Подвиг красотки  Мэри, праведницы

podvig-krasotki-meri-pravednicyАмериканка Мэри Джейн Голд была хороша собой и богата. Она красиво прожигала жизнь на курортах Европы, пока в мае 40-го по дороге из Парижа в Марсель не увидела еврейскую девочку, которую выволокли из поезда нацисты. В течение следующих 13 месяцев ей удалось вывезти в США более двух тысяч евреев. Возглавлявший миссию «американский Шиндлер» Вариан Фрай позже называл список спасенных не иначе как «списком Мэри Голд».
После окончания Второй мировой войны она, урожденная американка, переехала во Францию и поселилась в большом и уютном доме на французской Ривьере. Там она тихо и спокойно прожила всю оставшуюся жизнь, созерцая мирный Лазурный берег, бывший когда-то для нее настоящим полем битвы за еврейские жизни, за будущее людей, которых она переправляла в Америку, спасая от нацистов. Имя Мэри Джейн Голд, ушедшей из жизни 5 октября 1997 года, конечно, куда менее известно, чем имя Вариана Фрая, признанного Праведником народов мира за спасение евреев в годы немецкой оккупации Франции. Она была лишь одной из помощниц Фрая, которого называют американским Шиндлером за спасение более чем двух тысяч евреев, вывезенных из оккупированной немцами Франции. Только вот сам Вариан Фрай называл этот список спасенных не иначе как «список Голд», благодаря финансовой поддержке которой и удалось спасти эти тысячи жизней.
Итак, после вторжения немецких войск на территорию Франции и шестинедельного сопротивления нацистским захватчикам в июне 1940-го Париж пал с подписанием французским правительством пакта о капитуляции. Франция, как известно, была разделена на две части, одна из которых вместе с Парижем была оккупирована, а другая, южная, управлялась правительством коллаборационистов маршала Петена с центром в городе Виши. Один из пунктов пакта о капитуляции требовал высылки в Германию евреев и антинацистски настроенных граждан других национальностей.
В связи с этим тысячи людей, в первую очередь, евреев, в том числе беженцев из разных стран, до этого укрывавшихся в Париже, бежали в «свободную» южную часть страны, надеясь найти там спасение или возможность эмигрировать в Америку. Вот только на месте оказалось, что вишистское правительство не только не торопилось оказывать им помощь в выезде из страны, но и, ревностно исполняя все распоряжения нацистов, наоборот, активно разыскивало по всей стране ученых, художников, писателей, значившихся в «черных списках» нацистов.
Когда же от чудом добравшихся до Америки первых беженцев американским властям стали известны фамилии этого «черного списка», то пусть не сразу и со скрипом, но были собраны деньги и получены разрешения на выдачу срочных виз. С этим списком из двухсот имен и тремя тысячами долларов на организационные расходы по их переправке в Штаты в августе 40-го в Марсель прибыл непримиримый антифашист Вариан Фрай. Марсель в то время был центром сосредоточения многих беженцев, отчаянно пытавшихся получить визы в американском консульстве. Естественно, их было куда больше, чем двести человек – их были тысячи. По прибытии же Фрай понял, что вывезти даже тех, за кем он приехал, в одиночку не получится: визы не принимали без французского разрешения на выезд, которое, в свою очередь, основывалось на одобрении нацистов. В такой обстановке без верных помощников и единомышленников Фраю было не обойтись. Помощь Фраю окажут десятки людей, и каждый из них заслуживает отдельного восхищения. Одной же из первых пришедших на помощь была Мэри Джейн Голд.
Родилась она в 1909 году в очень богатой семье в Чикаго. Откровенно говоря, в жизни юной Мэри не было не то что глобальных, но и мало-мальски актуальных для большинства людей целей. Все они уже давно были достигнуты отцом семейства, состояние которого оценивалось в неприлично больших суммах. А потому, лишь только окончив школу и не видя смысла в получении дальнейшего образования, красотка Мэри Джейн сосредоточилась на том, чтобы прожигать свою жизнь красиво. В 20 лет она переехала в Европу и, ненадолго останавливаясь на отдых то в Лондоне, то в Париже, месяцами путешествовала на пилотируемом собственном самолете, живя в самых роскошных отелях. Так продолжалось целое десятилетие, пока в мае 40-го, вернувшись после очередного посещения очередного курорта в свою парижскую квартиру, «золотая» девочка не поняла, что настало время покидать охваченную войной Францию и возвращаться в Америку. Уже на следующий день она оказалась на переполненном вокзале в ряду тысяч других людей, покидавших Париж в надежде спастись от немецкой армии.
Мэри Голд направлялась в Марсель, намереваясь оттуда начать свой путь к берегам Америки. Документы ее были в полном порядке, место на корабле тоже уже было давно забронировано. Но по дороге в Марсель проводившая до этого время в богемных и знатных кругах девушка обратила внимание на людей обычных. Увидела, как на каждом контролируемом фашистами пропускном пункте от этих людей отделяют группы, которым уже было не суждено продолжить путь. В большинстве своем это были евреи. Много позже в своих мемуарах она признается, что несмотря на благодарность сотен тех, кому она помогла, ее каждый раз охватывает чувство вины, когда в памяти всплывают слезы маленькой еврейской девочки, которую фашисты нашли спрятанной между сумок и, не дождавшись ответа на вопрос: «Чей ребенок?», вывели из поезда.
«Виню себя до сих пор, что не выкрикнула тогда: “Мой!”, не вырвала ее из их рук и не прижала к себе, – говорила она. – Не сделала даже попытки спасти ее, сама мысль об этом пришла уже с опозданием, когда я смотрела на нее уже через окно вагона». Возможно, взгляд этой девочки и толкнул Мэри Джейн на дальнейшие подвиги. В Марселе у ворот американского консульства Голд увидела уже сотни еврейских детей в толпе безнадежно пытавшихся получить разрешение на выезд из Франции. Там же, в Марселе она познакомилась и с Варианом Фраем и, узнав о его миссии, тут же присоединилась к поиску тех 200 человек, на чьи имена были выданы визы. В основном, это были люди искусства: скульптор Жак Липшиц, художник Марк Шагал, философ Ханна Арендт и другие. Когда же все они были найдены и переправлены за пределы Франции, речи о прекращении работы даже не шло.
Список полнился новыми фамилиями, известность которых не имела никакого значения и не требовала утверждения кем-либо. Финансирование же этой деятельности Мэри Джейн практически полностью взяла на себя. Это она сняла большую виллу в пригороде Марселя, где прятались люди, ожидающие отправки из города. Это она подкупала консульства разных стран, выдававшие за деньги паспорта без лишних вопросов. Даже с марсельскими гангстерами, переправлявшими евреев через границу лишь по им известным контрабандным каналам, вела переговоры именно она, она же и оплачивала их «услуги».
Работа в сотрудничестве с Варианом Фраем, за время которой в Америку удалось отправить более 2000 евреев, продолжалась плоть до ноября 1941 года. Потом Фраю отказали в продлении международного паспорта, и ему пришлось вернуться в Нью-Йорк. Много позже правительство США признает, что деятельность Фрая и его команды не получила в то время должной государственной поддержки.
Что касается Мэри Джейн Голд, то вернувшись в Америку, она не только не требовала признания своих заслуг, но даже и не рассказывала об этих 13 месяцах работы в Марселе. Не искала она славы и во Франции, куда переехала сразу же после окончания войны. Свои мемуары она опубликовала лишь в 1980 году под заголовком «Марсельский перекресток 1940 года». В них она не стала ни затрагивать вопрос о потраченных ею суммах, ни подсчитывать точное количество спасенных с ее помощью. Подробности всего уже и так будут давно известны со слов Вариана Фрая, выпустившего свою первую книгу еще в 1942 году. Просто станет окончательно ясно, кому сам Фрай посвящал особые слова благодарности и почему он, Праведник мира, называл список спасенных не иначе как «списком Голд».
Алексей Викторов

