ПРОРЫВ В БУДУЩЕЕ

В начале июня в знаменитом флоридском городе Майами проходила выставка-конференция  – eMERGE AMERICAS. В огромных залах Miami Beach Convention Center собралось около 9 тысяч гостей из многих стран мира. На стендах демонстрировались невероятные открытия в сфере новых технологий, последние достижения в области компьютерной мысли. Целью  этой  динамичной выставки было объединить признанных гигантов компьютерной индустрии со стартапами, ведущими прорывные разработки. Недаром мэр Майами-бич Филипп Левин заявил: «Майами действительно становится высокотехнологичной инновационной столицей Америки».

Впервые на выставке были продемонстрированы технологические достижения Беларуси. Ее национальная экспозиция представляла более 80 наукоемких уникальных разработок академии наук Беларуси, министерства образования, Парка высоких технологий – по самым актуальным тематическим направлениям. Возглавлял беларускую делегацию председатель Государственного комитета по науке и технологиям Александр Шумилин.

По итогам выставки-конференции беларуские компании и организации подписали восемь соглашений о научно-техническом, инновационном и образовательном сотрудничестве. В частности, ОАО “КБТЭМ-ОМО” заключило соглашения с американскими компаниями по реализации шаговых двигателей и созданию установки контроля полупроводниковых пластин. Соглашение с компанией Teksoli предусматривает поставку плат на $300 тыс. с перспективой увеличения поставок до $10 млн. Еще одно соглашение – в области разработки и совместного производства изделий медицинского назначения – подписал технопарк Беларуского национального технического университета “Политехник”. Кроме того, меморандум о взаимопонимании и подготовке специалистов в IT-области, создании научных лабораторий и совместных организаций подписали Беларуский государственный университет информатики и радиоэлектроники и компания Intetics. Беларуский государственный университет и Adelphi Technology заключили соглашение о выполнении совместных научно-исследовательских проектов и обмене студентами и преподавателями.

Как видим, небольшая, малоизвестная здесь страна вдруг продемонстрировала свои компьютерные мускулы. Впрочем, удивляться этому не приходится: Беларусь всегда была технически развита, в ней во все времена работало много талантливых учёных. А созданный 10 лет тому назад беларуский Парк высоких технологий завоевал заслуженное признание в мировом компьютерном сообществе. Только в прошлом году Парк, в котором сегодня трудится 30 тысяч молодых специалистов, принёс Беларуси один миллиард долларов прибыли. Как-то, выступая по беларускому телевидению, я сказал: «Ни один план в наше время не сможет быть выполнен, если в нём не будет участвовать новое поколение людей». Выставка eMERGE AMERICAS стала яркой иллюстрацией этих слов.

B многочисленную беларускую делегацию вошли учёные, топ-менеджеры и ректоры крупнейших университетов страны. В её составе были Временный поверенный в делах Беларуси в США Павел Шидловский, торговый представитель посольства Сергей Нагорный и почётный консул Беларуси в США Михаил Моргулис.

Во время работы выставки состоялись встречи и переговоры главы беларуской делегации Александра Шумилина с руководством торгово-промышленной палаты Beacon Council, округов Майами-Дейд, Броуард, городов Форт-Лодердейл, Корал-Гейблс, университета города Майами и представителями технологических парков, выпускающих высокотехнологичную и инновационную продукцию. Делегация также приняла участие в нескольких торжественных приёмах, где в адрес Беларуси прозвучало немало добрых слов.

На одном из таких приёмов выступал Джеб Буш, брат бывшего президента Джорджа Буша, а также бывший кандидат в президенты и губернатор Флориды. Я задал ему вопрос: видит ли он при новой администрации в Вашингтоне перспективы улучшения отношений между  США и Беларусью? Буш отвечал уклончиво, видно было, что о Беларуси он знал немного, но всё-таки признал, что, при стабильной ситуации в Беларуси, эти отношения обязательно должны развиваться.

Много лет я и мои друзья защищаем интересы Беларуси в США. Мы не занимаемся лоббированием, а действуем как волонтёры, по зову сердца. Мы всегда говорим нашим бизнесменам и политикам: если вам не нравятся лидеры страны и поэтому вы не помогаете кредитами, то вы наказываете не стоящих у власти, а 10 миллионов беларусов. Когда-то, во время  предвыборной компании, мне удалось сказать о Беларуси несколько слов господину Трампу. Я сказал, что во время войны с немецким  нацизмом в Беларуси был убит каждый четвёртый  житель страны. В ответ будущий президент произнёс замечательные слова: «Страна, которая потеряла каждого четвёртого жителя, заслуживает особой помощи!»

Хотя некоторые экономические санкции против Беларуси действуют в США по-прежнему, это не мешает крупным беларуским компаниям успешно работать на американском рынке. Я уверен, что в скором будущем и эти санкции будут сняты. Почему? Да потому что на фоне кровавых событий во многих странах жизнь в Беларуси – спокойная, мирная, без коррупции и бандитизма. Разумеется, ни в одной стране на земле рая нет. Но ценить надо  то, что уже достигнуто.

.

На выставке выступил  Стив Возняк, чьи предки были выходцами то ли из Украины, то ли из Беларуси. Знаменитый Возняк, который  вместе со Стивом Джобсом основал  всемирно известную компанию Apple. В его эмоциональной, насыщенной речи звучал один лейтмотив:  нужно, чтобы компьютер оставался творением человека, а человек всегда оставался творцом. «Во всём должны участвовать люди, а не машины, а машины должны улучшать то, что мы знаем и вкладываем в них.»

Серьёзным успехом пользовался на выставке журнал «US-Belarus Observer». Это уникальное англоязычное издание выпускается в США и направляется всем членам Конгресса и Сената, правительственным учреждениям, крупнейшим американским компаниям и общественным организациям. Менеджеры и учёные с вниманием рассматривали фотографии, читали статьи. Ричард  Томпсон, директор Международного института  во Флориде, сказал Полy Петровцу: «Ваш журнал строит надёжный мост доверия между Америкой и Беларусью». Сайт журнала: http://www.usbelarusobserver.com/

Во время выставки состоялось награждение регионального консула Флориды Иты Неймотин. В её государственную организацию входят 150 адвокатов, которые проверяют постановления судов. Именно эта организация спасла от тюрем немало людей, не имеющих средств для адвокатской защиты. Многие действия Иты Неймотин связаны с её желанием улучшить отношения между США и Беларусью. Госпожа Неймотин была награждена  дипломом и памятным подарком Почётного консула Беларуси в США.

Подводя итог выставки, можно сказать, что она открыла для многих невероятные возможности новых технологий, расширила горизонты понимания будущего нашей цивилизации. А еще посодействовала тому, чтобы соприкоснулись самые светлые умы, двигающие мировую науку, успехи которой так важны для совершенствования нашего грешного мира. Вот почему, хотя сегодня этот мир переживает кризис и волны мусульманских мигрантов смывают европейскую культуру, а военным конфликтам в Сирии, на Украине, во многих странах Африки не видно конца, я верю: ненависть и зло не смогут победить, и этом нам поможет компьютерная революция, делаемая руками нового поколения. Да поможет им Бог!

Михаил Моргулис,

Bridgeusa@aol.com

 

 

 

 

 

 

Share

ПОСЛЕДНИЙ ШАНС АМЕРИКИ


Это слова профессора на берегу океана, где сидя на песке его слушало около двухсот людей.

“Я думаю, Бог очень терпелив и дал Америке ещё один (может быть, действительно последний) шанс – победу Трампа, человека, которому это президентство было нужно, как зайцу стоп-сигнал.  Но по какому то необъяснимому зову высших сил 70-летний миллиардер с молодой красавицей женой и прекрасными детьми, вдруг поняв, что всё летит в тартарары, рванулся в бой со всей командой  думающих молодых людей всех цветов и, несмотря на, казалось бы, полное отсутствие шансов, победил.
Он понимает, что времени мало, и он торопится
успеть сделать как можно больше, чтобы повернуть
процесс разрушения вспять.
С момента принятия решения и даже после победы
он работает не покладая рук. Дай Б
ог ему сил выдержать это
ради наших детей и внуков, многие из которых не понимают этого, будучи уже зазомбированными бациллой либерализма.
Америка – это последний шанс, который история земли дала нам, homo sapiens, как виду в нашем развитии
” – говорил  профессор, вышагивая по кромке тихого океанского.
Триста лет назад она открыла этот материк для
тысяч самых авантюрных, предприимчивых и сильных особей человеческого рода, чтобы они, вырвавшись из европейской феодальной цивилизации, создали здесь
новую цивилизацию демократии.

И они сделали это! Буквально на голом месте, среди джунглей, болот и прерий, с помощью индивидуального предпринимательства и свободной конкуренции, они создали самую богатую, мощную, комфортную и сытую страну и без какой-либо помощи государства, на свой страх и риск.
Sky is the limit! – у нас нет ничего невозможного, вы можете добиться всего, чего захотите! Это был их девиз.
Да, у нас есть нищие! Но у нас есть богатые, которые
ещё вчера были нищими, а сегодня у них из водопроводного крана течет минеральная вода! Принимая бедных и голодных со всего мира и работая в поте лица, мы доказали эффективность закона о выживании сильнейших, заслужили этим поддержку Высшего Разума, и в начале XX века этот Высший Разум допустил нас к открытию радио и телеграфа, двигателя внутреннего сгорания, а затем и ядерной энергии. Он просто осенил, осеменил человечество этими открытиями. Если до этого история homo sapiens развивалась медлительно-эволюционным путем и ползла, как на перекладных, то с начала XX века она понеслась скачками  и галопом от одного великого открытия к другому, от простой морзянки к Интернету, от винтовых аэропланов к космическим кораблям и от пенициллина к генной инженерии.

Никогда, обратите внимание, ни-ког-да процесс технического развития земной цивилизации не осуществлялся с такой скоростью! Только когда на земле возникла цивилизация, способная употребить эти открытия в цивилизованных целях, только когда мы достигли понимания, что мир выгодней и полезней войны и массовых убийств,
нас подпустили к использованию ядерной энергии, генной инженерии и другим могучим силам природы. Сегодня Америка – это страна высочайших технологий и революционных открытий, способных спасти человечество от голода,  тектонических катаклизмов, встречи с космическим астероидом и даже от ядерной зимы.
Но ничего этого не случится! Человечество профукало этот последний шанс и обречено на гибель!

Стоя буквально в двадцати – тридцати годах от перехода из животного существования к цивилизации высоких технологий и господству интеллекта над низменными инстинктами, человечество опять – в который раз! – поскользнулось на элементарном благодушии и трусости сытых – на том, от чего погибли все прежние цивилизации.
И дело вовсе не в этих ничтожных арабских террористах! – усмехался профессор. 
– Как видите, у нас хватило оружия и решимости за двадцать дней разнести к гребаной матери все их
Тора-Бора и прочие пещеры с дикарскими названиями.
Если потребуется, мы можем снести с лица земли не только эти пещеры, но и сами горы, даже Гималаи. Разрушать не строить, и нет технических препятствий к разрушению даже целых материков!
Арсенала нашего оружия хватит и на большее!

