического движения в СССР, узнику совести, прозаику и поэту, художнику и философу Сандру Риге.
Сандр Рига – настоящий властитель дум, внимательный собеседник о. Александра Меня и Иоанна-Павла II, Григория Померанца и Зинаиды Миркиной. Он – подлинный ценитель прекрасного во всех его проявлениях и одновременно – аскет, далекий от ханжества и “благочестивого” словоблудия. Официальщина, пафос, раздувание щек, выпячивание губ – что так популярно нынче, например, у российских христианских вожаков – чужды Сандру, как таковые. Искренность, честность, принципиальность и прочие добродетели выстраданы им в многолетнем духовном борении, в том числе – и с самим собой, они вымолены им у Всевышнего Творца и укреплены в застенках, они прошли через горнило разочарований, расставаний, смиренного созерцания и умного делания.
По его биографии вполне можно изучать историю современного христианства, причем, в нюансах, которые неизвестны даже маститым авторам популярных учебников, предназначенных студентам богословско-миссионерских вузов.
В сборнике “Sandr Riga. Nonfiction” содержатся некоторые документы, связанные с гонениями, которые Сандр Рига претерпел от советской власти в 80-е годы минувшего века, а также статьи тех людей, которые пытаются осмыслить его воистину уникальный духовный путь, путь осознания усмотренного Богом Церковного Вселенства. Многие из авторов – довольно хорошо известны в христианских кругах современной России. Все они в той или иной мере пробуют рассказать об искреннем исповедничестве Сандра, которое вряд ли возможно изложить в традиционно-сусальном житийном стиле. Ибо С. Рига – живой символ прибалтийской богемы 60-х и одновременно+ один из первых московских неформалов (не ряженных, а настоящих!). Даже сегодня – не взирая на уже почтенный возраст – его вряд ли можно назвать “героем вчерашних дней”. В 2001 году, будучи в столице независимой Латвии, я услышал присказку:
– “Что делает Сандр?
– “Он украшает Ригу!”
Этот каламбур построен на псевдониме Сандра, идентичном имени его родного города. Любопытно, что со временем псевдоним стал фамилией.
На правах человека, который лично знает Сандра, смею заметить, что он украшает не только древний город на Даугаве, но и+ современное христианство. Да, “неформатный”! Да, не “святоша”, поучающий каждого встречного и поперечного направо и налево! Да, взыскующий Истины и Красоты тогда, когда многие уже все нашли и+ закоснели в тупой самодостаточности.
Не случайно о. Всеволод Чаплин назвал Сандра РЫЦАРЕМ, который посвятил себя “одной единственной цели – следовать за Христом, общаться с близкими по вере и духу людьми, молиться вместе с ними и проповедовать о Боге+”[1] Наталья Трауберг, размышляя о его экуменическом сообществе, заметила: “Дух, царивший у Сандра, был именно тот, по которому узнают учеников. Люди радовались друг другу, в Боге радовались. Однако писать такие вещи – опасно, они мгновенно покрываются сахаром. Поэтому писать о них не стану”.[2]
На излете брежневского “застоя” христианская община, созданная С. Ригой и объединяющая верующих самых разных деноминаций, подверглась репрессиям. Особую обеспокоенность власть имущих вызывал Сандр, проповедовавший о необходимости единства всех христиан. “+и тогда, – как пишет Ирина Языкова, – блюстители порядка решили, что безопасности ради следует объявить его сумасшедшим и отправить на БЕССРОЧНОЕ лечение в спецпсихбольницу+”[3] (в этом контексте стоит заметить, что нынешние ревнители “церковной чистоты” и борцы с “экуменией” чем-то поразительно напоминают бдительных дяденек с Лубянки – Прим. Авт.). В “доме скорби” Сандр сумел – по милости Божией – сохранить и свои убеждения, и здоровье, которые подвергались изуверским воздействиям советской карательной психиатрии. В 1987 году – благодаря международной христианской солидарности – Сандр вышел из застенков. Его служение продолжилось. Опубликовано уже несколько изданий исповедальной книги С. Риги “Призыв”, которая пользуется огромным успехом у мыслящих христиан. В известной степени, “Призыв” может быть дополнен и сборником “Sandr Riga. Nonfiction”.

[1] Sandr Riga. Nonfiction. R., 2011. C. 131.
[2] Там же. С. 80.
[3] Там же. С.46.

Пастор Владимир СОЛОДОВНИКОВ, профессор Духовной Академии Содружества Евангельских Христиан России (СЕХР)

Share

Проснувшийся вулкан может уничтожить две трети США

Большая часть американского континента может стать непригодной для жизни.
Гигантский спящий вулкан под Йеллоустоунским национальным парком в штате Вайоминг, США, в ближайшие годы может проснуться – впервые за последние 600 тыс. лет, сообщает журнал «Вокруг света» со ссылкой на газету Daily Mail. Если это произойдет, последствия для Америки и для всего мира могут быть катастрофическими.
Раскаленная магма под поверхностью гигантской кальдеры – воронки вулкана, занимающей больше половины территории национального парка, – начала подниматься еще в 1928 году. Однако в последние годы ученые заметили резкое увеличение скорости этого поднятия: это может означать, что вулкан готовится извергаться.

