НАЗАД , ЧТО БЫ БЫТЬ ВПЕРЕДИ

Фонд «Духовная Дипломатия» готовит к изданию поэтический сборник с условным названием «ДУЭТ ПЕЧАЛИ И ЛЮБВИ». Это будет сборник переводов западных писателей и поэтов, посвящавших стихи Христу и христианству. Среди поэтов есть имена малоизвестные русскому читателю, а есть давно им известные. И также встречаются писатели, знакомые по приключенческим книгам, но они оказываются глубоко верующими людьми, рассказывающими в проникновенных строчках о своей любви к Богу. К примеру, автор знаменитой книги «Остров сокровищ» Роберт Стивенсон, или знакомый по киносерии «Нарния» – Клайв Льюис. К стихам каждого поэта будет приложена небольшая биография. Публикации будут на английском и русском языках. Перевод осуществил режиссёр и сценарист Дмитрий Якубов. Редактор книги Наталья Ленская.Мы начинаем публиковать на нашем сайте стихи из будущего сборника. Советуем изучающим английский использовать эти материалы для углублённого изучения языка и переводческой практики. Издателям книги будет особо интересно услышать ваше мнение о публикуемых материалах.

С почтением –Михаил Моргулис

Дитрих Бонхёффер

(4 февраля 1906 – 9 апреля 1945)

Немецкий поэт, богослов, пастор лютеранской церкви, антифашист.

Дитрих Бонхёффер родился 4 февраля 1906 года в городе Бреслау (сегодня это Вроцлав) в многодетной семье известного врача-психиатра и преподавателя университета Карла Бонхёффера. Семья имела глубокие аристократические корни и уважительное отношение к церковным традициям: они вместе отмечали христианские праздники, читали Библию, исполняли духовные песни, но в церковь не ходили. Дети получили прекрасное образование. Дитрих был увлечён музыкой, изучал иностранные языки, но, как признался спустя годы, он искренне хотел научиться одному – верить. В 17 лет он открыто заявляет о своём желании изучать богословие и стать пастором. Это был особенный момент в его жизни: «Случилось что-то необыкновенное: я торжественно предстоял перед своим классом, а главное – перед своим Богом».

 

Окончив в 1923 году гимназию, Дитрих Бонхёффер изучает теологию в университетах Тюбингена и Берлина. В 1927 защитил дипломную работу, посвящённую философскому и догматическому исследованию фундаментальных категорий церковной социологии. Прошел научную стажировку в Португалии, Англии, Америке. 
С 1929 — доктор теологии.
В 1928-1929гг. — помощник пастора в немецкой евангелической общине в Барселоне.
После 1931 года становится пастором Лютеранской Церкви и начинает преподавать богословие в Берлинском университете. Пишет статьи и книги, в которых ищет ответы на острые религиозные вопросы, не подозревая, насколько тяжёлое испытание предстоит выдержать его вере…

 

В 1933 году к власти в Германии приходит Гитлер. Немецкий народ принял Гитлера как «спасителя Германии». Церковь тоже признала его власть: над церквями появились нацистские флаги, а в католических классах рядом с распятием повесили портреты Гитлера и изображения свастики. Фюрер не сомневался, что он легко подчинит себе церковь. Лишь немногие пасторы смогли противостоять идеям нацистов, их лишали приходов и всяких возможностей заработка, арестовывали, отправляли в тюрьмы и концлагеря. Эти люди, включая Дитриха Бонхёффера, основали Исповедующую церковь, которая выступала против попыток гитлеровцев подчинить себе лютеранскую церковь, осуждала фашизм и поддерживающих его христиан.

 

В 1935 году Бонхёффер становится директором небольшой семинарии Исповедующей церкви, которая занимается подготовкой пасторов. Он неустанно трудится: рассылает письма и воззвания с объяснением религиозной и политической ситуации в стране, читает доклады и произносит проповеди о верности Христу. В итоге его лишают права преподавания, увольняют из университета, запрещают публиковать свои работы и выступать публично, а позже закрывают и семинарию.