Однако нет никакого оружия против собственной глупости, трусости и благодушия!
Сначала бацилла велфера, этой британской разновидности социализма, надломила закон о естественном отборе сильнейших, и миллионы лентяев, неучей, дегенератов и наркоманов, обреченных на вымирание, вдруг получили идеальные условия массовой инкубации за счет общества.
Ещё миллионы стали слетаться сюда со всего света, чтобы тут же сесть нам на шею, в некоторых аэропортах мира
даже висели плакаты: «Лучшие условия велфера в США – в таких-то и таких-то штатах»!

И полвека продолжалась эта вакханалия пожирания трутнями здоровой плоти общества.
Только четыре года назад либералы спохватились и согласились сбросить эту удавку с общества, но это
уже не остановило процесс.

Попробуйте дозвониться хоть до одного правительственного офиса – вы не дозвонитесь никогда, они оградили себя автоответчиками, как стеной!
А некоторые уже взяли на вооружение новейшие изобретения, и вы можете услышать феноменальное требование: если вы хотите, чтобы вам ответили человеческим голосом, сообщите номер своей
кредитной карточки, мы взыщем с вас пять долларов,
и после этого с вами будут разговаривать. И это – правительственная организация!

Вы скажете, какое это имеет отношение к велферу?
Самое прямое: сегодня все функции государственного организма осуществляют те, кто вчера сидел на велфере, или относятся к этой службе как разновидности велфера.
Да, да, в государстве, которое основано и построено белыми людьми, осуществляют власть все, кроме белых!

Посмотрите, в чьих руках департаменты образования наших детей – в испанских!
Причём не испанских из Испании, страны Сервантеса и Колумба, а из бывших испанских колоний, из Пуэрто-Рико, Коста-Рики, Ямайки, Кубы и Мексики!
Их здесь уже столько, что они отказываются учить английский язык и сделали испанский вторым государственным языком страны!

А почта? Вы знаете, что ещё двадцать пять лет назад
почту у нас доставляли два раза в день – в восемь утра и в три часа дня?! Точно, как часы! И любое письмо с западного побережья на восточное шло максимум два дня!
А в Нью-Йорке любое письмо приходило назавтра! Куда это делось?

Стоимость почтовых отправлений возросла в пять раз, а письма теперь доставляют раз в день, и письмо из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк идет пять дней!
И это при том, что основная масса корреспонденции уже давно идёт по факсам и электронной почте! Так в чём же дело?

А в том, дорогой мой, что почта – это тоже государственная служба! То есть всё равно что велфер…
Хотите ещё пример? Пожалуйста!

Возьмите нашу Службу эмиграции и натурализации, посмотрите, как они работают, и у вас отпадут все вопросы!
Потому что эта служба уже вся африканская! И для них синекура американской государственной службы, с которой невозможно уволить, но за которую платят от 30 до 70 тысяч долларов в год плюс все медицинские страховки, стала вторым велфером – они не работают, а делают нам, белым, одолжение тем, что просиживают там свои задницы!

Мы, оказывается, должны лизать им жопы и кормить их до скончания века только за то, что привезли их предков в Америку и заставили работать на плантациях. Да, привезли и заставили! Но именно поэтому их потомки сегодня
кайфуют и процветают в Америке, а не гниют от СПИДа в своих африканских джунглях!

Однако – нет! Оказывается, орут их демагоги, это их предки, будучи рабами наших предков, построили нам Америку!
Чушь! Рабский труд – самый непроизводительный, именно потому человечество с ним распрощалось.  
К тому же если они такие прекрасные строители, то
почему они не построили такую Америку в Африке?

 
Однако фрейдистский комплекс мести и зависти к белым людям выгрызает им души, превращает каждое ваше посещение наших государственных учреждений
в пытку и унижение, и этот чёрный расизм уже довел нас до того, что белому стало трудней поступить
в университет, чем чёрному, белому трудней получить государственную службу, чем чёрному, и даже въехать в Америку белому эмигранту куда трудней, чем арабскому террористу!   

Да, представьте себе, на нашем главном КПП – в Службе эмиграции и натурализации белой Америки – уже практически нет белых людей!    

Поймите, я совсем не расист. Среди студентов нашего университета масса чёрных, испанцев и даже мексиканцев!
И все они замечательные спортсмены, а многие и вообще толковые ребята. 

Но это не значит, что я не вижу, как страна, основанная, построенная и достигшая своего расцвета благодаря бешеной, воистину американской работе белых европейских колонизаторов, темнеет на глазах, африканизируется, мексиканизируется и психически велферизируется.
Словно коммунизм, сдохнув в вашей стране, видоизменился и перетёк к нам сюда, в США, чтобы, как птица Феникс или как Робокоп,  возродиться здесь! 

Да, да, Америка строит коммунизм, как это ни парадоксально! Потому что велфер – это социализм!     Государственная бюрократия – это социализм!  
Всеобщее принудительное страхование – это социализм!
А наступающая власть плебеев над интеллектуалами – это коммунизм!  
 

Конечно, вы скажете: как же так? Посмотрите вокруг!
Эти роскошные дачи, пляжи, отели, небоскребы – разве они не принадлежат белым?
А Уолл-стрит? А банки? А Капитолий? А вся экономика?
Друг мой, мы строили Всемирный торговый центр шесть лет и восемь месяцев, а он рухнул
на наших глазах за час сорок восемь минут!

Всего за полтора часа от усилий, талантов и денег самых лучших в мире архитекторов и строителей остались только миллион двести тысяч тонн руин и обломков. И сделали это каких-то девятнадцать зомбированных арабов!   

Нашу великую, могучую и прекрасную Америку мы строили двести с лишним лет, но нам достало одного президента Клинтона, чтобы всё это замечательное строительство потеряло свою основу: европейско-американское отношение к труду.

При нём страховые компании гигантской грудной жабой уселись нам на грудь и душат нас уже совершенно бесконтрольно; при нём экономика превратилась в гирлянду мыльных пузырей, а фондовые рынки стали «полем чудес» жулья и очковтирателей; он обрушил в грязь даже имидж самого президентства, а войну с Югославией употребил для прикрытия скандала с Моникой Левински. 
 
Ту Америку, которую великий Рональд Рейган поднял из пропасти картеровского правления и вознёс на уровень сверхдержавы, Клинтон за восемь лет развратил и испоганил. 

Так мы сами помогаем тунеядцам гробить свою страну.   Да, пока что и на Уолл-стрит, и на Капитолийском холме, и в Белом доме у нас ещё держится белая  интеллектуальная элита. Но в стране, где белое население стало меньшинством, в стране, где каждые десять лет население увеличивается на 30–40 миллионов мексиканцев, мусульман и пуэрториканцев, эта элита – ради своих мест на верхушке власти – уже вынуждена заискивать перед африкано-испанским электоратом. И не за горами то  время, когда этот электорат сожрёт её.   

И то же самое происходит в Европе! Англию, Германию и Францию наводнили эмигранты, французы уже боятся арабов, немцы – турок, а русские – чеченцев.
Со времён открытия огня все изобретения, движущие прогресс, сделаны в северном поясе и северными народами, но мы оказались не способны защитить эти открытия – наши корабли взрывают арабские фанатики, наши самолеты похищают палестинские варвары, и наши пентагоны и торговые центры атакуют саудовские самоубийцы.
Цивилизация homo sapiens создавалась сорок тысяч лет, но она рушится, как рухнула цивилизация атлантов… Однако те, кто угробит Америку, – слепцы, дикари и тупицы! Они не успеют насладиться своим идиотским реваншем. Потому что американская цивилизация – это воистину последний шанс, который  Высший Разум дал нам, homo sapiens, как виду. И как только Он увидит, что человечество этот шанс загубило,
Он в досаде и гневе просто утопит нас всех – вместе с нашими церквями, мечетями и синагогами, Интернетом и космодромами, Уолл-стритом и Голливудом, материками и островами, как утопил Он в свое время Атлантиду вот в этом Атлантическом океане, а до неё – цивилизацию лимурийцев…
  
Профессор вдруг повернулся ко мне:
– Вы не думаете, что и эти акулы, и жуткие наводнения последних лет, и ураганы – это все предупреждение нам, homo sapiens?  Кстати, вы знаете, что Стивен Спилберг начал съёмки фильма о том, какой будет Америка через пятьдесят лет? Причём с Томом Крузом в роли главного героя – полицейского.   

Спилберг собрал целую команду социологов, футурологов и градостроителей, которые строят ему Вашингтон 2050 года! Понимаете, какой это бред? Я-то после «Списка Шиндлера» считал этого Спилберга трезвым реалистом, а он просто образец либерального благодушия!
Белые полицейские в Вашингтоне через пятьдесят лет?!

Да в Вашингтоне уже сейчас белые не живут! А через пятьдесят лет не только в Вашингтоне, но и во всей Америке не будет никакой полиции – ни белой, ни черной, ни желтой!
Через пятьдесят лет по этому пляжу будут снова ползать крокодилы, а на пальмах скакать обезьяны.

А все эти дома обвалятся ещё раньше, как обвалились и утонули в песках те города, которые израильтяне построили, а потом отдали Египту…

 
 Эдуард Тополь.

 

Share

ОПАСНЫЕ ВРЕМЕНА ДЛЯ АМЕРИКИ

 

 

Алан Дершовиц, выдающийся американский правовед и адвокат, в прошлом
профессор права в Гарварде, проанализировал основания для импичмента
Президента Трампа в газете «Нью-Йорк Дейли Ньюс» 18 мая с.г.
В меморандуме директора ФБР Джеймса Коми (James Comey) утверждается,
что Президент попросил его прекратить расследование уволенного
советника по национальной безопасности Майка Флинна. Является ли
разговор Трампа с Коми «блокировкой правосудия» (obstruction of
justice)?

Джеймс Коми / Дональд Трамп. Фото: edition.cnn.com/

ФБР является частью Министерства юстиции, и директор ФБР подчиняется
президенту, возглавляющему все отделы исполнительной власти, так что
президент вправе говорить им, что делать. Исторически президенты не
раз давали указания ФБР, в отношении кого проводить расследование для
привлечения к судебной ответственности (Президенты Т. Джефферсон, Дж.
Кеннеди, Л. Джонсон). Если Президент попросил директора ФБР прекратить
расследование уволенного советника, то, согласно закону, это не
является «блокировкой правосудия» и, следовательно, не может служить
основанием для импичмента.
Чтобы сделать главу ФБР более или менее независимым от президента,
Конгресс определил срок его службы в 10 лет. Однако это не лишило

Президента права увольнять директора ФБР без объяснений причин, как
это сделал Трамп.