У ученых пока недостаточно данных, чтобы судить о том, будет ли извержение. Но если оно все же произойдет, последствия могут быть катастрофическими. Вулканический пепел выпадет в радиусе 1 000 миль (свыше 1 600 км) вокруг слоем толщиной в 10 футов (3 метра), сделав две трети территории США непригодной для жизни.
Миллионы людей при этом будут вынуждены покинуть свои дома, а авиасообщение в Северной Америке из-за гигантского облака пепла будет надолго парализовано. Конечно же, столь масштабная катастрофа не сможет не отразиться на жизни всей планеты.


КОММЕНТАРИИ МИХАИЛА МОРГУЛИСА
Что это, дети мира, дети Божьи? Может быть, это предупреждение всем, что время, предназначенное нам, заканчивается? Что задача, которую перед нами поставил Творец – невыполнена? Что мы не научились любить и сострадать? Что мы не поняли Божественную жертву в Иисусе Христе? Что мы научились у Творца придумывать великие технологические штуки, но души наши остались на том же грубом и низком уровне? Так что же это, дети мира и дети Божьи? Вы видите, как планета теряет свои привычные качества, как меняется температура, как рокочет небо и идут безумные дожди, как снег заваливает города и сёла, как жизнь человеческая становится абсолютно обесцененной, как разводятся миллионы мужчин и женщин, как антибиблейские и античеловеческие уродливые браки мужчин с мужчинами, а женщин с женщинами, становятся обычным явлением. Что ради своих удовольствий мы приносим в жертву любовь, дружбу, детей, близких. Но лихорадочно живущий мир интуитивно чувствует, что время выплаты долгов наступает. Он уже близко. Давным-давно я писал об этом:

СУД

Наступит день, я думаю, что скоро,
Придёт за всё единственный расчёт,
Настанет Суд, и праведный, и скорый,
И каждому Судья предъявит счёт

Записано там всё, не сомневайся,
Всё зло, что мы успели совершить,
А там хоть плачь, и мучайся, и кайся,
За всё придётся жизнью заплатить

Не жизнью, что мгновения короче,
Которой в мире грош всегда, везде,
А жизнью, что дают лишь Божьи очи,
Той жизнью, что в Рождественской Звезде

Той жизнью, что зовётся нами вечной,
Где нет греха, где счастье и любовь,
И за которую, Он тихо и сердечно,
Пролил Свою Божественную кровь

И потому, пред этой жизнью новой,
Мы все пройдём Его честнейший тест,
И нас рассудит быстро и сурово
Его Святой, политый кровью
Крест!

Меня спросят, так что же делать? Я вспоминаю притчу, когда у мудреца спросили: Когда надо каяться? – За день до смерти! Так мы же не знаем, когда умрём?! Вот поэтому, каяться перед Богом надо СЕГОДНЯ!
Возможно, это ответ для всех нас. Может быть только после глобального покаяния, Творец и Господь, по милости Своей спасёт нашу землю и нас.

Михаил Моргулис. Флорида 28 января 2011 года от Р.Х.

Share

ЗВЁЗДНОЕ ЗАТМЕНИЕ. Марина Борщевская

К нам на сайт пришло письмо со Святой Земли, в котором напомнили, что сегодня, 27 января отмечается день Холокоста. Написала письмо Марина Борщевская, поэтесса, сотрудник отдела поэзии того легендарного журнала “Новый мир”, который достать нельзя было, только за переплату или по блату. Сама Марина удивительный поэт, умеющая смеяться сквозь слёзы. А какой дар есть выше этого? Нам ко дню Холокоста она прислала своё эссе-статью о другой поэтессе, знающей Холокост не понаслышке – Нелли Закс. Эта спасшаяся от крематория женщина кровоточила стихами об умерших, о б ушедших, о звёздах, буквах Торы, об улетающих цадиках, напоминающих летающих людей Шагала.