 

Share

Когда пришли за мной…

vitaliy Виталий Портников
Виталий Портников
Вопиющий в пустыне Константин Аркадьевич Райкин на съезде Союза театральных деятелей Российской Федерации – живая иллюстрация известного высказывания Мартина Нимеллера: “Когда пришли за мной, уже некому было заступиться за меня”.
Когда пришли за чеченцами, когда российские самолеты утюжили кварталы Грозного, когда в руинах гибли женщины и дети Чечни, Константин Аркадьевич подписывал подметные письма и рассказывал об интеллигентности Владимира Владимировича, который даже со своей супругой – подумать только – познакомился на концерте Аркадия Исааковича.
Когда пришли за украинцами, когда под российскими обстрелами гибли ни в чем не повинные люди, когда убивали украинских военных в Крыму, когда похищали и пытали крымских татар, Константин Аркадьевич рассказывал о том, как часть его тонкой натуры радуется оккупации полуострова, и делился волнениями по поводу трудной судьбы любимого им “русского города Севастополя”.
А когда пришли за Константином Аркадьевичем – оказалось, что особо и некому его, болезного, поддержать в его крике о свободе творчества. Потому что другим еще дают деньги.
Ничего. Таких Константинов Аркадьевичей будет с каждым днем все больше и больше. Санкции работают. Кризис усиливается. Денег на всех не хватит. Будут отказывать театрам и университетам, музеям и больницам, будут выгонять из кабинетов маститых кинорежиссеров, которым останется только есть дома. И все они будут кричать о том, что больше нет свободы и что все деньги достаются байкерам ополоумевшего Залдостанова и головорезам заматеревшего Золотова. И даже Кончаловский опять станет записным либералом, а Михалков…
Михалков, если ему не дать денег, тоже поддержит Кончаловского. Братья все-таки. Родная кровь. И папаша ихний всегда за свободу творчества выступал. Если вы не помните, Михалков вам напомнит. А Кончаловский поддержит. Они же братья.
Не спрашивайте меня, почему слова “русская интеллигенция” и “проституция” обязательно должны оказаться синонимами. Я и сам не знаю. Я, если честно, думаю, что это никакая не интеллигенция вовсе. Так, советские менеджеры по управлению российскими культурными объектами. Вечно напуганные шуты у царского трона. Разбогатевшие, аморальные, забывшие сам смысл предназначения культуры. Они все понимают не хуже нас с вами. И про Путина, и про его шайку, и про Чечню, и про Крым, и про свободу. Уверяю вас, понимает практически каждый – и Табаков, и Пиотровский, и Райкин, и Кончаловский.
И даже Михалков практически все понимает. Или вы действительно думаете, что Михалков, одаренный режиссер и блестящий актер, большую часть жизни проводящий на Западе, – идиот?
Или, может быть, вы думаете, что у Киселева, Соловьева или Толстого нет этого понимания? Тут уж я могу уверенно засвидетельствовать, потому что знаю каждого из этих людей (если их еще можно так назвать, конечно): их понимание никогда не отличалось от моего собственного. Разве что презрения к власти было побольше.
Одни оправдывают свой коллаборационизм тем, что без них будет плохо их театрам, музеям и съемочным группам. Они отцы отечества, они вынуждены жертвовать своими репутациями ради актеров и зрителей, ради экскурсоводов и посетителей. То, что в подлой стране и театр в конце концов становится подлым, то что в царстве дикарей в музее воцаряются вкусы Милонова и Яровой, как-то не приходит в их седые головы – хотя многие из них в молодости все это уже переживали. Но забыли.
А другим просто нужны деньги. Тупо. Они доживают до пятидесяти и вдруг понимают, что нет ни яхты, ни имения, ни хорошей конюшни, ни молодой любовницы – ничего, что должно было бы стать наградой за честность. И они начинают смотреть на того, кто может им все это дать, восторженным взглядом вокзальной шлюхи, приглашенной клиентом в “Метрополь”. Эта восторженность у многих моих бывших коллег просматривается даже через экран.
Именно поэтому мне не жаль Константина Аркадьевича Райкина и я не считаю, что его вопль о помощи стоит хоть какого-то серьезного внимания. Если завтра Константину Аркадьевичу дадут денег – он изменит свое мнение о России и свободе. И это не его проблема. Это проблема интеллигенции и страны.
Виталий Портников
Share

«Реквием Холокосту»