А причины были – и довольно серьезные!
Левые СМИ утверждали, что увольнение Коми было попыткой Трампа
увильнуть от расследований его связей с Россией. Не верьте лжи, что
Коми — хороший человек, уважаемый следователями ФБР, не верьте лжи,
что Трамп отправляет непродуманные послания народу, пользуясь
«твиттером». Это – его главное оружие в общении с народом и борьбе с
левыми СМИ, постоянно извращающими факты и фабрикующими лживые
измышления (“fake news”), чтобы создать социальный хаос.
Джеймс Коми – это, возможно, самая ядовитая змея, обитавшая в
“вашингтонском болоте”, которое обещал осушить Трамп во время
предвыборной кампании. “Drain the swamp!” был его лозунг. Коми хорошо
платили, чтобы скрыть коррупцию четы Клинтон и Барака Обамы. Он играл
центральную роль в попытке Хиллари Клинтон победить Трампа, правда,
качаясь из стороны в сторону, поскольку был не уверен, кто из них
победит. Когда же победил Трамп, ему было поручено подорвать
деятельность администрации Президента. Коми имел высокого покровителя
и работал изобретательно, чтобы дать основания для импичмента и
исключить Трампа из игры.

Трамп должен был действовать быстро и выбрать правильное время, чтобы
отрубить голову этой змее до того, как она успеет укусить его. Начать
с того, что Президент уволил Коми, когда тот был за три тысячи миль от
своей конторы и не догадывался о том, что его ждет, так что все его
папки с делами, компьютеры, магнитофонные записи прослушивания и все
его материалы, оказались в руках его босса, Генерального прокурора
Джефа Сешнса (Jeff Session) и работников Министерства юстиции. Вопреки
заявлениям обозревателей СМИ (в том числе и русскоязычных), увольнение
директора ФБР без предупреждения было сделано Президентом
высокопрофессионально, хотя и неполиткорректно. Это был блистательный
стратегический шаг: Трамп не информировал никого из персонала Белого
Дома о том, что собирается сделать, чтобы не допустить утечки
информации. Трамп обезвредил Коми и других «обитателей болота»,
сообщив им, что Генеральный прокурор имеет информацию об их слежке за
Президентом. Увольнение Коми было своевременным и необходимым в борьбе
Трампа против коррупции государственной власти.
Всем и особенно тем, кто переживал по поводу увольнения Джеймса Коми,
надо знать об истории его коррупции (по следам публикации на сайте
“State of the Nation” 22 мая 2017 г.).

Журналистское расследование агентства Breitbart News показало, что
Коми глубоко погряз в культуре коррупции, принятой в Вашингтоне. Его
заявление на слушании в Конгрессе 8 июля 2016 г., что ФБР приняло
решение не рекомендовать Министерству юстиции предъявлять обвинение
экс-Госсекретарю Хиллари Клинтон, было основано на его личных и
профессиональных связях с четой Клинтон. Оказалось, что ранее Коми был
членом Совета директоров Clinton Foundation. Оказалось также, что его
брат Питер Коми работает в финансовой фирме, которая оформляет
налоговые отчеты Clinton Foundation.

В конце 90-х Коми был рядовым помощником федерального прокурора. Он
приобрел власть и деньги, когда Министерство юстиции поручило ему
расследовать предоставление Клинтоном помилования (pardon) преступному
финансисту Марку Ричу, который сбежал от правосудия и укрывался в
Швейцарии (Клинтон помиловал своего дружка перед уходом с поста
президента). В случае поимки и суда М. Ричу грозило бы пожизненное
заключение за торговлю оружием и отмывание денег. Жена Рича
пожертвовала большие деньги Clinton Foundation, и Коми, объявивший,
что Билл Клинтон не сделал ничего дурного, получил свою долю и начал
карьерный рост, став частью коррупционной машины четы Клинтон.
В 2002 г. Коми был назначен на должность Федерального прокурора Южного
округа штата Нью-Йорк, а в конце 2003 г. он стал заместителем
Генерального прокурора США. В августе 2005 г. Коми уволился из
Министерства юстиции и получил должность главного юрисконсульта в
компании Lockheed Martin – солидной фирме, выполняющей военные
контракты Пентагона. Эта американская компания «высокой технологии»
строит современные летательные аппараты, создает компоненты
космической аэронавтики и связана с оборонными объектами и защитой
национальной безопасности. Затем Коми получил должность старшего
вице-президента этой компании. Вскоре Lockheed Martin начала
жертвовать миллионы «благотворительной организации» Clinton Foundation
и получать взамен огромные контракты при одобрении возглавляемого
Хиллари Клинтон Госдепартамента.

В 2010 г., будучи членом Американской коммерческой палаты в Египте,
компания Lockheed Martin заплатила Биллу Клинтону за одно выступление
$250 тысяч долларов и получила одобрение возглавляемого Хиллари
Клинтон Госдепартамента на выполнение 17 контрактов, что было заслугой
Джеймса Коми. В том же году Коми уволился и получил $6 млн. долларов
компенсации за отличную службу. Коми перешел на работу в компанию
Bridgewater Associates, где тоже занимал должность главного
юрисконсульта.

В конце 2012 г. он уволился и стал ученым, возглавившим
исследовательскую работу в Юридической школе Columbia University.
Одновременно Коми был приглашен в лондонский банк HSBC Holdings . В
это время банк оказался в центре скандала, в разгар которого Коми был
назначен членом Совета директоров банка, а также членом комитета,
оценивающего стабильность финансовой системы банка. Коми проработал в
HSBC меньше года. Расследования обнаружили, что банк годами отмывал
деньги для мексиканских наркокартелей, передавая деньги саудовским
банкам, финансировавшим террор, и Ирану – в нарушение международных
санкций. Во время расследования банк HSBC стал жертвовать крупные
суммы в Clinton Foundation и приглашать Билла Клинтона выступать на
мероприятиях банка, за что ему хорошо платили. Генеральный прокурор
Эрик Холдер и Министерство юстиции Обамы сделали то, за что им
заплатили: они оправдали банк HSBC за ничтожную для него сумму в $1.2
млрд. долларов, оплаченную к тому же акционерами. Ни один директор,
официальное лицо или член менеджмента банка HSBC не был уволен или
обвинен в противозаконных действиях. Коми хорошо постарался, чтобы
замять скандал.

В сентябре 2013 г. Президент Обама номинировал Джеймса Коми на
должность директора ФБР, несмотря на отсутствие у него достаточной
квалификации для этой работы. Однако Обама знал, что Коми не возражает
делать грязную работу для четы Клинтон и для него лично и даже
подвергать себя риску за приличное вознаграждение. При рассмотрении
этой номинации в Сенате США Коми пообещал, что не будет иметь дела с
предыдущими работодателями, но Хиллари Клинтон и не была его
работодателем. Она как раз увольнялась из Госдепартамента, когда Коми
приступил к своим обязанностям на посту директора ФБР. Она знала, что
нарушала закон и обязательства, данные ею при поступлении на работу в
Госдепартамент, пользуясь частным незащищенным компьютером и частным
адресом электронной почты для официальной переписки на посту
Госсекретаря, в том числе для пересылки конфиденциальных секретных
данных. Она знала также, что нарушала закон, торгуя иностранной
политикой страны за пожертвования в Clinton Foundation.
Стоит напомнить, что в это же время Генеральный инспектор
Госдепартамента обнаружил в финансах Госдепа недостачу более $2 млрд.
долларов. Так что назначение Коми, своего человека, на пост директора
ФБР было очень кстати (не исключено, что Обама сделал это по
рекомендации экс-Президента Билла Клинтона).

В 2015 г., как раз, когда Хиллари Клинтон начала свою избирательную
кампанию, всплыла информация о незаконном использовании ею Фонда
Clinton Foundation в бытность ее Госсекретарем. Оказалось к тому же,
что эта «благотворительная организация» никогда не подавала годовых
отчетов в IRS, которые требуются по закону. ФБР под руководством Коми
начала «расследование». Клинтоны пригласили «профессиональную
финансовую компанию», чтобы сделать необходимые отчеты в IRS.
Независимый отчет (Independent Audit) Фонда Clinton Foundation был
сделан в ноябре 2015 г. финансовой компанией “DLA Piper”, где «старшим
директором по операциям с недвижимостью в западном полушарии» (Senior
Director of Real Estate Operations for the Americas работает Питер
Коми, брат Джеймса Коми, а ее работники представляют в целом большой
блок в списке доноров избирательной кампании 2016 г. Хиллари Клинтон,
а также в числе больших доноров Clinton Foundation. Кроме того, Питер
Коми выплачивает брату частный мортгидж в размере $711,000, полученный
в январе 2011 г.
Независимая организация Judicial Watch вскрыла и другие правонарушения
Хиллари Клинтон на посту Госсекретаря, включая ее халатное отношение к
конфиденциальной информации, угрожавшее национальной безопасности.
Однако «расследование» ФБР деятельности Хиллари Клинтон имело своей
целью не расследовать, а выгородить Клинтон и дало возможность
Генеральному прокурору Лоретте Линч заявить, что «расследование» ФБР
не дает оснований для привлечения Хиллари к ответственности. Джеймс
Коми выполнил свою роль, сделав то, что ему было приказано его
хозяевами.

Одновременно, летом 2016 г., по приказу Президента Обамы, директор ФБР
Коми начал нелегальное прослушивание Дональда Трампа, стараясь найти
«русский след» в его избирательной кампании. Было использовано даже
фальшивое «досье», сфабрикованное избирательным штабом Хиллари Клинтон
для получения разрешения на прослушивание.
Но… выиграл Трамп, политический аутсайдер, и обитатели “вашингтонского
болота” всполошились, решив утопить его. Центральная роль в разрушении
президентства Трампа была снова поручена «испытанному бойцу» —
директору ФБР Джеймсу Коми. Он должен был найти связи Трампа с Россией
и опасность, которую Трамп, не знающий протокола, якобы представляет
для национальной безопасности, а также поймать Трампа в ловушку,
обвинив его в преступном вмешательстве в работу ФБР. Однако
непредсказуемый Трамп смешал все карты, неожиданно уволив Коми.
Соединенные Штаты Америки, величайший эксперимент в достижении
индивидуальной свободы и осуществлении «американской» мечты, гордятся
мирной передачей власти законно избранному президенту и уважением
результатов выборов со стороны общества. Большая часть американского
общества шокирована вопиющим неуважением к правилам мирной передачи
власти и демонстрациями леволибералов против избранного Президента
Дональда Трампа — иногда с поджиганием автомобилей и погромами
бизнесов. Это совсем не по-американски!