Читайте эти строки медленно, они не очень просты. И вспоминайте, и поминайте…

Михаил Моргулис

Кусок  ночи

Разглаженный  руками…

Тот кусок ночи, который ей достался, она разгладила своими руками, слезами , поцелуями, вопрошаниями…

Тьма рождения, тьма смерти, потерянные концы и начала, жесткая перестрелка причин и следствий,  клетка  времени,  узкая, острая  полоска  между  нельзя  и можно,  между  35  и  37 , –  шаг вправо,   шаг влево –  лед, пламень, смерть: жуткое земное  царство.  Сначала  убивают  младенца-теленка, сдирают с него кожу,  еще, может быть, теплую  от  ласки  материнского языка, а  потом  эту  кожу  сдирают еще раз –  с ног любимого:  перед  тем,  как его  убить. Музейные горы  обуви, горы  волос, ветошь… Смерть косит всех:  всех существ, все вещи, все отношения  –  исчезающая Вселенная, но люди хитроумно помогают смерти, изобретают способы убийства других людей, возводят печи, бросают туда детей, женщин, мужчин…

Есть образы, резко просвечивающие сквозь плоть и дух самой жизни, самой человеческой  истории.  Когда  посредине ХХ века  в сердце  просвещенной Европы запылали печи,  в которых  днем и ночью  сжигали евреев, дым и пепел видело и ощущало  множество свидетелей. Они торопились по своим конторам, к своим  детям, они играли на  воздухе в карты, некоторые шли в церковь, стояли на коленях перед алтарем, некоторые плакали о муках  Спасителя.  Они вдыхали  запах гари,  копоть – частички человеческого пепла, застревали в розовых тканях их  легких. Они дышали смертью, а думали, что это касается  совсем не  их.

…Если бы не случилось того, что случилось, Нелли Закс наверняка  бы осталась одним из тех безвестных миру одиноких духоплавателей, чье глубокое присутствие,  в общем человеческом бытии зримо и ведомо одному только  Господу Богу.  Но случилось то, что случилось. Небо рухнуло  –  и всё было погребено: европейский гуманизм, родные и близкие, довоенная, до гитлеровская Германия.  Откровение безмерной гибели человека объяло всё и снесло всё: будущее, настоящее, прошедшее, буржуазную идиллию начала жизни на вилле отца, берлинского фабриканта, детство с розами и ручною домашнею ланью в обнимку, лучшую в мире музыку на кончиках пальцев, танцы среди паркетов и люстр, окно в сад , сказки, книги…

Детство все же вернулось к ней – фея и принц  спасли её от неминуемой  гибели. Бла гословенная   Сельма Лагерлёф при содействии шведской  королевской семьи в мае 1940 вырвала её из самого пекла: из Германии Нелли Закс и её престпрелая мать бежали в Швецию. Там на чужбине, в Стокгольме, прожила она  до 1970 – до дня своей смерти.

Судьба Нелли Закс, человека и художника, действительно  овеяна страшной сказочностью,  ни на что не похожа – подлинность всегда обескураживает.

Воспитанная, как принято, на мировой культуре, Нелли Закс как бы не считала себя. еврейкой. Она читала  Бхагаватгиту, тянулась к древним источникам мудрости – эти тонкие  духовные узнавания себя в зеркале разных мистических учений стали с юности её внутренней жизнью, но там, в жизни её души, не было места для тайн и судеб народа, к которому ей выпало принадлежать. История, откровения и, наконец, сама раскаленная загадка  Израиля, давшего миру пророков, Библию, Иисуса Христа и  все неисчислимые последствия этого отдавания, – были для нее как бы недействительны.

Дым из печных труб, сооруженных в центре гуманистическоц цивилизации, огонь, разведенный   людьми, чтобы сжечь тело целого народа, заставили ее  очнуться.. Все печати с ее глубокой  души оказались сорванными –  душа, сплошная рана, отверзлась.

«Страшные переживания, которые привели меня как человека на край смерти и сумасшествия, выучили меня писать. Если бы я не умела писать, я бы не выжила», –

так объясняла Нелли Закс свое позднее посвящение в поэзию, отвергая тем самым всё, что нам,  как бы уже известно, о самих себе и о мире, в котором мы живем. На шестом десятке

лет Нелли Закс становится – как будто это возможно! – поэтом.

После войны стали выходить ее первые стихотворные книги: « В жилищах смерти» (1947),  «Звёздное затмение» (1949),  « И никто не знает как дальше» (1957),  « Побег и преображение» (1959) , « Смерть ещё празднует» (1961).  В 1962 выходит сборник ее пьес «Знаки на песке», а потом –  «Эли, или мистерия  страданий Израиля».  Как говорящие эти назания!

Подозреваю, что Нелли Закс так и не стала литератором в привычном смысле этого слова  и  слава, мировое признание ничего не изменили в существе её жизни; более того – вряд ли она смогла бы повторить вслед за Пушкиным его таинственную максиму – для звуков жизни не щадить. Смею, напротив, предположить, что все волшебные звуки своей лиры, свою славу, которая пришла к ней в конце жизни в обличье всего лишь славы, а не глубокого отклика, свою  Нобелевскую премию она  без раздумья отдала бы  за шёлковый локон незнакомого ребенка  –  спасенного, а не оплаканного в стихах, за полноту мгновения с любимым – живым,  а не потерянным навеки,  не сгинувшим  в  том  аду, в той страшной мертвой точке, на которую загляделась  ее  душа.