«Я пришел за советом к мулле. Мулла сказал: иди к раввину!»
В центральный зал Синагоги эту картину внесли закатанной в рулон. Стали разворачивать – места на полу не хватило, мешали скамьи. Шутка ли: размер холста 10 на 6 метров.
,
rekviem-xolokostu– Эта картина называется «Реквием Холокосту», – рассказывает Вагиз Адизянович Адельшин, 76-летний петербургский художник, татарин по национальности. – Слева оркестр заключенных. Их заставляли играть в то время, когда пытали и мучили других евреев. Потом всех музыкантов расстреляли. В центре картины – восстание в Варшавском гетто. На заднем плане – поезда, доставлявшие евреев в концлагеря.
Вагиз Адельшин готовил эту картину около 4 лет. А как закончил – начался кошмар.
– Души убитых евреев приходят ко мне во сне, протягивают руки, о чем-то просят, – содрогаясь, рассказывает художник. – Что они хотят? Может быть, какую-то молитву просят? Может, я должен что-то для них сделать? Я человек верующий, пошел к мулле. А он – посоветовал обратиться к раввину! 
Так Вагиз Адизянович оказался в кабинете у раввина Цви Пинского. А потом и принес свою картину, чтобы показать ее в Синагоге.
kartiny-v-sinagogyКак вышло, что татарин, мусульманин, так проникся трагедией еврейского народа?
Все началось с рассказа польской дамы.
После перестройки Вагиз Адизянович – любитель путешествий и лингвистический самородок – колесил по всей Европе, подрабатывал портретами и копиями, быстро осваивал разговорные языки. История картины о Холокосте началась в Варшаве. Художник пришел к одной очень немолодой даме – писать ее портрет. На стене у той висела маленькая плакетка, на ней выемка, а внутри – рисованный углем колос пшеницы и надпись по-польски: «Дай нам, Б-же, хлеб насущный».
Художнику стало интересно, что за картинка такая. И услышал страшную историю.

История плакетки. Рассказ польской дамы

«Это было в войну. Кто-то постучал в дверь. Открываю – на пороге высокий, худой мужчина. Одежда на нем висела, как на вешалке.
– Пани! Дайте кипятку! У меня в гетто семья умирает.
Гетто находилось совсем рядом, на соседней улице.
Я предложила ему поесть. Он отказывался. Но я его усадила, накормила – он каждую крошку подбирал. Звали его Йозек, он был художник, ювелир. Я дала ему хлеба для семьи. И сказала, чтобы постарался выбраться ко мне и на следующей неделе – я шила мундиры для немцев, и мне должны были выдать продуктовую карточку. Он пришел и подарил мне плакетку – новенькую, блестящую. Я была изумлена, велела снова приходить. Но он не пришел. Вскоре я увидела его из окна трамвая, выскочила…
– Йозек, почему не пришел?
– Пани, мне неудобно брать у тебя хлеб. Мне больше нечего дать тебе взамен.
Я с трудом выспросила у него, где находится его барак. Через несколько дней раздобыла бутылку вина, сунула охране – пропустили. Я принесла Йозеку еды – но там уже не было ни его самого, ни его семьи. Мне рассказали, что все его родные умерли, а сам Йозек развел в ведре мел и на стене написал: «Leben und leben lassen» («Живи сам и давай жить другим – ред.»). За это его расстреляли. В память о Йозеке я берегу эту плакетку. Видать, уголь потом у него кончился, он больше не мог для меня ничего нарисовать, и ему было неловко брать у меня хлеб…»

Польские художники сказали: «Гениуш»

– Благородство Йозека меня потрясло, – рассказывает Вагиз Адизянович. – У него семья умирает, а ему неловко, видишь ты… Сначала я думал написать портрет этого Йозека. Потом побывал в еврейском музее. Видел фотографии. Мертвые дети на земле, столько трупов… Самое страшное – я смотрел на этих детей и ужасался: ведь это мои одногодки! Думал, с ума сойду. Потом я поехал по лагерям: Освенцим, Майданек. Общался с выжившими. Материалов накопил – одних набросков полмашины. Сделал сначала экскиз метр на метр. Но что передашь на таком маленьком холсте? Решил увеличить в 10 раз. Большую картину писать недешево: нужно арендовать мастерскую, покупать холсты, краски. До обеда я занимался халтурой – брался за любые заказы. А после обеда писал картину. Девять с половиной месяцев работал. Как закончил – пригласил польских художников. Они посмотрели и сказали: «Гениуш!».
А вот собственная родня, как признается Вагиз Адизянович, его порыв не оценила.
– Они меня упрекают: лучше бы ты себе на квартиру заработал! И вообще, где ты и где евреи? Я отвечаю им: мы все рождаемся одинаковыми! Истребление нации – разве можно относиться к этому равнодушно?
И то сказать: пример неравнодушия и героической помощи евреям Вагиз Адизянович видел в собственной семье.

Он не иуда, он татарин!

 В годы войны дядя Вагиза Адизяновича с товарищами попал под Севастополем в плен. Среди них был горбоносый лейтенант-еврей. Немцы привели пленников в церковь. Переводчик сказал еврею: «А тебя, иуда, мы расстреляем!». И тут дядя неожиданно для себя выкрикнул: «Это не иуда, это татарин!». «А чем докажешь?» – поинтересовались немцы.
И тут дядя сделал то единственное, что в этой ситуации оставалось: снял штаны. И татарин, и «иуда» были обрезаны. Немцы поверили, лейтенант остался жив. Он дружил с дядей и приезжал к нему до самой смерти.

Да, так что же сказал раввин?