«Мы являемся свидетелями неудавшейся попытки государственного
переворота под видом ‘движения сопротивления’, организованного левыми
либералами под руководством экс-президента Барака Обамы и
саботажниками, которых он оставил в правительстве. Средства массовой
информации, тайно сговорившись с левыми, стали распространять
фальшивые новости из ‘непоименованных источников’, настаивая на их
правдивости», пишет в статье «Анатомия заговора» Линда Гудсмит на
блоге “ISRAPUNDIT” 21 мая 2017 г. Уже известно, что участие в
демонстрациях хорошо оплачивалось организациями, финансируемыми
миллиардером Соросом (даже с предоставлением медицинской страховки
тем, кто соглашался демонстрировать целый месяц) – объявления о найме
демонстрантов висели на кампусах многих университетов и колледжей.
Толпы подогревались лживыми измышлениями СМИ и фальшивыми обвинениями,
повторяемыми газетами и телевидением. Целью всего этого шабаша было
главное – манипулируя общественным мнением, дестабилизировать
обстановку в стране, подорвать легитимность нового Президента и
свалить правительство. Это был явный заговор левых с целью осуществить
бескровный переворот.

В сущности, манипуляция началась 10 лет назад, во время предвыборной
кампании Барака Обамы, когда, обещая надежду и перемены, он имел ввиду
трансформацию Америки из демократического в социалистическое
государство, которое будет контролировать жизнь человека с колыбели до
могилы. Стратегия была в том, чтобы разрушить традиционные
американские институты семьи, религии и образования, которые
утверждали независимость, индивидуализм, стремление вперед и силу духа
– то, что сделало Америку великой и укрепляло наш суверенитет.
Зловещая цель левых заключается в том, чтобы превратить взрослых в
послушное стадо, внедряя зависимость от государства и упадок
стремления вперед. Одним из средств достижения этой цели являтся
внушение, к примеру, что терроризм не имеет ничего общего с исламом.
Политкорректность помогает манипулировать общественным сознанием,
заставляя людей верить в виртуальную реальность.

Но вот появился Дональд Трамп, не признающий политкорректности,
называющий вещи своими именами и живущий в объективной реальности,
поэтому и избранный американским народом. Именно поэтому левые
почувствовали в нем угрозу. Он стал их врагом.
Однако Обама готовился к битве задолго до того, как Трамп стал
президентом. Еще в 2013 г. была зарегистрирована «благотворительная»
организация “Organizing for Action” (OFA), объединившая большое
количество «благотворительных» организаций. К 2017 г. OFA имела 250
офисов по всей стране и 32,525 волонтеров. За 4 года OFA собрала
пожертвования на сумму более $40 млн. долларов. Руководят организацией
помощники Обамы еще по его избирательной кампании, бывшие чиновники
его администрации и другие преданные ему люди. Сразу после инагурации
Трампа OFA планировала устроить не менее 400 демонстраций в 42 штатах.
Дальнейшая цель группы – подготовиться к выборам 2018 г. так, чтобы
обеспечить большинство Демократической партии в обеих палатах
Конгресса.

Ну, а пока 25 тысяч волонтеров проходят 6-недельные курсы обучения –
их учат не только тому, как организовывать марши протеста, но также и
как запугивать конгрессменов-республиканцев, чтобы они не смели
поддерживать предложения Трампа. Тем самым привлекается внимание
прессы к организованным волонтерами скандалам. Программа их обучения
сходна с программой обучения Барака Обамы в его бытность общинным
организатором (“community organizer”) в Чикаго по тактике Сола Алински
(Saul Alinsky) с его “Rules for Radicals” (Правила для радикалов).
По словам журналиста Пола Сперри (Paul Sperry) в его статье “How Obama
is scheming to sabotage Trump’s presidency” (Как Обама планирует
саботировать правление Трампа) в газете New York Post 11 февраля с.г.,
Обама руководит работой своей OFA из Вашингтона «за сценой»,
вдохновляя своих «солдат» и пытаясь создать теневое правительство,
чтобы саботировать работу администрации Трампа.

Бывший помощник Директора ФБР Джеймс Кэлстром (James Kallstrom) в
своем интервью на телевидении в мае с.г. сказал: «Администрации Трампа
приходится бороться с высоко профессиональной командой беспринципных
людей, ведущих подрывную деятельность против правительства. .. Эти
бесконечные утечки информации недопустимы…» Несмотря на призывы СМИ к
импичменту, бывший Генеральный прокурор США Дидженова (DiGenova)
утверждает, что, как и профессор Дершовиц, не видит оснований для
этого.

Опасные настали времена. Кто мог подумать, что Америка докатится до такого?
Иннес Ароло, Нью-Джерси

 

Share

10 историй из жизни очень известных ученых.

 

 1. Сергей Капица – Учите физику!
Сергей Петрович Капица рассказывал:
Дело было в 60-х годах. Группа физиков-ядерщиков из закрытого НИИ поехала на Чёрное море. Все как один — доктора наук. Пришли на бережок, по пути купив несколько бутылок винца с такой пластмассовой крышкой, которую надо срезать ножом. Приходят, приготовились уже — опа! — а бутылки открывать нечем! Видят невдалеке мужичка бомжеватого вида.
— Уважаемый, а у вас не найдётся чего-нибудь, чтоб бутылочку открыть?
— Откроем, как не открыть! Спички есть?
Мужик берёт спички, нагревает пробку и срывает её, размякшую, со словами:
— Физику в школе надо было учить, салаги!

 2. Лиза Мейтнер – первая в Германии женщина-физик, смогла получить ученую степень в начале 20-х годов. Название ее диссертации “Проблемы космической физики” какому-то журналисту показалось немыслимым, и в газете было напечатано “Проблемы косметической физики”.

 

3. Человек рассеянный – Норберт Винер
Отец кибернетики Норберт Винер славился чрезвычайной забывчивостью. Когда его семья переехала на новую квартиру, его жена положила ему в бумажник листок, на котором записала их новый адрес, — она отлично понимала, что иначе муж не сможет найти дорогу домой.
Тем не менее, в первый же день, когда ему на работе пришла в голову очередная замечательная идея, он полез в бумажник, достал оттуда листок с адресом, написал на его обороте несколько формул, понял, что идея неверна и выкинул листок в мусорную корзину.
Вечером, как ни в чем не бывало, он поехал по своему прежнему адресу. Когда обнаружилось, что в старом доме уже никто не живет, он в полной растерянности вышел на улицу…
Внезапно его осенило, он подошел к стоявшей неподалеку девочке и сказал: — Извините, возможно, вы помните меня. Я профессор Винер, и моя семья недавно переехала отсюда. Вы не могли бы сказать, куда именно?
Девочка выслушала его очень внимательно и ответила:
— Да, папа, мама так и думала, что ты это забудешь.

 

4. Нильс Бор – Ваш билет?!
Однажды, находясь в Швеции, знаменитый датский физик Нильс Бор поехал со своими родными и друзьями встречать брата. Прибыв на вокзал, Бор отправился за перронными билетами на всю компанию. Вскоре он вернулся с билетами очень расстроенный и обескураженный.
«Все-таки в Швеции дело поставлено рациональнее, чем у нас в Дании, — грустно сказал он. — У нас билетные автоматы работают на электричестве, а здесь на каждом автомате надпись, предлагающая покупателю прежде чем опустить монету, стать на небольшую площадку. Таким образом, здесь автомат срабатывает за счет силы тяжести, не расходуя дорогой электроэнергии».
Когда встречающие подошли ко входу на перрон, контролер отказался пропустить их.
«Это не перронные билеты, — объявил он Бору. — Это квитанции весов-автомата, на которых вы почему-то взвешивались несколько раз.

 5. Чемоданных дел мастер
Д. И. Менделеев, кроме химии, много времени он посвящал своим хобби — переплетному делу и… изготовлению чемоданов. Рассказывают такой случай.
Однажды ученый покупал в лавке материалы.
— Кто это? — спросили лавочника.
— Неужели не знаете? — удивился тот. — Известный чемоданных дел мастер Менделеев!
Дмитрий Иванович был очень польщен этой характеристикой.

 6. Всё сам – Исаак Ньютон
Отражательный телескоп Исаака Ньютона, позволивший избавиться от свойственной телескопам-рефракторам хроматической аберрации, произвел в Англии настоящий фурор.
Сам король Карл II внимательнейшим образом изучил прибор и, вдоволь налюбовавшись через него на звезды и планеты, передал новинку в Лондонское королевское общество, которое в январе 1672 года поспешило избрать своим сочленом кембриджского провинциала.
Много лег спустя Кондуитт — родственник ученого — как-то раз поинтересовался у него:
— Скажите, кто же этот искусный мастер, изготовивший зеркало для вашего телескопа?
— Я, зеркало сделал я сам, — простодушно ответил Ньютон.
— Но где же вы достали станки и инструменты?
— И их я сделал сам, — пояснил Ньютон.
— Если бы я ждал, пока кто-то чего-то мне сделает, я вообще никогда не сделал бы ничего.

 7. Тихий американец – Джон Бардин
Джон Бардин дважды получил Нобелевскую премию по физике — в 1956-м и в 1972 году. Это был грузный, спокойный, слегка не уверенный в себе человек с мягким голосом. Студенты, посещавшие его лекции в Университете Иллинойса, называли его Шепчущим Джоном.
Жена Бардина вспоминала, как однажды в 1948-м ее муж приехал с работы, припарковал машину около дома и зашел на кухню, где она в это время готовила ужин. «Ты знаешь, — сказал он тихим, как обычно, голосом, — мы кое-что сегодня открыли» А однажды утром в 1956-м, когда он взбивал яйца на завтрак, по радио передали, что ему и его коллегам присуждена Нобелевская премия.
Кроме науки, единственным увлечением в его жизни был гольф. Факультетский коллега Бардина, Чарльз Слихтер рассказывал:
«Однажды в гольф-клубе давний партнер по игре обратился к Бардину с вопросом: „Джон, я давно собирался спросить: а чем ты зарабатываешь на жизнь?“ Вы можете такое представить? Думаю, будь у меня две Нобелевские премии, как у Джона, уж я бы нашел случай об этом обмолвиться».

 8. Находчивый Рентген
Выдающийся немецкий физик Вильгельм Конрад Рентген получил письмо с просьбой прислать… несколько рентгеновских лучей с указанием, как ими пользоваться. Оказалось, что у автора письма в грудной клетке застряла револьверная пуля, а для поездки к Рентгену у него не нашлось времени.
Рентген был человек с юмором и ответил на письмо так:
«К сожалению, в настоящее время у меня нет икс-лучей, к тому же пересылка их — дело очень сложное. Считаю, что мы можем поступить проще: пришлите мне Вашу грудную клетку».