Всю оставшуюся жизнь она писала, в сущности, об одном,  задавала один и тот же вопрос,  но – трудно даже сказать, найдется ли в совсем не бедной поэзии ХХ века, найдется ли опыт, соразмерный тому масштабу, который так естественно, можно даже сказать, – буднично, открылся ее экзистенциональному  чувству.

То, что у Тютчева еще только подступало к смятенной, ночной человеческой душе, а мандельштамовская измордованная Психея , сорвавшаяся , быть может, в те  же бездны, успела только зачерпнуть, – стало дневным, насущным воздухом её поэзии.

 

«Нет еще любви между планетами, – говорится в одном стихотворении Нелли Закс, но тайное согласие трепещет уже…» О чем это?  О том,что звезда говорит с звездою ?

Есть, наверное, место во вселенной , где звезды поэтов действительно говорят друг с другом.  Там  невозможное –  возможно. Там – тайная встреча всех родных. Тайная – для невидящих . В стихах  Нелли Закс есть поразительные, необъяснимые в литературоведческой плоскости , почти дословные  (на разных языках! ) совпадения: Владимир Соловьев, Тютчев, Мандельштам…

Нелли Закс родилась в том же  «девяносто одном ненадежном году» , что и Осип Мандельштам. И это обстоятельство есть некий шифр одной почти невыразимой темы.

Последние стихи Мандельштама, такие не похожие на Мандельштама, и, по существу, первые стихи  Нелли Закс, сделавшие ее тем, что она есть, написаны почти в одно время – с разницей в 7 – 10 лет, –  разделены языком, пространством, судьбой и самим свойством дарований, и их неожиданные совпадения  – даже в буквальном видении  того, что невозможно увидеть телесными глазами, – есть какая-то глубокая правда  о  едином  океане бытия и о едином океане поэзии.

У Нелли Закс даже числа  –  каленым железом выжженные на человеческих руках – вырываются, уносятся из этого мира смерти.  Когда изувеченная, измученная, клеймённая плоть сгорела, на зов пространств устремляются метеоры чисел – туда, « где  световые  годы , как стрелы…»   « Свет  размолотых в луч скоростей» в «Стихах о неизвестном солдате» , рожденный Мандельштамом из тех же  «магических веществ боли» , –  тайная встреча двух муз: прощающейся с этим миром и только вступающей на его узкие стези,  –  их  печальный салют друг другу…

Но как это может быть?  Что делать поэзии там, где её  просто н е т  –  по самой природе вещей?   Вот граница, обрыв, перед которым слово, не рискующее впасть в кощунство, заведомо немеет:

« И  по улицам кровь детей  текла  просто как кровь детей». Это не Нелли Закс, это Пабло Неруда, чья поэзия, скорее, внешняя, громкая и даже декоративная, здесь, в стихах, где  речь идет о бомбардировке Мадрида, очень точно указывает  на эту границу.

И  по улицам  кровь  детей  текла  просто как кровь  детей.

Что и как можно сказать еще?

У Нелли Закс  м е р т в о е   д и т я  – г о в о р и т… Говорит весь потерянный, заблудившийся   Космос, отведавший черного яблока познания  –  все ещё грызущий, дргрызающий его.

В этом Космосе Нелли Закс действительно не забыт никто: даже рыбья жабра, вырванная с кровью, помещена этой поэзией в созвездие мученичества:

Сколько смертной заброшенности

В жемчужных глазах рыб…

И если бы… Если бы  –  у х о  л ю д с к о е ,  т ы , з а р о с ш е е  к р а п и в о й , – если бы оно этот мощный бессловесный язык  вслед  за этой поэзией все-таки расслышало!

Мертвое  дитя  говорит :

Мать держала меня за руку.

Тут поднял кто-то нож прощания…

 

Каждое стихотворение  Нелли Закс  –  залп образов,  облеченных в форму  верлибра, свободного стиха, где  слово – беззащитно, первозданно, ничем не поддержано, – здесь нет гипноза музыки, оно лишено кожи, оно один на один смиром, оно – с ним на  «Ты».

Я  и Ты – единственно возможный язык любви.

Её поэзия , оставаясь поэзией, сошла в ад. В тот, в котором никогда не бывали  ни Данте, ни Орфей… И она вышла из ада  –  оставаясь в нём, в сущности, всегда. «Мои метафоры , –  писала Нелли Закс, – это мои раны. Лишь отсюда может быть понято написанное мной…»

Мертвое  дитя  говорит :

И  пополам перерезал нож  прощания

Кусок у меня в горле.

Стоя перед этим обрывом, у невидимой черты, за которой простираются  прозрачные, глубокие и таинственные ландшафты  и дали этой поэзии, видишь и чувствуешь то, что непереводимо ни на какой язык: и метафизика, и философия,и богословие,и, уж конечно ,  плоская житейская обстоятельность здесь бессильны.