Вагиз Адельшин с фотокопией своей картины
в Большой Хоральной Синагоге
Мы начали наш рассказ с того, что Вагиз Адизянович оказался в Синагоге, в кабинете у раввина. Что же сказал ему рав Цви Пинский?
– В еврейской традиции есть несколько дат, когда читается молитва за умерших. Тогда же мы молимся и за души погибших в Холокост. Эти люди попали сразу в рай. Б-г принял их с распростертыми объятиями. Их души не страдают.
После этих слов Вагизу Адизяновичу стало легче. В любом случае, он ни о чем не жалеет:
– Я выполнил свой долг. Оставил память.
В целом, трагические сюжеты для художника совсем не свойственны. Все остальные его картины позитивные и жизнеутверждающие.
***
«Реквием холокосту» – огромное полотно, его размер 60 кв. м. Художник Вагиз Адельшин работал над картиной много лет: ездил в бывшие концлагеря Германии, Беларуси, Польши. Чтобы принести огромный холст в Синагогу и показать главному раввину Петербурга, понадобилась помощь троих мужчин. Развернуть холст целиком не удалось – в синагоге не хватило места.
Менахем-Мендел Певзнер, главный раввин Санкт-Петербурга:
«Картина очень впечатляет, она очень большая. Нужно будет подумать, где повесить это полотно. Но задача картины – вызывать у человека определенные реакции и эмоции. И я считаю, эту картину должны увидеть как можно больше людей, чтобы они смогли обдумать то, что на ней изображено».
На картине изображено восстание евреев в концентрационном лагере Треблинка, недалеко от Варшавы в августе 1943-го года. Сам художник по национальности – татарин, но его всегда волновала тема уничтожения евреев фашистами. Два его дяди жили в еврейском местечке и чудом уцелели, когда пришли оккупанты.
На одном из фрагментов картины художник изобразил музыкантов, которые самовольно устроили концерт в честь своего погибшего дирижера. Всех оркестрантов после этого расстреляли. В нижней части холста нарисован ребенок на голой земле. Это девочка, погибшая в концлагере, ровесница художника. Он однажды увидел ее на фотографии и теперь видит во сне почти каждую ночь.
Вагиз Адельшин, член Союза художников:
«Она встает в белом одеянии, протягивает вверх руку и что-то шепчет. Я думал, сойду с ума. Меня спасло то, что аренда мастерской очень дорогая – и мне приходилось половину дня рисовать портреты, чтобы заработать на аренду».
В мастерской художника в Люблинском переулке, в Петербурге, тесно, поэтому для «Реквиема холокосту» Вагиз Адельшин арендовал в Варшаве просторную студию. Летом картину, возможно, покажут в Русском музее – сейчас ее оценивает группа экспертов, чтобы допустить к выставке.
Share

Третья мировая война

Третья мировая война

                                                                                   ДЖОЗЕФ КУПЕР

7И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, 8но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе.

9И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним. (Апок. 12: 7-9)

3warВ XX веке Люцифер пытался уничтожить человечество под видом трёхглавого Змея. Две головы его: Чёрная – нацизма и Красная – коммунизма, оказались повержены, хотя и не окончательно, но на данный исторический момент не представляют смертельной опасности миру. Однако, у него осталась в запасе третья голова, Зелёная голова Ислама. Уже вскоре после окончания Второй Мировой войны, когда Чёрная была обезврежена, только до времени ещё оставалась Красная, Зелёная уже затеяла Третью Мировую Войну. Началом её можно считать нападение армий арабских государств на Израиль, только что возродившийся на путях истории. Бог помог одержать Израилю победу, но это не было замечено почти никем кроме некоторых христианских церквей, ожидавших исполнения Библейских пророчеств.

С тех пор Ислам повёл эту войну уже не только с Израилем, но и с христианскими народами Африки, где магометане до сего дня не прекращают убивать христиан и обращать их в рабство при полном безразличии со стороны европейских стран, ответственных за свои бывшие колонии. В 80-е годы прошлого века к войне против Израиля прибавилась война против христиан и умеренных мусульман в странах Ближнего Востока. Вели эту войну уже не правительства мусульманских государств, разбитых Израилем, а террористические исламистские группировки. Сначала они попробовали сокрушить законную власть в Иордании, но потерпели поражение и были изгнаны из страны. После этого они напали на Ливан, и им удалось устроить в этой стране хаос и гражданскую войну. Тогда христиане на юге создали свою армию, которая стала союзницей Израиля, вместе с которым разбила в Первой Ливанской войне террористические войска ООП (организация освобождения Палестины) под командованием Арафата. Уйдя из Ливана, террористические группировки исламистов распростронились с Б. Востока по всему миру, на все континенты, продолжая действовать в Африке, а так же в Южной Америке и наконец достигли и до Европы, в которой до недавнего времени ограничивались только сбором дани в виде миллиардов евро, посылаемых европейскими странами в «помощь» т.н. Палестинской автономии, созданной для ведения войны с Израилем. Не существует никакого рационального объяснения факту выплаты этой дани сильнейшими государствами мира террористическому анклаву, созданному у них под боком, потому что причины тому – духовные. С западным человеком произошла антропологическая катастрофа. Он отказался от духовной части своего внутреннего существа, удовлетворившись только душевной его составляющей. Прежде всего от этого пострадала элита народов Европы и Америки. Она потеряла видение сущности вещей, следствием чего стала потеря видения направления движения исторического процесса и его цели. Нацисты и коммунисты – пехота Красной и Чёрной голов Дракона, ставили перед собой стратегические цели, хотя и отрицательные, поскольку духовность их была демонического свойства. Современные «демократические» и гумманистические элиты никакой духовностью не обладают, даже отрицательной, поэтому никаких стратегических целей не видят и не имеют соответственно. Их задача чисто тактическая – удержаться у власти как можно дольше, а поскольку эта цель не имеет в себе ничего положительного и созидательного, то и средства для её достижения вполне могут быть коррупционные. Цель душевного человека – наслаждение жизнью и задача его убрать с дороги всё, что этой цели мешает. Так пытались обеспечить себе спокойную жизнь, откупившись от Гитлера, так сегодня с той же целью откупаются от исламистов, жертвуя Израилем. Но время спокойной жизни для западного человека закончилось. Ему открыто объявлена война и ведётся она уже на его территории. Мусульмане дождались времени, когда Европа сгнила изнутри настолько, что не будет сопротивляться, и пошли в «мирное» наступление, а европейская «пятая колонна» перешедшая на сторону Зелёной головы Дракона, уже вовсю им помогает. Ворота их троянскому коню открыли сами европейские политики, в ослеплении своём, так и не понявшие до сих пор, что при помощи т.н. беженцев с ними ведётся война на уничтожение, и продолжающие помогать врагу до того, что запрещают оглашать факты массового насилия со стороны пришельцев над своими гражданами.

Но и в Америке дела обстоят не намного лучше. Восьмилетнее правление коррумпированных лидеров Демократической партии, связанных политическими и финансовыми интересами с мусульманским миром, открывшие страну для сотен тысяч мусульман и собирающиеся впустить в неё ещё миллионы, наконец, президент, сказавший, что Америка – это мусульманская страна, вот уже реальная угроза американской демократии и образу жизни.