 

Дитрих постоянно находился в оппозиции Гитлеру и его ближайшему окружению, особенно в «еврейском вопросе» и в вопросе о религиозных реформах, проводимых Гитлером. Категорическое неприятие идеологии Третьего Рейха привели его в 1938 году в ряды участников заговора против Гитлера. Причастность его непосредственно к покушению до сих пор остаётся предметом спора среди историков, однако в одном они сходятся — Дитрих не просто сочувствовал заговорщикам, но активно их поддерживал.

Вместе с тем Бонхёффер периодически выезжает в Америку, где ему предлагают спокойную и безопасную работу – преподавание в Нью-Йоркской богословской семинарии. Друзья уговаривали Дитриха не возвращаться в Германию, предупреждая о грозящей ему опасности. Однако Бонхёффер считает своим долгом остаться на родине и пишет своим друзьям: “Я должен пережить этот сложный период нашей национальной истории вместе с христианами в Германии. У меня не будет права участвовать в возрождении христианской жизни после войны, если я не разделю с моим народом испытания этого времени…” Тогда же он разработал теологическую концепцию, оправдывавшую сопротивление диктатуре и даже убийство диктатора. В 1943 году Дитриха Бонхёффера арестовывают, впереди – два года заключения. Однако тюрьма не сломила его: Дитрих продолжает писать о судьбах мира, Церкви, о сущности веры, много работает, читает и регулярно отправляет письма родным и супруге, с которой успел обвенчаться за два месяца до ареста.

 

Богословское творчество Бонхёффера можно разделить на два этапа. Первый связан с годами преподавания в подпольной семинарии. Книги «Следуя Христу» и «Жить вместе» нацелены преимущественно на развитие искусства внутриобщинной жизни. Бонхёффер никогда не идеализировал церковное сообщество. Он считал, что в любой христианской общине немало слабых и далеких от совершенства душ. Тем не менее, согласно его убеждениям, встреча человека с Богом чаще всего происходит именно в церковной общине.

 

Второй этап богословских размышлений начинается у Бонхёффера с момента его ареста. Он ищет верные пути служения Богу и ближнему, пытается определить сущность христианства, его коренное отличие от других религий. К счастью, жизнь в тюрьме не лишила его внутренней, духовной свободы. Множество его писем, статей, стихов, созданных в годы тюремного заключения, впоследствии будут изданы в виде сборника «Сопротивление и покорность», который войдет в золотой фонд современной христианской классики.

 

Незадолго до окончания войны Гитлер отдал приказ повесить всех заговорщиков. Бонхёффер оказался в камере смертников и накануне казни сказал: «Это конец, но для меня — начало жизни».

8 апреля 1945 г. в концлагере он смог провести последнее в своей жизни богослужение. 
9 апреля 1945 г. Нацисты привели в исполнение приговор о повешении. Виселица была особой, высокотехничной, человеку не давали умереть мгновенно, поэтому Дитрих умирал в муках…

Каждый год, 4 февраля (в день рождения) и 9 апреля (в день казни), мы вспоминаем замечательного немецкого поэта, богослова и пастора Дитриха Бонхёффера. В своих главных трудах «Хождение во след», «Жить вместе» Бонхёффер не раз говорил о том, что средоточие жизни человека — это «существование для другого», «жизнь для других» и именно с этого начинается Церковь. Его стихи переведены на многие языки мира и, став песнями, используются в лютеранских богослужениях. «Я, окружённый силами благими…» стал гимном западных христиан разных конфессий.

 

 

Я, окружённый силами благими…
Последнее стихотворение, написанное перед казнью пастором-мучеником, антифашистом Дитрихом Бонхёффером.

Я, окружённый силами благими, 
Под сенью светлых и незримых крыл, 
С друзьями быть стремлюсь – хочу, чтоб с ними 
Грядущий год меня соединил. 