И  тогда оказывается, что  н о ж   п р о щ а н и я – слова, невозможные  ни в чьих устах, –  о котором твердит это убитое мертвое дитя ( не его ли заносила рука Авраама над сыном единственным, любимым?), острый нож прощания, так больно, так страшно, так насильственно  отсекающий  чудесную  пуповину  дитяти от  этого мира, –  не ужаснее, может быть, чем  наши голоса… Голоса утешителей, сочинителей  теодицеей, друзей Иова.

И голос  утешителя, –  говорит мертвое дитя, –  к о л о л  меня в сердце… Поэзия  Нелли Закс безутешна: она видит и на небесной коже незаживающие стигматы.

З в ё з д н о е    з а т м е н и е (так назывался один из её сборников) –  это  заблудившийся  потерянный мир , мир  страдающих  и  страждущих  звёздных существ … Что такое – эти  рыбы,  камни,   лани, деревья, даже тени – тени  жертв  и  палачей, даже стены домов, даже вещи, даже скалы, даже числа, выжженные на руке?.

Звёзды  Нелли Закс – не астрономические  и не метафизические , это блуждающие звёзды  –  волшебные, но помрачённые  искры жизни,  –  слепо  штурмующие самый, может быть, окольный  путь мирозданья  –  путь (мнимой!)  свободы во зле. Это мир затмившегося духа, мир страдания, апофеозом которого  становится  избранничество Израиля, на глазах у всего мира,  проходящего через мученическую  смерть.

Мученическая смерть при молчаливом согласии «созерцателей», «коренных жителей», мученическая  смерть,  сотворенная  руками  таких же  смертных, которые завтра станут прахом, есть  поистине ночь  рода людского, может быть, его последняя ночь  –  последний, может  быть, знак,  последний  жуткий  иероглиф, последняя  буква Священного алфавита, начертанная дымом из  печных  труб здесь, в четырех  стенах нашего заблудившегося дома.

Но  Нелли Закс  поворачивает этот знак и в другую сторону  –  подобно  Иову, она безмерно возвышает  свой голос, она говорит  –  очень  твердо:

Стражник, стражник,

Господу скажи:

Выстрадано все…

Но самый  потерянный, самый  беспомощный вопрос – почему?

Почему  чёрный  ответ  ненависти

На бытие  твоё, Израиль?

Корень слова «ненависть» на  языке  Священного писания  звучит так же, что и слово Синай. Знала ли об этом Нелли Закс, писавшая  но-немецки?.. Взойдя на Синай, Израиль вступил одновременно в поле ненависти. Вместе с ношей божественных установлений, вместе с Книгой  для всего человечества, с заповедями – Израиль принял на себя  благословение и проклятье. Высота Синая, высота Божественного вызова  человека и человечества  –  и  адская  бездна  противления  Божественному  замыслу,  ответ звериного царства, скрытого  под  одеждами  цивилизации. ( В прямых высказываниях Гитлера и его идеологов  социального  дарвинизма  это  явлено  очень  просто и доступно.

Взять хотя бы их сожаление о том, что евреи  нанесли  на  тело  мира  незаживающую рану :  не будучи , якобы, способными выжить в здоровой  конкурентной игре витальных  сил , они  придумали – нравственность).

Меж  чудесами и чудовищами  –  долгий и страшный путь Израиля в мире.

К т о  и з  в а с, – спрашивает Нелли Закс, – х о ч е т   в о е в а т ь  п р о т и в  т а й н ы?

Мистерия  Израиля  –  в  горизонтали истории:  показательная  мистерия  его изгнанничества и возвращения, мученического прохождения через смерть и даже будущая развязка  этого уникального в своем  роде  исторического сюжета  есть  нечто, имеющее отношение к судьбе каждого.  Ведь всё здесь таинственно повторяет метафизический, вертикальный сюжет человека и человечества:  и потерянный рай, и изгнанничество, и  чаянье возвращения, и смерть, и воскресение…

Религиозна ли поэзия Нелли Закс?  У слова, не защищенного никакой предвзятостью,  кроме предвзятости  боли, раны, любви, как бы  сорвавшего с себя   последнюю  кожу, – свои,  частные , отношения с миром.  Образы, открывающиеся глубокому   художественному чувству,  свободны от каких бы то ни было корпоративных  обязательств –  пусть даже это и обязательства веры. Они никому не навязывают себя. В  них  нет  неизбежности для всех…

Ибо от образа к новому образу

Ангел в человеке плачет…

Перегородки, отделяющие друг от друга человеческие религии, неразличимы сквозь эти слёзы.  Зато видна тень Гефсиманского сада, скрывающая, заслоняющая со- бою ещё и Иова… Израиль и Тот, кому выпало в мире называться  Иисусом Христом, – не разведены по разным человеческим ведомствам.  Иов – Израиль – Иешуа   –   единый крик .  « Смертельное одиночество  Израиля» , дымом написанное на лбу неба,  и « самый одинокий час» в загадочной  мгле Гефсиманского сада  в  ангелическом зрении этой  поэзии  –  единая жертва…

Поэзия  умеет  преодолевать то, на  что, в сущности, обречено наше земное сознание, – она по своей природе не догматична.  Ведь истина глазами поэзии – не      камень, а  тончайший эфир…

Агада  рассказывает о раби Ханине,  осуждённом за чтение Торы на сожжение. Это было во времена императора Адриана. Тело раби обернули свитком  Торы, обложили вязанками хвороста  и  подожгли…  «Что ты видишь, рабби?» – спросили ученики.  Рабби  ответил: «Пергамент сгорает, буквы же улетают  ввысь».