 9. Игорь Тамм и атаман-математик
Во время гражданской войны будущий лауреат Нобелевской премии по физике Игорь Тамм попал в плен к одной из банд Махно. Увидев на нем городскую одежду, бандиты привели Тамма к атаману — бородатому мужику в высокой меховой шапке, у которого на груди сходились крест-накрест пулеметные ленты, а на поясе болталась пара ручных гранат.
— Сукин ты сын, коммунистический агитатор, ты зачем подрываешь мать-Украину? Будем тебя убивать.
— Вовсе нет, — ответил Тамм. — Я профессор Одесского университета и приехал сюда добыть хоть немного еды.
— Брехня! — воскликнул атаман.
— Какой такой ты профессор?
— Я преподаю математику.
— Математику? — переспросил атаман.
— Тогда найди мне оценку приближения ряда Макларена первыми n-членами. Решишь — выйдешь на свободу, нет — расстреляю.
Тамм не мог поверить своим ушам: задача относилась к довольно узкой области высшей математики. С дрожащими руками и под дулом винтовки он сумел-таки вывести решение и показал его атаману.
— Верно! — произнес атаман. — Теперь я вижу, что ты и вправду профессор. Ну что ж, ступай домой.
Кем был этот человек? Никто не знает. Если его не убили впоследствии, он вполне может преподавать сейчас высшую математику в каком-нибудь университете»…

 10. Артур Эддингтон – Кто третий?
Как-то раз английского астронома Артура Эддингтона спросили:
— Сэр, правду ли говорят, что вы один из трех человек в мире, которые понимают теорию относительности Эйнштейна?
Наступило неловкое молчание — ученый явно затруднялся с ответом. Тогда спрашивающий поспешил исправить положение:
— Может быть, сэр, я что-то не так сказал? Мне, видимо, сэр, следовало бы догадаться, что вы, сэр, при всей вашей скромности, сочтете мой вопрос несколько бестактным. В таком случае, сэр, позвольте…
— Ничего-ничего, — благодушно прервал его Эддингтон, — Просто я задумался, пытаясь вспомнить, кто же этот третий…

 

Share

Сердце поэта Андрея Вознесенского

Я во Львове,
Служу на сборах,
В красных кронах,
Лепных соборах…
(А.Вознесенский, 1965 г.)

Тогда в стране была «оттепель», какие-то проблески свободы пьянили головы, особенно молодые, «Литературка» опубликовала «Бабий Яр» Е.Евтушенко, возвращались из лагерей немногочисленные еще живые политзаключенные, а на страницы учебников — фамилии и даже фотографии уничтоженных в сталинские времена известных деятелей, литераторов, ученых.

В один из моих приездов в Москву я попал на вечер в Политехнический музей, где с восторгом и провинциальным удивлением слушал тогдашних поэтических кумиров — А.Вознесенского, Р.Рождественского, Е.Евтушенко и других. Потом мы пару раз всей командой ходили на площадь к памятнику Маяковскому, где выступали перед тысячами слушателей поэты и барды — Б.Окуджава, Ю.Визбор и другие, ставшие потом известными и знаменитыми. С некоторыми из них нам даже удалось познакомиться.

После возвращения во Львов мы еще долго обсуждали услышанное и увиденное, рассказывали знакомым, доставали сборники стихов, по много раз прокручивали тоненькие пластинки из журнала “Кругозор”.

И вдруг летом 1965 года знакомые ребята из армейской команды сообщают нам новость: на военных сборах в нашем Прикарпатском округе находятся Андрей Вознесенский и еще несколько поэтов. Они ездят по гарнизонам, носят офицерскую форму. Правда, боевой подготовкой не занимаются, да и живут не в казармах, а в гостинице. Но, самое главное, скоро они будут выступать в окружном доме офицеров. Конечно, друзья — спортивные соперники — провели нас на встречу с москвичами (помню, что там были еще Костров, Куняев — тогда он не проявлял свою будущую юдофобскую суть — и еще один поэт, чью фамилию я забыл). Они по очереди читали свои произведения, отвечали на вопросы переполненного зала.

Вознесенский был с погонами лейтенанта, он тоже прочитал несколько своих стихов. Среди прочитанных было и потрясшее меня “Зов озера”. После окончания выступления я подошел к поэту, поблагодарил за стихи и предложил гостям провести экскурсию по своему любимому городу. А на следующий день во время прогулки попросил Андрея Андреевича рассказать историю “Зова озера”.

И поэт рассказал. Попал он недавно в один из гарнизонов в Ивано-Франковской области, выступил. И гостеприимные хозяева пригласили на рыбалку. Поехали, половили, развели костер, начали варить уху, конечно, выпили немного.

И тогда один из “местных товарищей” рассказал, что озера этого раньше здесь не было, а был глубокий большой овраг. Именно в него в 1942 году нацисты и их добровольные местные помощники загнали евреев из гетто и расстреляли.

Там же уничтожили и арестованных подпольщиков. А чтобы скрыть следы своего преступления, затопили овраг водой из недалекой речушки. “И как здесь рыба ловится!” — потирал руки рассказчик.

Потрясенный этим рассказом, поэт написал стихотворение “Зов озера”, которое было сразу напечатано в окружной военной газете. А через несколько лет Вознесенский опубликовал поэму “Ров” — проклятье негодяям, которые раскапывали возле Симферополя ров — место расстрела 12 тысяч евреев и плоскогубцами вырывали у трупов золотые коронки.

Поэма вошла во все сборники поэта, а “Зов озера” (насколько мне известно) — только в некоторые.
Прочитай его, читатель, оно того стоит.

Андрей Вознесенский и Владимир Высоцкий. Оба близко к сердцу приняли трагедию еврейского народа. Второй отчасти по зову крови. Первый — по зову души Использованы воспоминания львовского военного журналиста Б.Комского.

Зов озера

Андрей Вознесенский.

Памяти жертв фашизма: Певзнер 1903, Сергеев 1934, Лебедев 1916, Бирман 1938, Бирман 1941, Дробот 1907… 


Наши кеды как приморозило.
Тишина.
Гетто в озере. Гетто в озере.
Три гектара живого дна.
Гражданин в пиджачке гороховом
зазывает на славный клев,
только кровь
на крючке его крохотном,
кровь!
“Не могу, — говорит Володька, –
а по рылу — могу,
это вроде как
не укладывается в мозгу!
Я живою водой умоюсь,
может, чью-то жизнь расплещу.
Может, Машеньку или Мойшу
я размазываю по лицу.
Ты не трожь воды плоскодонкой,
уважаемый инвалид,
ты пощупай ее ладонью –
болит!
Может, так же не чьи-то давние,
а ладони моей жены,
плечи, волосы, ожидание
будут кем-то растворены?
А базарами колоссальными
барабанит жабрами в жесть
то, что было теплом, глазами,
на колени любило сесть…”
“Не могу, — говорит Володька, –
лишь зажмурюсь –
в чугунных ночах,
точно рыбы на сковородках,
пляшут женщины и кричат!”
Третью ночь как Костров пьет.
И ночами зовет с обрыва.
И к нему
Является
Рыба
Чудо-юдо озерных вод!
“Рыба, летучая рыба,
с огневым лицом мадонны,
с плавниками белыми
как свистят паровозы,
рыба,
Рива тебя звали,
золотая Рива,
Ривка, либо как-нибудь еще,
с обрывком
колючей проволоки или рыболовным
крючком
в верхней губе, рыба,
рыба боли и печали,
прости меня, прокляни, но что-нибудь
ответь…”
Ничего не отвечает рыба.
Тихо.
Озеро приграничное.
Три сосны.
Изумленнейшее хранилище
жизни, облака, вышины.

1965

Share

Грех разведчика – Дмитрий Быков о русской эмиграции

«Не по России мы тоскуем, батенька, а по молодости, ушедшей бесследно».

Владимир Набоков

 

Я, придя рожать в палату орущих женщин, с наглостью и омерзением заявила, что я-то уж и звука не издам, а эти, что орут, – невыдержанные истерички. Когда схватки начались у меня, закричала так, что три дня потом говорить не могла. Горло сорвала.

Лекция Быкова об эмиграции (фестиваль лекций «На крыше» — «Русский эмигрант как психологический тип», http://www.limonow.de/myfavorites/DB_100.html#2016.08.11) – многословные рассуждения о родах трусливой нерожавшей бабы. Как от тени отца Гамлета, отбивается он от призрака эмиграции, на которую не решился, в самооправдании дойдя до казуистического уравнивания внутренней эмиграции (фига в кармане), к которой он себя относит, с эмиграцией реальной.

Разговоры его об эмиграции – анекдот про еврейского парикмахера, писавшего романы из графской жизни. Быков пытается в системе координат русскоязычного литературоцентризма объяснить эмиграцию, которая и географически, и лингвистически, и ментально, и этически, и экономически находится за пределами его опыта и воображения.

По мнению Быкова, эмигрант «ненавидит туземцев, потому что… живет у них из милости и пользуется достижениями их скромной цивилизации… Вторая черта русского эмигранта – у него нет будущего…»

То, что несет Быков об эмигрантах, – это то, что точно выразил Губерман: х**ня. В провинциальном русоцентризме он не может понять и поверить, что, за исключением малой группы русскоязычных зацикленных на литературе людей вроде меня, все еще изредка читающих и посматривающих шедевры русской литературы и кинематографии, большинству давно уехавших Россия вообще малоинтересна, как уехавшему в Москву из деревни становятся неинтересны деревенские новости.

Быков просто наступил на ту же швабру, на которую наступали многие ставшие знаменитыми литераторы. Перепутав свое знание литературы со знанием жизни и начав всех поучать по типу солженицынского «как нам обустроить», Быков даже создал классификацию абсолютно незнакомого предмета – эмиграции, о которой, в отличие от литературы, он ничего не знает. Видел издали в коротких наездах и наскоро наслышан, в основном, жалоб от писавших по-русски эмигрантских аутсайдеров, которые тоже об эмиграции ничего не узнали, хотя переместились географически.

Неудивительно, что жаловались. Экстремальный пример: представьте, что таджик, переехавший в Москву, пытается себя прокормить писанием на таджикском, не желает учить русский и входить в русскоязычную реальность, упорствуя в таджикском языке. Сколько он продержится? Таджикские соотечественники от него разбегутся, и единственный, кто с удовольствием будет слушать его жалобы, – заезжий таджикский писатель, не осмелившийся переехать в Москву.

Если и затесались среди поклонников Быкова успешные люди, то он не понимает динамики отношений и доверяет их «откровениям». Не желая сыпать соль на раны комплекса неполноценности заезжего россиянина, они больше свою реальность разругивают, как деликатная замужняя подруга никогда со старой девой – неудачницей своим семейным счастьем не поделится, только жалобами на мужа.