От Черной и Красной голов Дракона мир спасли англо-саксы по обе стороны планеты. В то время, как Россия пала под власть Красного Дракона и сейчас активно помогает Зелёному, в то время, как народы Европы попали под власть Чёрного и сейчас сдаются на милость Зелёного, Америка ещё держится. Европа пока что выдвинула только одного выдающегося борца против экспансии Ислама, это – рыцарь без страха и упрёка, голландец Герт Вильдерс, друг еврейского народа, называющий  Израиль форпостом Западной иудео-христианской цивилизации. Никакие нападки, ложь и клевета, которых потоками льют на него враги, потерявшие совесть и веру, трусливые левые европейские политики и «деятели искусства», не сокрушили этого бойца за Правду и Честь Европейского человека. Но главной целью Дракона остаётся Америка, потому что именно ей Господь отвёл роль сокрушительницы Третьей головы Дракона. Потому то все силы зла мира, как совне: исламисты ИГИЛ и других террористических организаций, Иран, поддерживающий террор во всём мире и, наконец, путинская Россия, провоцирующая ядерную войну и шантажирующая Европу, устраивая там терракты через своих подручных, и открыто убивающая людей в Украине и Сирии, ненавидят Америку и хотят её гибели. Но гораздо более серьёзная битва сейчас совершается внутри страны. Там на борьбу с Исламом Провидение выдвинуло кандидата от Республиканской партии, которая сохраняет адекватное восприятие стоящих перед страной и миром проблем, в то время, как Демократическая партия, когда-то бывшая созидательным элементом в политической жизни страны, разлагается коррупцией и переродилась в антидемократическую и антирелигиозную силу. У республиканцев было немало ошибок в прошлом, самая большая из них: обрушение режима в Ираке, после которого на Ближнем Востоке впервые появился пояс шиитских государств. Но эта ошибка не идёт ни в какое сравнение с многолетней подрывной деятельностью таких «демократов», как семейство Клинтонов и Обама, приведших в администрацию президента мусульман, связанных с исламистскими кругами, и открытая поддержка таких кругов в Египте, вовремя пресечённая верхушкой египетской армии. Теперь все силы зла обрушились на республиканского кандидата, начиная от пособников мусульманских экстремистов до развратных и безбожных властителей массового сознания. Все, кто потерял свои христианские корни или неустойчив в них, оказались пособниками Дракона или теми «полезными идиотами» по выражению гения зла Ульянова-Ленина, которые оказывают поддержку злу, не только не видя его масштабов, но и принимая его за добро. Но в духовной битве, так же, как и в физическом сражении верны слова Христа: «Кто не со Мною, тот против Меня, и кто не собирает со Мною, тот расточает». Сейчас время, когда борьба с Зелёным Драконом достигла своего апогея. От выбора того, на чьей стороне каждый из нас зависит наша судьба в вечности.

 

 

Share

ПОСЛЕДНИЙ ШАНС АМЕРИКИ.

daet-poslednij-shans– Америка – это последний шанс, который история земли дала нам, homo sapiens, как виду, в нашем развитии, – вещал профессор, вышагивая по кромке тихого океанского прибоя. – Триста лет назад она открыла этот материк для тысяч самых авантюрных, предприимчивых и сильных особей человеческого рода, чтобы они, вырвавшись из европейской феодальной цивилизации, создали здесь новую – цивилизацию демократии. И они сделали это! Буквально на голом месте, среди джунглей, болот и прерий, с помощью индивидуального предприминимательства и свободной конкуренции, они создали самую богатую, мощную, комфортную и сытую страну. Sky is the limit! – у нас нет ничего невозможного, вы можете добиться всего, чего захотите! – это был их девиз. Да, у нас есть нищие! Но у нас есть богатые, которые еще вчера были нищими, а сегодня у них из водопроводного крана течет минеральная вода! Принимая бедных и голодных со всего мира и работая в поте лица, мы доказали эффективность закона о выживании сильнейших, заслужили этим поддержку Высшего Разума, и в начале XX века этот Высший Разум допустил нас к открытию радио и телеграфа, двигателя внутреннего сгорания, а затем и ядерной энергии. Он просто осенил,  о семенил человечество этими открытиями. Если до этого история homo sapiens развивалась медлительно-эволюционным путем и ползла, как на перекладных, то с начала XX века она понеслась скачками и галопом от одного великого открытия к другому, от простой морзянки к Интернету, от винтовых аэропланов к космическим кораблям и от пенициллина к генной инженерии.

Никогда, обратите внимание, никогда процесс технического развития земной цивилизации не осуществлялся с такой скоростью! Только когда на земле возникла цивилизация, способная употребить эти открытия в цивилизованных целях, только когда мы достигли понимания, что мир выгодней и полезней войны и массовых убийств, нас подпустили к использованию ядерной энергии, генной инженерии и другим могучим силам природы. Сегодня Америка – это страна высочайших технологий и революционных открытий, способных спасти человечество от голода, тектонических катаклизмов, встречи с космическим астероидом и даже от ядерной зимы.

Но ничего этого не случится! Человечество профукало этот последний шанс и обречено на гибель! Стоя буквально в двадцати – тридцати годах от перехода из животного существования к цивилизации высоких технологий и господству интеллекта над низменными инстинктами, человечество опять – в который раз! – поскользнулось на элементарном благодушии и трусости сытых – на том, от чего погибли все прежние цивилизации. И дело вовсе не в этих ничтожных арабских террористах! – усмехался профессор. – Как видите, у нас хватило оружия и решимости за двадцать дней разнести к гребаной матери все их Тора-Бора и прочие пещеры с дикарскими названиями. Если потребуется, мы можем снести с лица земли не только эти пещеры, но и сами горы, даже Гималаи. Разрушать не строить, и нет технических препятствий к разрушению даже целых материков! Арсенала нашего оружия хватит и на большее!

Однако нет никакого оружия против собственной глупости, трусости и благодушия! Сначала бацилла велфера, этой британской разновидности социализма, надломила закон о естественном отборе сильнейших, и миллионы лентяев, неучей, дегенератов и наркоманов, обреченных на вымирание, вдруг получили идеальные условия массовой инкубации за счет общества. Еще миллионы стали слетаться сюда со всего света, чтобы тут же сесть нам на шею, в некоторых аэропортах мира даже висели плакаты: «Лучшие условия велфера в США – в таких-то и таких-то штатах»! И полвека продолжалась эта вакханалия пожирания трутнями здоровой плоти общества. Только четыре года назад либералы спохватились и согласились сбросить эту удавку с общества, но это уже не остановило процесс. Как акулы, которых молодые идиоты приучили к дармовому мясу, тут же перестали ловить себе рыбу на пропитание, а набрасываются теперь на людей с требованием кормить их, так и развращенные велфером поколения иждивенцев, войдя во вкус, требуют себе все новых привилегий.