Поэзия Нелли Закс  тоже увидела  э т и  буквы, улетающие уже из мирового

костра, в котором на этот раз сгорает целый народ:

Это  Священное  Писание

спасающееся  бегством

карабкающееся  на  небо

всеми своими буквами

оперенное  блаженство

прячущееся в медовые соты

Share

ВАКХАБИЗМ – BER ALLES. Доктор А.Болонкин

Христианство, такое, каким понимаем его мы – против любого насилия. Но это же понятие, как и все другие в мире, понимали по разному. Крестоносцы по-своему, инквизиторы – по-своему, сожжённые Бруно и Ян Гус по-своему, Кальвин и сожжённый им Сервет, два христианина, также, по-своему. В современной Беларуси одни христиане хотят разрушать строй, социальные права, порядок, экономическое состояние, тишину в городах, расстрелять своего президента. А другие молятся о сохранение всего того что есть, о сохранении мира и тишины, о сохранение небогатой, но достойной жизни. И, как ни странно для многих, часто побеждает терпение и любовь. Если христианство это Христос, то такие христиане используют для изменения жизни лишь Его учение.
Но, как мы знаем, сейчас всемирное христианство находится в оборонительной позиции. И в этой позиции, оно вместе со всей цивилизацией проигрывает мир и все ценности всемирной истории. Когда-то я писал, что от малой террористической группы ислама мир может быть избавлен только большим мирным исламом. Никто другой не избавит мир от террористов. Ибо люди, не боящиеся смерти, становятся неуправляемыми. Мне кажется, моё мнение строится на реальной основе. Но как это может произойти, не знаю. Прошу ответа у Бога.
Напишите и вы, что думаете об этом Апокалипсисе наших дней.
А сейчас автор нижеприведённой статьи с болью рассуждает о России, о причинах и следствиях, о том, что есть, и что намечается. А что говорят ваш разум и ваше сердце?