БРОДСКИЙ, БЫКОВ И ЭМИГРАЦИЯ

У Быкова в лекции есть две, как Basso Ostinato, повторяемые болезненные темы: Бродский и Силиконовая долина. Если нужно узнать, чем страдает человек, посмотри, в чем он обвиняет других. Быков потому и обвиняет эмигрантов в зависти, что разъедаем ею. Хотелось бы быть тем, Бродским, и жить там, в Силиконовой долине, но струсил (знает, что трус, и сам себя так называет).

Ни разу не довелось мне встретить полуеврейского или еврейского русскоязычного литератора, который не пнул бы Бродского. Быков, естественно, тоже присоединился к хору завистливых актрис из гримуборной. Быковский незаурядный талант – это плебейство литературного временщика рядом с патрицианством гения. И это притом, что, серьезно не читая по-английски и не зная английской и американской литературы (за исключением нескольких переводов, что всегда в лучшую или худшую сторону далеки от оригиналов), он не может понять, что лучшее, что написано на английском в последней трети двадцатого века, написано Бродским. За эссе на английском дали ему Нобелевскую премию, а не за стихи на русском, как считают многие россияне.

Не зная американской реальности, Быков не может понять, что такое быть национальным поэтом – лауреатом и что это такое, когда в нью-йоркском метро на панелях внутри всех вагонов сияли строки Бродского, и что национальный проект Бродского обеспечивать гостиницы томиками поэзии наряду с Библией поддержан правительством.

Иосиф Бродский

Сказать про Бродского, что он «всю жизнь к этой трагедии стремился и всегда в нее попадал», может человек, не понявший, что единственной трагедией Бродского была трагедия Пушкина: «Черт догадал меня родиться в России с душою и с талантом». Все остальное – последствия.

Как оскорбленный оставант (потенциальный эмигрант, который мог уехать, но остался), не может Быков простить Бродскому пощечины-фразы: «Лучше быть собакой в Нью-Йорке, чем шейхом в Риаде», понимая, что саудовская столица – лишь символ другого, живущего на нефтяные деньги, только на морозе, города.

Не может оставант простить Бродскому, что тот принципиально отказался писать о своих родителях по-русски, объясняя это тем, что хочет выпустить их души из рабства. Ничего себе такое услышать пишущему только на русском языке литератору! И вот здесь цитирую Быкова: «…злорадство насчет бывшей Родины является единственным способом преодолеть эмигрантскую травму… Точно так же Бродский и его друзья во время хоккейных турниров всегда болели за чехов, а не за наших».

Эмигрантская травма? В восточных сатрапиях, одной из которых являлась Россия, самым изощренным типом пытки считалось, когда на глазах у сына издевались над его матерью. Уже после эмиграции Бродского над его родителями, двумя стариками, издевались до самой их смерти, сначала лишив их пенсии, а потом не выпуская никуда, ни по одному, ни вместе, понимая, что все, чего хотят эти несчастные люди, – увидеть хоть на час своего единственного сына, а все, чего хочет он, – увидеть их. Эмигранта Бродского на похороны матери не пустили. (Объясните все это нормальному европейскому человеку?) С чего бы у Бродского три инфаркта? Такие истории почти до 90-х годов счастливому невежде Быкову могла бы рассказать каждая третья эмигрантская семья.

Вторая болезненная точка у Быкова – Силиконовая долина, потому что все, что там происходит, – полное перечеркивание поносных (от слова «поносИть») измышлений Быкова об эмиграции.

Пробежимся подробнее по быковским фантазиям.

ЗАВИСТЬ И НЕНАВИСТЬ НА ФОНЕ СИЛИКОНОВОЙ ДОЛИНЫ

 Быков: «…его (эмигранта – Т.М.) главных черт – помеси зависти и ненависти в отношении туземцев, ненависти и ностальгии в отношении Родины…», «ненавидит туземцев, потому что живет у них из милости…».

Взрыв хохота. Читаем Millionaire next door, бестселлер Томаса Стэнли, 30 лет возглавлявшего институт по изучению миллионеров. Статистики – вагон, но он честно пишет, что одного понять не может: почему русские эмигранты не только вышли на первое место в Америке по уровню дохода и по уровню образования, но главное, если в группе американского населения с английскими, шотландскими и немецкими предками на сто семей – семь семей миллионеров, то среди русским эмигрантов – каждая пятая семья, или 22 процента? И он описывает не тех эмигрантов, что уезжали уже в конце 90-х и после, прихватив непонятно (или понятно) как добытые капиталы, а о тех «русских» (читай еврейских) эмигрантах, что прибыли в 70–80-х с четырьмя чемоданами на семью и с 90 долларами на человека.

На встрече со Щаранским в Стэнфорде несколько лет назад я вдруг сообразила, что из сидевших за столом десяти эмигрантов все, кроме меня, создали огромные компании, нанимавшие тысячи людей, продали эти компании и создали новые. За соседним столом – такая же ситуация. (Черт, да я ведь тоже создала свою компанию!)

Сергей Брин

Сергей Брин – символ суперуспешного эмигранта из России, но такими людьми не в многомиллиардном долларовом масштабе, а в многомиллионном можно заполнить обширную аудиторию.

В гостях на Новый год обнаружила, что вокруг меня все мужчины работали в Google. Молодой, тридцати с небольшим, человек на акциях любимой компании имел уже 40 миллионов. Все начинающие компании платят сотрудникам акциями и в случае удачи делают их миллионерами, потому земля вокруг Oracle как будто позолочена: люди платят за дома рядом большие деньги, чтоб на работу далеко не ездить. В Oracle столько русских и других эмигрантов работает, что иногда кажется, что там американцы – редкость.

На экскурсиях «Стэнфорд – Силиконовая долина» я всегда с удовольствием показываю дома-дворцы нашей эмиграции. С гордостью показываю компании, которые они открыли, и просто компании, в которых работают, внеся своими сумасшедшими заработками вклад в превращение Силиконовой долины в самое дорогое место по жилью в Америке. Жаль, что яхтами и частными самолетами не похвастать. Попробуйте не в России, где разворовывали построенное поколениями советского рабского бесплатного труда, а в чужой стране с нуля на все это заработать.

О какой «зависти» и о какой «жизни из милости» фантазирует слабо информированный Быков, когда это эмигранты дают туземцам (американцам) работу, создавая компании и руководя ими, изобретая и создавая гаджеты; когда у нас, приехавших всего 25–35 лет назад, дома, которые американцам, родившимся здесь, и не снились, когда мои друзья с круиза на круиз только успевают, из Японии – в Южную Африку на сафари, из Панамы – в Австралию, из Германии – в Грецию. Кто и кому должен завидовать?

И почему «цивилизация», которой пользуются эмигранты «из милости», вдруг «скромная»? Мне показалось, что Быков, выходя на деревянную сцену в Москве с американским компьютером в руках, в долю секунды находя в нем всю нужную информацию в американском интернете с американским «Гуглом», держа в кармане американской джинсовой куртки американский iPhone, по мощности равный сегодня компьютерам НАСА, выполняющим указания с человеческого голоса, пользуясь изобретенным в Америке автомобилем и прилетая регулярно в Америку на сконструированном в ней самолете, чтобы заработать у огаживаемой им эмиграции (больше он никому не нужен) американские доллары, тоже пользуется достижениями той же «скромной» цивилизации. Он, как и идиот Задорнов, правда, с бОльшим талантом и словарным запасом дает публике понять, что американцы (или европейцы) – тупые, изысканно подмахивая примитивному русскому шовинизму.

О какой ненависти к туземцам можно говорить, когда они в 70–80-х нас, нищих, заново, как после инсульта, учившихся говорить и читать, приняли, обогрели, накормили, устроили наших детей и стариков, дали возможность переучиться тем, у кого применимой специальности не было? Ни разу не оскорбили за кошмарный английский, не прогнали за неумение пользоваться компьютерами, банковскими автоматами, водить машины.

О какой ненависти к туземцам можно говорить, когда узнали мы их в полицейских, честных и спасающих на дорогах, в профессиональных ласковых медсестрах и акушерках в больницах, в просто непривычно добрых после российской злобы и почти всегда помогавших людях? Покажите мне этого эмигранта, у которого, по Быкову, – ненависть к туземцам (американцам). Зачем страдать? Ведь билет обратно в одну сторону – всего 500 баксов! Там у него вся ненависть пройдет.

НОСТАЛЬГИЯ

 Четвертое качество эмигранта, которое объединяет их всех, – это ностальгия.

Дмитрий Быков

Слона-то в своем лекционном словоблудии Быков не приметил: 80 процентов эмиграции из России в XX веке – евреи. И не учел он причину их эмиграции – антисемитизм, определенный русской писательницей Ириной Грековой: «Антисемит – он идейный. Это человек страшный… А погромщик – тот попроще… Антисемитизм все время тлел в народе потихоньку, только ходу ему не давали. Теперь дали. Ох, страшное дело, когда крикнут народу: ату его! Уже шепотом крикнули».

Свежий отчет об антисемитизме в России определил самую антисемитскую в стране группу – интеллигенция. В советские времена погромщик мог только морду набить, а интеллигент, антисемит идейный, не пустив в университет, на работу, книги в печать, диссертацию к защите, отправив за поэзию и прозу в тюрьму и ссылку, – всю жизнь под откос пустить.

Десять лет, сидя в отказе, я печатала документы подачи на выезд в основном еврейским эмигрантам. Каждый третий клиент – с трагедией: сыновей не пускали к умирающим от рака матерям, дочерей – на похороны отцов. Целая огромная трехпоколенная семья оставалась без работы и садилась в отказ, потому что директор школы не давал второкласснику справку. У многих подавших на выезд ловили сыновей и сажали в тюрьму за уклонение от армии, доведя этим молодых еще дедушек и бабушек до инфарктов и инсультов. Скольких людей после издевательств на носилках к самолету несли, и они, не доехав до вожделенных Израиля и Америки, умирали в Вене. А о скольких уезжающих милиция сообщала друзьям-уголовникам, и их перед отъездом грабили да и убивали, иногда беззащитных…

Когда я документы печатала, мне казалось, что по моей пишущей машинке кровь течет. Среди самой большой эмиграции из России в Америку – еврейской – ностальгии не наблюдала. Тридцать лет отдышаться от счастья не можем, что ноги унесли.

Что же касается этнических русских эмигрантов, то чудовищной ностальгией по России страдала первая послереволюционная эмиграция, потому что вернуться не могла. Ностальгия – тоска по месту или прошлому, куда нет возможности вернуться. Сегодняшние беглецы из России всегда могут обратно прилететь, воздухом родины подышать и еще раз почувствовать, что их оттуда вынесло. Уже это сознание – прекрасный антиностальгин.