И общество продолжает откупаться от этого все более и более агрессивного балласта, бросая ему в качестве откупа уже не только продукты питания, бесплатное жилье и медицинское обслуживание, но и органы управления самим государством!

Да, да, мой дорогой, – сердито говорил профессор, – вы тут приезжий, вы не сталкиваетесь с нашей бюрократией, но зайдите сегодня в любой государственный офис и у вас потемнеет в глазах – они выглядят и работают так, словно вы попали в Эфиопию или в какую-нибудь Гвинею! Такой чудовищно наглой, бесцеремонной и издевательски медлительной бюрократии нет, я уверен, даже в России! Попробуйте дозвониться хоть до одного правительственного офиса – вы не дозвонитесь никогда, они оградили себя автоответчиками, как стеной! А некоторые уже взяли на вооружение новейшие изобретения, и вы можете услышать феноменальное требование: если вы хотите, чтобы вам ответили человеческим голосом, сообщите номер своей кредитной карточки, мы взыщем с вас пять долларов, и после этого с вами будут разговаривать. И это – правительственная организация!

Вы скажете, какое это имеет отношение к велферу? Самое прямое: сегодня все функции государственного организма осуществляют те, кто вчера сидел на велфере, или относятся к этой службе как разновидности велфера. Да, да, в государстве, которое основано и построено белыми людьми,осуществляют власть все, кроме белых! Посмотрите, в чьих руках департаменты образования наших детей – в испанских! Причем не испанских из Испании, страны Сервантеса и Колумба, а из бывших испанских колоний, из Пуэрто-Рико, Коста-Рики, Ямайки, Кубы и Мексики! Их здесь уже столько, что они отказываются учить английский язык и сделали испанский вторым государственным языком страны!

А почта? Вы знаете, что еще двадцать пять лет назад почту у нас доставляли два раза в день – в восемь утра и в три часа дня?! Точно, как часы! И любое письмо с западного побережья на восточное шло максимум два дня! А в Нью-Йорке любое письмо приходило назавтра! Куда это делось? Стоимость почтовых отправлений возросла в пять раз, а письма теперь доставляют раз в день, и письмо из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк идет пять дней! И это при том, что основная масса корреспонденции уже давно идет по факсам и электронной почте! Так в чем же дело? А в том, дорогой мой, что почта – это тоже государственная служба! То есть все равно что велфер…

Хотите еще пример? Пожалуйста! Возьмите нашу Службу эмиграции и натурализации, посмотрите, как они работают, и у вас отпадут все вопросы! Потому что эта служба уже вся африканская! И для них синекура американской государственной службы, с которой невозможно уволить, но за которую платят от 30 до 70 тысяч долларов в год плюс все медицинские страховки, стала вторым велфером – они не работают, а делают нам, белым, одолжение тем, что просиживают там свои задницы! Мы, оказывается, должны лизать им жопы и кормить их до скончания века только за то, что привезли их предков в Америку и заставили работать на плантациях. Да, привезли и заставили! Но именно поэтому их потомки сегодня кайфуют и процветают в Америке, а не гниют от СПИДа в своих африканских джунглях!

Однако – нет! Оказывается, орут их демагоги, это их предки, будучи рабами наших предков, построили нам Америку! Чушь! Рабский труд – самый непроизводительный, именно потому человечество с ним распрощалось. К тому же если они такие прекрасные строители, то почему они не построили такую Америку в Африке?

Однако фрейдистский комплекс мести и зависти к белым людям выгрызает им души, превращает каждое ваше посещение наших государственных учреждений в пытку и унижение, и этот черный расизм уже довел нас до того, что белому стало трудней поступить в университет, чем черному, белому трудней получить государственную службу, чем черному, и даже въехать в Америку белому эмигранту куда трудней, чем арабскому террористу!

Да, представьте себе, на нашем главном КПП – в Службе эмиграции и натурализации белой Америки – уже практически нет белых людей!

Поймите, я совсем не расист. Среди студентов нашего университета масса черных, испанцев и даже мексиканцев! И все они замечательные спортсмены, а многие и вообще толковые ребята, Но это не значит, что я не вижу, как страна, основанная, построенная и достигшая своего расцвета благодаря бешеной, воистинуамериканской  работе белых европейских колонизаторов, темнеет на глазах, африканизируется, мексиканизируется и психически велферизируется. Словно коммунизм, сдохнув в вашей стране, видоизменился и перетек к нам сюда, в США, чтобы, как птица Феникс или как Робокоп, возродиться здесь! Да, да, Америка строит коммунизм, как это ни парадоксально! Потому что велфер – это социализм! Государственная бюрократия – это социализм! Всеобщее принудительное страхование – это социализм! А наступающая власть плебеев над интеллектуалами – это коммунизм!

Конечно, вы скажете: как же так? Посмотрите вокруг! Эти роскошные дачи, пляжи, отели, небоскребы – разве они не принадлежат белым? А Уолл-стрит? А банки? А Капитолий? А вся экономика?

Друг мой, мы строили Всемирный торговый центр шесть лет и восемь месяцев, а он рухнул на наших глазах за час сорок восемь минут! Всего за полтора часа от усилий, талантов и денег самых лучших в мире архитекторов и строителей остались только миллион двести тысяч тонн руин и обломков. И сделали это каких-то девятнадцать зомбированных арабов!

Нашу великую, могучую и прекрасную Америку мы строили двести с лишним лет, но нам достало одного президента Клинтона, чтобы все это замечательное строительство потеряло свою основу: европейско-американское отношение к труду. При нем страховые компании гигантской грудной жабой уселись нам на грудь и душат нас уже совершенно бесконтрольно; при нем экономика превратилась в гирлянду мыльных пузырей, а фондовые рынки стали «полем чудес» жулья и очковтирателей; он обрушил в грязь даже имидж самого президентства, а войну с Югославией употребил для прикрытия скандала с Моникой Левински. Ту Америку, которую великий Рональд Рейган поднял из пропасти картеровского правления и вознес на уровень сверхдержавы, Клинтон за восемь лет развратил и испоганил.