Михаил Моргулис

Террористический акт в Домодедово вызывает негодование: и в отношении к совершившим его, и тем, кто, живехонек, стоит за спинами смертников; безграничное сострадание к пострадавшим и сочувствие охваченным ужасом москвичам, первый вопрос которых (и совершенно естественный) был: нет ли среди убитых и раненых моих любимых и близких? – а потом и второй, столь же неотвратимый: а что если в следующий раз среди тех, кто из аэропорта отправился не на отдых в Египет или Париж, а в больницу и морг, буду и я???!!?
Это вопросы в пассивном залоге. Задаваемыми людьми, которые ни на что повлиять не могут. Винтиков в определении Сталина, электората в современной терминологии.
Однако вопросы: что можно сделать – и можно ли сделать вообще – чтобы террористических актов в России и ее столице и сердце Москве не было? – и значительно более общий и страшный: Есть ли у России шанс победить в противостоянии с вакхабизмом и другими агрессивными ответвлениями от ислама? – абсолютно необходимо поставить. Особенно второй. Потому что без решения его не будет решения первого.
Какова цель терактов в Москве (в метро, в аэропорте, в подземных переходах и прочих местах)? Ведь террор редко бывает ради самого террора, только ради наведения ужаса! Отвечать традиционно: северный Кавказ хочет “самостийности”, отделения от России (а многие отвечают на это: и хрен с ними, пусть отделяются, сволочи, жизнь спокойнее будет) – значит прятать голову, как страус, в песок. Агрессивные кавказские исламисты, стоящие за терактами вовсе не хотят отделения от России. Им это совершенно не нужно. Им не нужна стена, отделяющая их от громадной страны, за которой они будут чувствовать себя, как в гетто. Они себя замечательно чувствуют на бескрайних российских просторах, не только на примыкающей к Кавказу Кубани (где массовые убийства, рейдерство, изнасилования и жизнь под страхом стали буднями будничными), а на всей территории включая Москву! Почитайте газеты за любую неделю – и вы убедитесь, насколько мощна в Столице так называемая кавказская мафия. Да что мафия… Мафия ребенок по сравнению с разнообразными формами влияния и рычагов, которыми обладают сегодня выходцы с Кавказа в Москве, не только преступные но и, выражаясь на новоязе, в законе!
ТЕМ, КТО СОВЕРШАЕТ В МОСКВЕ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЕ АКТЫ НЕ НУЖНО ОТДЕЛЕНИЕ ОТ РОССИИ. ИМ НУЖНА САМА РОССИЯ. ВСЯ. ОТ ВЛАДИВОСТОКА ДО МУРМАНСКА.
Уяснить это абсолютно необходимо. Ибо жить в мире иллюзий во время войны значит заведомо ее проиграть.
Поставив вопрос – всего лишь вопрос! – а есть ли у исламистов шанс совершить вакхабистский переворот в Федерации, по сравнению с которым Coup d’?tat не более чем парламенские дебаты? – к ужасу и сожалению приходишь к выводу: коррумпированности так называемых правоохранительных органов (а коррумпированный закон является собственной противоположностью: беззаконием) и слабости силовых структур, не желающих рисковать своей жизнью (что на практике означает: сила в любой момент может переменить объект своего ‘приложения’, как только она струсила или подкуплена. Вспомним хотя бы с чего начались события на Манежной? С того, что испуганные или подкупленные милиционеры отпустили убийц с Кавказа. При этом не так уж и важно подкуплены силовые органы были или попросту струсили ибо в обоих случаях их действия одинаковы) уже достаточно, чтобы в условиях мятежа было неясно, на чьей стороне они будут. Но ведь кроме указанных есть и другие объективные факторы, способствующие бескровному завоеванию России – и даже “демократическому перевороту”. Население России, согласно официальным данным, уменьшается примерно на миллион человек в год. Но это без учета того, что население в исламских регионах увеличивается исключительно быстро. Таким образом число русских русских (не знаю как и сказать, точнее всего, наверно, словами Пушкина “потомков православных”) сокращается на многие миллионы в год. А число тех, кто потомками православных не является, стремительно возрастает. Уже сегодня число выходцев с Кавказа (говоря это абсолютно не с националистических позиций а только для прояснения ситуации) в Столице около миллиона. И это исключительно сплоченные общины. Каждый приехавший в Москву из Чечни или Дагестана Гражданин Федерации чувствует себя защищенным “своими” в то время как коренные москвичи подчас не знают даже имен тех, кто живет с ними на одной лестничной клетке годами и ощущает свою полную каждодневную незащищенность.
Представим себе (только представим – хотя бы для того, чтобы этого не случилось) кто будет жертвовать своей жизнью, чтобы защитить российскую власть? Почти никто. В противоположность исламистам, как видим. Но это проблема не только прихватизателей. В сценарии – к сожалению совершенно реальном, хотя пока что к счастью воображаемом – это становится проблемой всего народа. Который оказывается заложником отсутствия не только русской идеи, но и какого бы то ни было разумного направления развития страны. И запросто (как это было в 1917ом) может в один солнечный день проснуться в другой стране. Под властью фашистов или же исламистов.
ВАКХАБИСТАМ НУЖНО НЕ ОТДЕЛЕНИЕ ОТ РОССИИ. ИМ НУЖНА ВСЯ РОССИЯ.
Пока не поздно, это необходимо понять всем.
При этом я разумеется не призывают народны массы стать противниками ислама. От террористов и вакхабистов страдают в первую очередь сами исповедующие ислам, в большинстве мирные жители. Но ведь они абсолютно ничего не смогут сделать под натиском вакхабизма, коль скоро экстремистский ислам захватит власть, к которой стремится и рвется. Как не смогли ничего сделать с Гитлером немцы, которые были в большинстве верующими христианами но были поневоле вовлечены нацистами в неслыханные злодеяния. Как ничего не могли сделать с прихватизацией сто миллионов россиян, возмущенных ею, казалось бы, до предела. Больше всего от терактов погибает не жителей Москвы, Нью Йорка и Лондона, а жителей Пакистана, Ирака, других мусульманских стран. Поэтому борьба с фанатичным исламом, не ставящим ни во что жизнь людей всех вер и национальностей – общее дело всех, то хочет жить в мире, процветании и безопасности.
Уяснив это, зададимся следующим вопросам: террористические акты. А что дальше? А дальше, к сожалению, много. Например, требование сделать Москву не только столицей многорелигиозного государства, но и создать внутри Москвы, скажем в Замоскворечье или на Пресне, вторую столицу, со своим правительством и Дип. Представительствами зарубежных стран. Вторую столицу, которая представляла бы государство Вакх, Вакхаб – или названное как-нибудь Иначе. Абсурд? А предложение сделать Иерусалим столицей двух государств не абсурд? Ведь это только принято думать, что с евреями можно поступать как угодно потому что они евреи. Дескать “у них теракты это понятно, это Израиль. А нас, русских, взрывают и убивают за что?” Сказанное – всего лишь легкое перефразирование популярного анекдота. Наивная и самоубийственная точка зрения! Россия страна, в которой в явь воплощаются не предначертания власти, а анекдоты. Стоит создать прецедент с Иерусалимом как столицей двух стран – и немедленно встанет вопрос об аналогичных столицах нескольких государств в одном городе в других регионах. В РОССИИ В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ! А потом, без сомнения и в Европе. Париж. Лондон – столицы двух стран, с двумя религиями на одной территории. А ведь к этому объективно быстро идет! Странно что человечество не поняло этого. Странно, что этого не понимает Россия. А ведь в поддержку этого прецедента – один город две столицы (не в отношении Москвы, пока что только Израиля, в полной уверенности, что россиян эта фантасмагория не коснется) не далее как за два дня до теракта выступил Президент России!! Но ведь когда готовили террористов против сионистских агрессоров в институте Патриса Лулумбы (профессионально обучая буквально этому самому: взрывать, убивать, готовить взрывчатку) тоже были уверены, что России это не коснется. Ну и как? Не коснулось? Те, кого обучали террору в Москве (или недалеко от Москвы) в Москву и вернулись! Не с благодарностью – с взрывами. Неужели же даже взрыв в Шереметьево не заставит задуматься о том, что когда раскачивают колокол по кому то другому, он будет звонить по тем, кто его раскачал?
Но две столицы в одном городе – только первый промежуточный шаг (как разумеется и в случае Ерусалима). Каждому ясно, что двух столиц в одном городе, равно как и двух властей в одной стране быть не может сколь-нибудь долго. А ведь (давайте прозреем): сегодня в России, говоря объективно, две столицы: Москва и Грозный. Которые диктуют свои правила – совершенно разные, можно сказать противоположные – всей стране. ДВЕ СТОЛИЦЫ ОДНОГО ГОСУДАРСТВА. Не верите? Взгляните, что произошло в Домодедово. Что послужило фитилем к событиям на Манежной. На число как их называют незаконных бандформирований (удивительный термин, который может существовать только в России: ведь раз есть бандформирования незаконные, значит есть и законные!). На то, как миллиарды долларов исчезают в Кавказе, аки в черной дыре. Возвращаясь в Москву в виде наводящего ужас террора и реального риска превращения в Кандапогу всей страны включая столицу (Перефразируя Ленина, Прихватевизм – это телефонное право плюс кондапогизация всей страны – не афоризм, а невеселая истина).
Создается переходящее в уверенность впечатление, что за власть в России реально будут сражаться не правоохранительные органы и армия (которая, будучи недееспособной, примет сторону побеждающей стороны) а фашизм и вакхабизм. Страшно говорить это, но такая перспектива вполне реальна. Понимать это и предпринимать меры, чтобы этого не произошло – обязанность всех: и власти, и электората (который вовсе не так уж слаб: если взбунтуется, мало не покажется всему миру: но только за кем он, доверчивый – см. феномен Мавроди, которому готовы опять нести деньги даже все потерявшие с ним – взбунтовавшись, пойдет), и телевидения и прессы. Прятать голову в песок, как страус, в то время, когда война уже начата, может только самоубийца. Враг силен, образован, хитер, имеет колоссальные средства. Если Россия намерена сохраниться – не только как Великая Держава, но просто на картах, необходимо понять проблему во всей полноте. Серьезность угрозы. И принимать меры, адекватные ей. Ведя себя последовательно и адекватно. Не только внутри страны, но и за ее рубежами.