Стойте. Вру. Есть у эмигрантов ностальгия. Возникает она на эмигрантских застольях, когда вспоминают, как работали грузчиком или слесарeм с докторской степенью, чтобы потом стать вице-президентом в IBM или Oracle (история шести израильских дворников, создавших систему воздушной обороны), или как уважаемая в городе меценатка убирала лестницы в небоскребах, пока муж сдавал экзамены на врача, или как женщина, ставшая потом боссом в «Майкрософт», на интервью по хайвэю за неимением машины и денег на такси на каблуках 3 мили шла, и еще сотни таких историй, в которых и боль, и гордость, что преодолели и смотри, чего достигли.

И не понимает он, что это мы открыли дорогу сегодняшней молодой эмиграции угонами самолетов, лагерными сроками и работой в отказе по ночам кочегарами с профессорскими званиями. Быкову этих наших историй не понять. Он не рожал.

КУЛЬТ УСПЕХА

…в эмиграции присутствует еще одна чрезвычайно важная и опасная вещь – это культ успеха.

Дмитрий Быков

В силу незнания американской жизни Быков счел культ успеха чисто эмигрантской особенностью. Этот культ – абсолютно американская черта (успех таких, как Трамп, только восторг у всех вызывает) и показывает невероятную разницу американской и российской ментальности. В Америке – действительно культ успеха, потому что все хотят стать успешными, добиться, открыть миллионную компанию, построить обалденный дом. Никто не жаждет, чтобы у соседа корова сдохла.

Дмитрий Быков

Про культ успеха Быков точно от лузеров, не достигших успеха, услышал, как и все, что он от них узнал об эмиграции, что подтверждает фраза: «Вот Бродский – это тот из наших, кто все-таки пробился». Все-таки? Не вырваться Быкову из объятий лузеров. Много ли наших, за малым исключением, кто НЕ пробился? Даже если и дома потерял кто-то, так многомиллионные! Да и как красиво надо было пожить, чтобы такие деньги спустить!

ЭМИГРАНТ ЛИШЕН ПРОФЕССИИ

Быков: «Эмигрант лишен профессии, в этом его главная драма. Он должен просто с нуля обретать профессию гораздо более низкого статуса. Профессию земледельца в кибуце в Израиле».

Уже с первых слов лезет феодальное презрение холопа и одновременно ленивого барина к профессии свободного земледельца. Презрение – непонятное ни в Америке, ни в Израиле. И опять он стал жертвой информации от ноющих неудачников.

Быков мыслит устаревшими даже в России категориями, когда люди всю жизнь жили в одном месте и по одной профессии работали. Ему не знакома американская мобильность с переездами каждые пять лет и переменами на протяжении жизни нескольких профессий. Именно эмиграция показала, что человек способен переучиться, стать асом и наслаждаться и своим новым мастерством, и деньгами за него.

У меня был на частной экскурсии 70-летний человек из Нью-Йорка, приехавший в США в 60 лет без языка и начавший рекламное дело. Его бизнес-телефон бесконечно звонил в лесу. Даже очень пожилые, но работоспособные и мозговитые люди сумели утвердиться в своих профессиях или переучиться.

Десяток знакомых преподавательниц музыки (музыкальное образование дает особую связь между кончиками пальцев и мозгом) стали блестящими программистами с соответствующими зарплатами в «Майкрософт» и Apple. В Америке зря денег не платят. Я, со своим философским факультетом и училищем при консерватории, не знавшая, куда бензин в автомобиле заливают, когда понадобилось в моем экскурсионном бизнесе водить автобус, сдала на профессиональные коммерческие права и летала по фривеям, как по воздуху. Открою секрет: водить большой автобус гораздо легче, чем машину, – все тебя боятся, разбегаются, и дорога свободна.

Молодой женщине, закончившей Стэнфорд и удачно работающей в биотехнологиях, через пять лет приходит идея стать врачом, и она идет учиться на медицинский факультет, а программист в 35 лет решает стать юристом. Моя знакомая стала юристом в 40 лет, прекрасно работает, и впереди еще лет 30 успешной работы. Не говоря о том, что сейчас появились абсолютно новые профессии и исчезают старые, безжалостно уничтожаемые компьютеризацией. Сегодня срок работы человека – примерно 50 лет. Я знаю людей, работавших в возрасте за 80, и одного столетнего (Bernard Lewis). Работа по одной специальности в одном месте безумно сужает кругозор и надоедает насмерть. Как литератор Быков должен знать врачей и инженеров, ставших профессиональными писателями. Для людей нескольких профессий в Америке существует определение «человек Ренессанса» (Renaissance man – Леонардо да Винчи).

В американский университет я пошла переучиваться в 50 лет одновременно со своими детьми и отнюдь не была самой старой в классе. Да и в России после перестройки многие профессии поменяли и не пожалели. Недавно у меня на экскурсии был бывший инженер-электронщик, который стал хозяином кондитерской фабрики. Деньги его устраивают, работать интересно.

НАШЕ БУДУЩЕЕ – ЭТО ДЕТИ. ОБ ЭМИГРАНТСКИХ ДЕТЯХ

Быков: «Вторая черта русского эмигранта – у него нет будущего».

Быков: «Я очень мало знаю эмигрантских детей, которые при абсолютной интегрированности в американскую культуру, при брекетах на зубах … все-таки стали американцами. Они не американцы. Они именно гибриды, метисы, и этого не вытравишь. Очень немногие из них счастливы, более того, очень многие из них ненавидят родителей за то, что они без их воли навязали им вот это мучительное двойственное состояние».

Быкову надо бы остановиться на словах: «…я очень мало знаю эмигрантских детей». Для ребенка, приехавшего в Америку до 15 лет, перестроиться на другой язык в школе занимает от 4 до 6 месяцев. Выучившийся в последних классах средней школы или даже приехавший только к колледжу ребенок уже полностью встраивается в американскую жизнь. Если родители не заставляют его изучать русский язык, притягивая к русской литературе и искусству, везя его в Россию, хотя он хочет на Гавайи, в Мексику или на худой конец в Хорватию, где снимается «Игра престолов», он вообще забывает, что его что-то связывает с этой страной. Россия для таких детей – просто еще одна страна мира, куда почему-то (если) тащат их родители, хотя, по их мнению, есть страны поинтереснее.

Быков: «Проблема в том, что они плохо говорят по-русски. С родителями все чаще переходят на английский, хотя родители настаивают на употреблении русского языка».

В десятом классе мой сын оказался в группе детей-эмигрантов. Вернувшись домой, он спросил: «Мама, а почему я один из всех говорю по-русски?» «Да потому что я тебя возила два раза в неделю к преподавателю и деньги платила». В начале эмиграции большинству было не до этого. Набоков писал, что учить детей в эмиграции русскому – это самое дорогое. Дети, у которых родители настаивают на употреблении русского языка и которым русский язык сохранен, становятся bi-lingual (двуязычными). Никаких кентавров. Больное воображение. Посмотрите на теннисистку Шарапову, привезенную в Америку в 9 лет. Как все дети-эмигранты, она абсолютно свободно функционирует и в американском, и русском лингвистическом поле. Взрослые эмигранты даже иногда не помнят, на каком языке разговаривают. Одноязыкому Быкову это трудно понять. Bi-lingual литераторы пишут на двух языках. Я серьезно начала учить английский уже в Америке после пятидесяти и все же опубликовала свой первый рассказ и статьи на английском.

Мария Шарапова

Для жизненной навигации в англоязычной реальности русский язык, как французский или китайский, – роскошь, если из этого не делается бизнес, дипломатическая или лингвистическая карьера. Да и языки, если нужно, сегодня, при компьютерах, легкости и дешевизне перемещения по миру, приобретаются и теряются с быстротой трудно вообразимой нами, кто учился английскому у учителей, не видевших ни живого американца, ни живого англичанина.

Сейчас, если кто хочет ребенку подарок сделать, отправляет его в китайский, русский, французский детский сад, как богатые русские для английского отправляют детей на лето в Ирландию.

Даже православная послереволюционная эмиграция, которая надеялась, что большевизм падет и они вернутся в Россию, свято хранившая русский язык с воскресными школами при церквях, продержала знание языка только в одном поколении. Дети знали язык, внуки уже нет.

Это для Быкова проблема, что наши дети плохо говорят по-русски, потому что для него, ограниченного русским языком, это единственная вселенная. Шекспир русского не знал. У Пушкина первым языком был французский. Бродский меня, бросившуюся к нему с жалобами на судьбу русскоязычного литератора в Америке, справедливо отбрил: «А кто вам сказал, что писать можно только кириллицей?»

Более того, именно дети становятся катализаторами полной американизации родителей-иммигрантов. Они тыкают их в американские книги и фильмы, знакомят с американскими друзьями, приносят домой и учат пользоваться новыми гаджетами, тащат на американские праздники и салюты. С детьми мы учились в американских университетах и слушали выпускные напутственные речи таких знаменитостей, как Стив Джобс, Билл Гейтс, Бродский или Барышников, с ними мы рожали в американских родильных домах, с ними мы идем навестить дедушек и бабушек – единственное место, где нужен русский язык. Но старики так счастливы от присутствия внуков, что им абсолютно все равно, что те говорят на смешном русском.

Наши дети сделали наше будущее настоящим. Они поступили во все самые престижные не только в Америке, но и в мире Стэнфорды, Гарварды, MIT и Беркли. Они стали финансистами на Уолл-стрит, учеными в Принстоне, знаменитыми актерами, как Мила Кунис, наоткрывали стартапов в Силиконовой долине, провалили их или стали миллионерами. Мой младший, вторая теннисная ракетка среди юниоров, отучился в самом дорогом университете Калифорнии и был приглашен как чемпион-спортсмен в Белый дом (жаль, Обаму не придушил). Сейчас работает в стартапе в Нью-Йорке и со старшим братом, тоже удравшим из Калифорнии (все калифорнийцы подальше от родителей едут в Нью-Йорк, а ньюйоркцы – в Калифорнию), гуляет по Манхэттену. Дочь, наоборот, вернулась из Нью-Йорка, вышла замуж, живет в красивом доме в пригороде Сан-Франциско и рекрутирует специалистов в компании Силиконовой долины, пока я ползаю по траве с ее десятимесячным сыном. Честно говоря, не верю, что все это со мной происходит.

ДРУГОЕ БУДУЩЕЕ – СТАРОСТЬ

Во время самой первой своей американской университетской учебы я была впечатлена курсом по геронтологическому туризму. «Если у вас в группе почти все за 80, то есть шанс, что кто-то по дороге умрет. Как его доставлять обратно?» – начал лекцию преподаватель. Действительно, на всех туристических маршрутах и круизах – масса стариков, которые, отработав многие годы, так проводят свой заслуженный отдых. Некоторые даже домой не возвращаются – с одного корабля пересаживаются на другой. Их там кормят, развлекают, есть медики. Каждый второй или третий день – новый город или новая страна. Иногда совсем старые люди даже на берег не сходят на остановках. Это интересный вариант, когда старики не морочат голову не то что внукам, учитывая продолжительность жизни, а даже правнукам, живя в городках «только для взрослых», да и маленькие дети им не мешают.