Так мы – сами – помогаем тунеядцам гробить свою страну. Да, пока что и на Уолл-стрит, и на Капитолийском холме, и в Белом доме у нас еще держится белая интеллектуальная элита. Но в стране, где белое население стало меньшинством, в стране, где каждые десять лет население увеличивается на 30–40 миллионов мексиканцев, мусульман и пуэрториканцев, эта элита – ради своих мест на верхушке власти – уже вынуждена заискивать перед африкано-испанским электоратом. И не за горами то время, когда этот электорат сожрет ее.

И то же самое происходит в Европе! Англию, Германию и Францию наводнили эмигранты, французы уже боятся арабов, немцы – турок, а русские – чеченцев. Со времен открытия огня все изобретения, движущие прогресс, сделаны в северном поясе и северными народами, но мы оказались не способны защитить эти открытия – наши корабли взрывают арабские фанатики, наши самолеты похищают палестинские варвары, и наши пентагоны и торговые центры атакуют саудовские самоубийцы. Цивилизация homo sapiens создавалась сорок тысяч лет, но она рушится, как рухнула цивилизация атлантов…

Однако те, кто угробит Америку, слепцы, дикари и тупицы! Они не успеют насладиться своим идиотским реваншем. Потому что американская цивилизация – это воистину последний шанс, который Высший Разум дал нам, homo sapiens, как виду. И как только Он увидит, что человечество этот шанс загубило, Он в досаде и гневе просто утопит нас всех – вместе с нашими церквями, мечетями и синагогами, Интернетом и космодромами, Уолл-стрит и Голливудом, материками и островами, как утопил Он в свое время Атлантиду вот в этом Атлантическом океане, а до нее – цивилизацию лимурийцев… – Профессор вдруг повернулся ко мне. – Вы не думаете, что и эти акулы, и жуткие наводнения последних лет, и ураганы – это все предупреждение нам, homo sapiens? Кстати, вы знаете, что Стивен Спилберг начал съемки фильма о том, какой будет Америка через пятьдесят лет? Причем с Томом Крузом в роли главного героя – полицейского. Спилберг собрал целую команду социологов, футурологов и градостроителей, которые строят ему Вашингтон 2050 года! Понимаете, какой это бред? Я-то после «Списка Шиндлера» считал этого Спилберга трезвым реалистом, а он просто образец либерального благодушия! Белые полицейские в Вашингтоне через пятьдесят лет?! Да в Вашингтоне уже сейчас белые не живут! А через пятьдесят лет не только в Вашингтоне, но и во всей Америке не будет никакой полиции – ни белой, ни черной, ни желтой! Через пятьдесят лет по этому пляжу будут снова ползать крокодилы, а на пальмах скакать обезьяны. А все эти дома обвалятся еще раньше, как обвалились и утонули в песках те города, которые израильтяне построили в Эйлате, а потом вместе с Эйлатом отдали Египту…

Share

ДУХОВНАЯ  жизнь

dyhovnaya-zhizn

Пoнятиe дуxoвнaя жизнь в пeрвую oчeрeдь включaeт в сeбя сoблюдeниe зaпoвeдeй Бoжьиx. Ибo гoвoрить o дуxoвнoсти и игнoрирoвaть Твoрцa всeгo дуxoвнoгo и мaтeриaльнoгo, мягкo гoвoря — нe рaзумнo. Потому как дуxoвнaя жизнь в тoм и зaключaeтся, чтo бы всe житeйскиe ситуaции сooтнoсить с вoлeй Бoжьeй и ни нa шaг нe oтступaть oт нeё. Нo нeoбxoдимo здeсь oтмeтить, чтo для тoгo, чтo бы были и силы и рaзум для слeдoвaния в вeрнoм нaпрaвлeнии, нeoбxoдимo буквaльнo прoпитaться Бoжьeй прaвдoй или другими слoвaми, — стяжaть Дуxa Святoгo. Кoму-тo этo удaётся быстрo, и этo признaк Бoжeствeннoгo вмeшaтeльствa, и с этoгo мoмeнтa для нeгo нaчинaeтся дуxoвнaя жизнь, a инoгдa нeoбxoдимo прoдoлжитeльнoe врeмя, a кoму-тo и вся жизнь.

Божий промысел и духовная жизнь.

На первом этапе Господь даёт человеку обильную благодать; видеть свои грехи, свои немощи, ограждает человека от чрезмерных искушений, давая почувствовать Божью силу и Божье попечение. На втором этапе Господь немного отнимает свою благодать, но делает это в воспитательных целях. Что бы человек осознал свою немощь и беспомощность. Третий этап – падения и восстания с Божьей помощью, и это путь христианина, таковы тернии его подвижничества, в этом и заключается его духовная жизнь.

Духовная жизнь — есть общение с Богом, уподобление Ему, единение с Ним. Духовная жизнь это не просто благочестие, не просто молитва, не просто даже подвиг или отреченность от мира. Она есть, в первую очередь, строгая упорядоченность в развитии, особая последовательность в приобретении добродетелей, закономерность в достижениях и созерцаниях.

Можно сказать, что дуxoвнaя жизнь — этo жизнь в любви и мирe с Бoгoм, сoбoй и oкружaющими.

В мирe с Бoгoм нужнo пoнимaть, кaк угoждeние Eму. Сущeствуeт тaкoe пoнятиe, кaк xoждeниe пoд Бoгoм. Тo eсть жить тaк, кaк будтo нa тeбя пoстoяннo, eжeсeкунднo взирaeт Гoспoдь (a этo нa сaмoм дeлe тaк), жeлaя oцeнить твoи пoступки, слoвa и мысли. Сooтвeтствeннo чeлoвeк, мoжeт xoдить путями Бoжьeми, тoлькo знaя эти пути, и это и есть — дуxoвная жизнь.

В мирe с сoбoй — этo пoступaть, сooбрaзуясь сo свoeю сoвeстью, кoтoрую нeoбxoдимo услышaть, слушaть и нe в кoeм случaи нe пoпирaть eё. И xoдя пo сoвeсть, никoгдa нe сoгрeшишь. И этo eсть дуxoвнaя жизнь.

В мирe с oкружaющими oзнaчaeт, чтo пoступaть пo oтнoшeнии к ним тaк, кaк xoтeл бы, чтo бы пoступaли пo oтнoшeнии к тeбe. И eсли пoчивaeт Дуx Святoй, тo чeлoвeк тиx, мирeн, нe скaндaлит, нe oсуждaeт. A eсли и прoизoшлo чтo-тo, a этo чтo-тo прoисxoдит пoстoяннo, тo oн бeжит к бaтюшкe нa испoвeдь. Кaeтся и oтxoдит к людям ужe успoкoeнным, oчищeнным жeлaющим быть сo всeми в мирe и любви. в тoй мeрe, в кaкoй ктo прибывaeт. И этo eсть дуxoвнaя жизнь.