Share

Обращение к Гражданам Мира

Дорогие друзья! 24.01.11  добавилось ещё одно событие в цепи тех,  которым нет ни прощения, ни понимания.Взрыв в аэропорту Домодедово, унесший десятки и искалечивший более сотни жизней.Невозможно больше нивелировать эти преступления информационно- сглаженным понятием «террористический акт». Пора называть вещи своими именами. Это- БОЙНЯ. Массовое убийство ни в чём не повинных добропорядочных граждан, просто живущих, как мы с вами, обыкновенной человеческой жизнью.Редакция интернет-газеты REZUME_RU на своём сайте https://sites.google.com/site/rezumeru/выражает свои соболезнования родным и близким пострадавших в этом чудовищном происшествии людей.  Мы также хотим выразить свою причастность к волне возмущения, осуждения и протеста против посягательств на мирное и цивилизованное существование человечества.Мы надеемся услышать об адекватных действиях компетентных структур, защищающих нашу уверенность в завтрашнем и последующих мирных  днях.Когда, наконец, руководители всех стран и все народы примут решение о совместной непримиримой и беспощадной борьбе против мирового зла и перейдут от слов к делу?!Сегодня каждый человек, на уровне своих возможностей, должен внести свою лепту в борьбу за безопасность человеческой жизни на этой земле.

Давайте    помолчим минуту.

Редакция интернет-газеты:

Евгения Певзнер и Леонид Ходос

972-50-902-1416Briliant40@gmail.com

26.01.11

Share