Огромной частью старости, увы, является медицина. Во всяком случае, основной костяк медицинского персонала, медсестры, имеет высшее образование, то есть, включая среднюю школу, 16 лет учебы, а часто и на пару лет больше. Американская медсестра имеет больше часов медицинского образования, чем врачи во многих странах. То, что называют медсестрой на территориях бывшего Союза, по американским понятиям не имеет даже среднего образования. А ведь именно с медсестрами (давайте смотреть правде в глаза) чаще всего имеет дело человек последние недели, а иногда, увы, и годы своей жизни.

Пока, наверное, самое большое достижение туземной «скромной» цивилизации – это обслуживание стариков и научно-фантастическая геронтологическая медицина. Сама видела: просто с того света вытягивают.

74-летнюю маму приятель в Ленинграде нашел в коридоре больницы. В ответ на его возмущение – «Нам молодых класть некуда, а она уже свое отжила!» В нашей «скромной» цивилизации женщины в этом возрасте еще любовников заводят.

Будем надеяться, что нирвана на белоснежном круизном лайнере, уплывающем в Карибские, Средиземные моря и прочие океаны, – это и есть закат и будущее моей старости.

ЭМИГРАНТ ВСЕГДА НЕНАВИДИМ НА РОДИНЕ

С этим заявлением Быкова я полностью согласна. Крепостные всегда усердно помогали барину поймать бежавшего на волю, как и заключенные неслись схватить беглеца из лагеря. Это и было причиной тюремных сроков и издевательств над пытавшимися уехать в 70–80-х, эмиграции, которую я лучше всего знаю и которая героически открыла дорогу остальным. Быков прав: ненависть и зависть, потому что мы спаслись. Но не только это.

Российский человек ощущает себя и других собственностью государства, государственным рабом и, являясь частью этого государства, частично собственником других людей. Для него любой убегающий в другие страны – еще и досадная потеря личной собственности.

В Ветхом Завете есть глава «Грех разведчиков», или «Грех соглядатаев» (в старом переводе): «…те, которых посылал Моисей для осмотрения земли и которые, возвратившись, возмутили против него все сие общество, распуская худую молву о земле…» (Числа, гл. 13).

В своей лекции Быков совершил лжесвидетельство о стране Эмиграция, заставляя людей, пусть даже в мечтах находящихся на пути к земле обетованной, сомневаться: «Не лучше ли нам возвратиться в Египет?» (Числа, гл. 13). Может, в этом и была его задача? Я струсил, пусть и другие тут со мной сидят!

Совершенный Быковым грех разведчика-соглядатая вдвойне мерзок, если учесть быковскую литературную популярность, которая ставит печать правды на его слова и поощряет людей им верить. Что Господь сделал с теми соглядатаями, кто распустил худую молву о земле, Быков, как недавно крещенный христианин, должен знать.

Белла Ахмадулина

Белла Ахмадулина произнесла на концерте в моем доме слова: «Ненавижу эту страну, которая загрызает самое лучшее, что у нее есть».

Никто не знает, как скоро ненавидящее эмигрантов-убегантов большинство оставантов заставит правительство перекрыть разбегание и утерю собственности, и те, кто мог бы спастись, пока их не загрызли, задержавшись, останутся на его быковской совести.

P.S. На днях проинтервьюировала молодого (28 лет) русского эмигранта из Новосибирска, снявшего у меня квартиру. Три года в Америке. Прекрасный английский, хорошая зарплата. Приехал по визе H-1, которую уже превратил в грин-карту. «Почему Вы уехали?» – «Прочитал Айн Рэнд и решил, что хочу жить в стране развитого капитализма. Кроме того, всем, кто хотел эмигрировать, дали возможность это сделать. Боюсь, что другим скоро скажут, что им это уже не нужно».

Татьяна МЕНАКЕР

Share

ЧТО ПРОИСХОДИТ В АМЕРИКЕ…

           Мне хотелось бы напомнить всем хорошо знакомую сцену из романа Ильфа и Петрова. Помните, когда Остап Бендер сидел в канаве вместе с Паниковским и Балагановым, спасаясь от преследователей, а настоящий автопробег, «настоящая жизнь пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями». Настоящая жизнь проносится мимо тех людей в Америке, которые живут в мире мифов и пропагандистских фальшивок. К сожалению, они этого просто не замечают. Настоящая жизнь проносится мимо них именно так, как описывали классики – «радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями».

            “В мире мифов Трампу с минуту на минуту грозит импичмент. В реальном же мире жена Трампа Мелания во время первого зарубежного визита разговаривала с президентом Франции на французском, с канцлером Германии – на немецком, а с папой Римским – на итальянском. Кто-нибудь из средств массовой информации упомянул об этом? Так, хотя бы для приличия? Но смелых идти против ЦК Демократической партии не нашлось… И в самом деле, зачем прикормленным журналистам выставлять бывших первых леди Хиллари Клинтон и Мишель Обаму, которые иностранными языками не владеют, в неприглядном свете. Так что тот факт, что Мелания Трамп в совершенстве владеет пятью иностранными языками, в мире пропагандистских мифов просто не существует. В мире мифов демократы призывали президента Обаму не далее как в декабре прошлого года уволить директора ФБР Коми за нарушение законодательства при расследовании сервера электронной почты Хиллари Клинтон. Когда же президент Трамп уволил Коми, эти же демократы зашлись в истерике. Почему? Да потому, что до них дошло, что с увольнением Коми в реальном мире исчезло последнее препятствие для уголовного преследования четы Клинтонов. В мире мифов Трамп – единственный на встрече на высшем уровне G7, который нагло и демонстративно игнорировал все, что говорилось другими лидерами стран семерки, поскольку якобы не надел наушники, чтобы слушать переводчиков. В реальном же мире Трамп все-таки слушал переводчиков, но он использовал не стандартные громоздкие наушники, как все остальные, а имел один миниатюрный наушник, какой используют, чтобы слушать музыку на iPhone. В мире мифов сразу определили, что странные красные импульсы света из окон Белого Дома в день приезда Трампа из первого зарубежного турне – это и есть тот самый секретный приемопередатчик для получения инструкций из Москвы. К сожалению для мифотворцев, когда номера газет с этой сенсацией уже были отпечатаны, выяснилось, что это были отражения проблескового маячка на крыше машины скорой помощи, которая проезжала мимо Белого Дома.

            В мире мифов фото телезвезды канала CNN с отрезанной головой Дональда Трампа – это свобода слова (честно говоря, я и не знал до этого, кто такая эта Кэтти Гриффин и что она – звезда, но в мире мифов, как известно, свои табели о рангах). В реальном же мире визуальные ассоциации между средневековыми фанатиками из Исламского Халифата и звездами Clinton News Network были замечены всеми. В мире мифов администрация Трампа недееспособна, а внутри Белого Дома царит хаос. В реальном же мире вся эта якобы негативная информация о внутренних разборках внутри Белого Дома исходит от сотрудников Обамы. Нет, это не оговорка – именно от сотрудников Белого Дома, оставшихся там со времен Обамы. Дело в том, что традиционно все без исключения сотрудники Белого Дома были политическими назначенцами. То есть каждый новый президент полностью менял 100% всех сотрудников – телефонисток, машинисток, стенографисток, поваров, уборщиц, секретарей, компьютерщиков, водопроводчиков, фотографов и так далее. Всю обслугу. Но в конце прошлого года, всего за месяц до ухода со своего поста, президент Обама президентским указом изменил статус работников Белого Дома. В одночасье все они стали не политическими назначенцами, а государственными служащими.

Одним росчерком пера Обама превратил Белый Дом в шпионское гнездо.

              Ведь государственных служащих по закону нельзя уволить просто так. Реальность такова, что государственные служащие в Америке – это каста неприкасаемых, которых не просто уволить, а даже перевести с одного места работы на другое не так-то просто. Надеюсь, теперь всем понятно, что все эти утечки совершенно секретной информации из Белого Дома – дело рук банды, члены которой лично преданы Обаме. Именно поэтому Трамп проводит так много времени вне Белого Дома – либо в своем имении во Флориде, либо в своем клубе для гольфа в Нью-Джерси. Именно в Нью-Джерси, вдалеке от шпионов Обамы, Трамп и Генеральный прокурор Сешинс приняли решение об увольнении директора ФБР Коми. И действительно, никаких утечек в прессу в этом случае не было. Как уволили Директора ФБР Коми? Это была блестяще проведенная секретная политическая операция. Трамп выждал, когда Коми будет вне Вашингтона вместе со всей своей командой телохранителей и советников. Он был в Калифорнии по официальному делу. Трамп подписал приказ об увольнении и вручил его лично своему персональному телохранителю, который находится у него на службе уже более четверти века. Этот громила со своей командой и приказом Трампа приезжает в штаб-квартиру ФБР и захватывает кабинет теперь уже бывшего директора. Проводит обыск, изымает все документы, диски, записи, вскрывает персональные сейфы и компьютеры, и передает все это богатство в руки Генерального прокурора США. А это действительно богатство – весь компромат на вашингтонских политиков хранился именно в личных сейфах Директора ФБР. Сам Директор ФБР Коми узнал об увольнении из теленовостей, но истинным шоком стала неприкрытая угроза Трампа, который в своем Твиттере написал, что теперь Коми надо быть весьма осторожным, потому что у него, Трампа, имеются записи частных бесед с Коми. Все левацкие средства массовой дезинформации просто взорвались – как, мол, нехорошо Трампу записывать частные разговоры со своими сотрудниками в Овальном кабинете. А потом все вдруг, как по команде, замолчали, как и сам уволенный Коми. Замолчали потому, что даже сквозь оглушительную истерику эфира реальность просочилась внутрь, и до всех наконец-то дошло, что Трамп имел в виду совсем не те магнитофонные записи.

Трамп имел в виду те записи, которые нашли при обыске в кабинете Директора ФБР. Записи, которые Директор ФБР хранил для себя. И только для себя.

Никому неизвестно, насколько хватит фантазии у профессионалов пропагандистских мифов, утечек и фальшивок. Интенсивность их работы пока не снижается, но что-то подсказывает мне, что их тиозавры начинают нервничать. Их тиозавры из мира мифов не выдерживают конкуренции с нашими тиозаврами из обычной реальности. Будучи людьми образованными, их тиозавры понимают, что слишком долго водить за нос американскую публику не удастся. Их тиозавры знают по своему опыту, что ведь раньше-то все это работало. Работало годами. Десятилетиями. Но что-то изменилось, и жизнь пошла куда-то не туда. В сторону, диаметрально противоположную той, куда их тиозавры стремились привести нас.

                  Жизнь изменилась. Америка изменилась. Они же, находясь внутри ими же созданных мифов, этого не заметили. А реальная жизнь проносится мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями.”

*REF
Share