Существуют такие уникальные примеры, когда человек, проживая, совершенно не имея понятия о том, что есть духовная жизнь, он даже ничего о ней не зная, оказываясь на смертном одре, вдруг осознаёт существование Бога, осознаёт суетность и греховность прожитых лет, осознаёт свою духовную нищету и всем сердцем просит Создателя о прощении. И Господь конечно же прощает его, ибо ждал Он это обращение всю его жизнь. А взамен даёт ему Духа Святого.

Основа, фундамент человеческого бытия, есть духовная жизнь. Но духовная жизнь, духовной жизни рознь. Может человек быть с Богом, и от Него черпать знания, и укрепляющую и наставляющую благодать. Но можно иметь и противоположных светлому началу советников, и так сказать опору, т.е. магов, колдунов и приворотников (о них даже не хочется говорить), и через них причащаться к тёмным силам. И эта тёмная сторона так же именуется – духовная жизнь. Так будим же братья трезвенны. Кто уже в Боге и в истине, да не отвернём с пути правды. Видишь ли, брата заблуждающегося – попробуй наставить его к Свету. Ну, а если брат твой закоснел в нечестии, ну, что ж, отдадим суд Богу, ибо от Него всё, Им всё, и в Нём.

Share

Тоска по Моргулису

mixail-morgulis-i-ozeroКнига Михаила Моргулиса «Тоска по раю» вышла в издательстве «Христофор».

Великий генуэзец, некогда случайно открывший Америку, возник здесь, видимо, совсем не случайно.

Михаил Моргулис, родившись в Киеве, открыл Штаты в 1977 году. Но в отличие эмигрантов 3-й волны не стал эксплуатировать модную антисоветскую ноту. А построил в своей отдельно взятой семье христианский социализм. Тем более супруга – Татьяна Титова – дочь православного священника.

Во Флориде, в небольшой деревне North Port, у него приход, свой дом, собаки, дети.

Жить бы себе без забот. А он колесит по миру, бывшему советскому союзу, помогает больным и обездоленным, старается умирить вражду, помочь.

Два года тому назад его занесло на Майдан. На фоне сожженных автомобильных покрышек и разора он, протестант, молился о том, чтобы люди по разные стороны баррикад вспомнили, что они – православные, что человек человеку – не волк.

Но, увы, не помогло.

А еще на Донбассе у него несколько детских домов, которым он собирает деньги. Однажды, когда денег не хватало, он заложил свой дом…

Многие говорят, что он похож на отца Александра Меня. Мне он просто напоминает моего отца, земного и небесного. Весьма возможно, если бы Христос спустился на грешную землю, он был бы Моргулисом.

Я бы еще очень долго могу говорить о нем, как о человеке, но передо мной лежит «Тоска по раю». И надо сказать главное.    

Михаил Зиновьевич Моргулис — американский писатель, политолог, богослов, основатель концепции Духовная Дипломатия. Автор 9 книг, книга на английском языке «Возвращение на красную планету» в 1990 году была в списке бестселлеров в США. Основатель первого в мире издательства «Славик Госпел Пресс», выпускавшего на русском языке труды западных писателей и богословов. С 1982 года выпущены книги 116 авторов общим тиражом около 15 миллионов экземпляров. Основатель журнала «Литературный Курьер» и газеты «Литературное Зарубежье».

А еще надо сказать, что в основе творчества писателя и богослова – вечные идеалы  любви, прощения  и глубокого уважения к человеческой личности…

Нет, не то и не так. Михаил Моргулис – замечательный, очень тонкий, точный русско-американский писатель, вобравший в себя все лучшее из русской и американской прозы. Здесь, как в наваристом украинском борще есть и Бабель, и Керуак, возможно Бротиган, Хемингуэй, Чехов и т.д.:

Мы спешили, спешили, мы торопились, мы догоняли убежавшее время, хотя твердо знали, что догнать его невозможно. По крайней мере в этой жизни. Но весь мир находился в погоне за ним, поэтому и мы рвались вперед. Наш «додж» с мотором 225 лошадиных сил тихо ревел, и мы летели, обгоняя другие машины. Мы гнались за призраками, улетевшими из Чикаго во Флориду…

Рассказ «Я убил ее печальные глаза» я читал в самолете, когда летел из Чикаго во Флориду.   

Все неслучайно в этой книге, в жизни этого человека и писателя.

А еще предисловие к книге написал поэт Евгений Евтушенко: «У этой прекрасной истории есть одно редкое сейчас для книг качество – в неё можно влюбиться. Со мной случилось именно это!».

Евгений Александрович Евтушенко в июне прошлого года самолично пришел на презентацию, чтобы засвидетельствовать свое почтение автору. 

Тогда в книжном на Покровке в дождливый день прозвучала умиротворяющая музыка Моцарта. А из Украины специально для встречи со своим земляком приехал украинский меценат, общественный деятель и организатор службы волонтеров Тимофей Нагорный. Именно Тимофей Нагорный и Михаил Моргулис «спровоцировали» Евгения Евтушенко, чтобы он написал стихотворение «Медсестра из Макеевки».

На вечере были также и друзья Михаила Моргулиса: актер театра и кино, режиссер Олег Марусев, художественный руководитель Московского театра Мастерская Петра Фоменко Евгений Каменькович.

Хотя весь мир – его друзья: и Борис Немцов, и Олесь Бузина…

Олег Марусев, торопившийся на спектакль, в порыве чувств встал перед Моргулисом и Евтушенко на колени.

А я вот пишу рецензию, но все равно, что исповедаюсь перед ним.

Я всегда говорю с ним, а когда его нет, или он не отвечает на мои письма, то с его удивительной живой книгой. И всегда тоскую по его словам, как будто время заговариваю и прошу его: постой, не торопись!

Но тоска не проходит. И я вновь окунаюсь в его книгу…

Игорь Михайлов,

Журнал «Книжное обозрение»

Михаил Моргулис. Тоска по раю. Маленький роман о любви и 45 рассказов. –  издательство СПб. Христофор, Санкт-Петербург  2015. – 448 стр. ISBN 978-5-8445-0314-6

 

Share