Смущают сердце давние печали, 
Как будто ад придумал эти дни… 
Дай Бог, чтоб мы чуть-чуть смелее стали. 
Прошу, Господь: спаси и сохрани! 

Но вместо утешенья и покоя 
Даёшь нам чашу горестей земных – 
Мы примем подношение любое 
Из ласковых и добрых рук Твоих… 

Ты нам однажды Рай подаришь снова, 
Дыханьем Света уничтожив тьму… 
И мы, оставив помыслы былого, 
Воскреснем вдруг по слову Твоему. 

Мерцают свечи, ярко умирая. 
Пред их лучами отступает мгла. 
Но я мечтаю, чтоб любовь святая 
В сердцах огнём всесильным расцвела. 

Чем трепетнее тишина планеты, 
Тем ближе, осязаемей, слышней 
Незримый мир, таинственный, воспетый 
В молитвах и псалмах Твоих детей. 

Всегда хранимы силами благими, 
Мы каждый миг под сенью светлых крыл! 
Ты создал дни, и, что даётся ими, 
Спокойно принимать благословил… 

Von guten Mächten 

Von guten Mächten treu und still umgeben, 
behütet und getröstet wunderbar, 
so will ich diese Tage mit euch leben 
und mit euch gehen in ein neues Jahr. 

Noch will das alte unsre Herzen quälen, 
noch drückt uns böser Tage schwere Last. 
Ach Herr, gib unsern aufgeschreckten Seelen 
das Heil, für das du uns geschaffen hast. 

Und reichst du uns den schweren Kelch, den bittern 
des Leids, gefüllt bis an den höchsten Rand, 
so nehmen wir ihn dankbar ohne Zittern 
aus deiner guten und geliebten Hand. 

Doch willst du uns noch einmal Freude schenken 
an dieser Welt und ihrer Sonne Glanz, 
dann wolln wir des Vergangenen gedenken, 
und dann gehört dir unser Leben ganz. 

Lass warm und hell die Kerzen heute flammen, 
die du in unsre Dunkelheit gebracht, 
führ, wenn es sein kann, wieder uns zusammen. 
Wir wissen es, dein Licht scheint in der Nacht. 

Wenn sich die Stille nun tief um uns breitet, 
so lass uns hören jenen vollen Klang 
der Welt, die unsichtbar sich um uns weitet, 
all deiner Kinder hohen Lobgesang. 

Von guten Mächten wunderbar geborgen, 
erwarten wir getrost, was kommen mag. 
Gott ist bei uns am Abend und am Morgen 
und ganz gewiss an jedem neuen Tag.

Язычники и христиане 

К Богу приходят, когда заставляет нужда, 
Хлеба и помощи просят у Бога тогда, 
Чтоб от болезней и бед не осталось следа – 
Так поступают язычники и христиане. 

Бог открывается там, где случилась беда, 
Где Он осмеян, распят по решенью суда, 
Где Он страдает, чтоб смерть победить навсегда – 
С Ним христиане разделят всю меру страданий. 

Бог посещает, когда настигает беда, 
Он исцеляет, и хлеб нам приносит тогда, 
Он милосердие дарит нам вместо суда – 
Им прощены и язычники и христиане! 

Christen und Heiden 

Menschen gehen zu Gott in ihrer Not, 
flehen um Hilfe, bitten um Glück und Brot, 
um Errettung aus Krankheit, Schuld und Tod. 
So tun sie alle, alle, Christen und Heiden. 

Menschen gehen zu Gott in Seiner Not, 
finden ihn arm, geschmäht, ohne Obdach und Brot, 
sehn ihn verschlungen von Sünde, Schwachheit und Tod. 
Christen stehen bei Gott in Seinem Leiden. 

Gott geht zu allen Menschen in ihrer Not, 
sättigt den Leib und die Seele mit Seinem Brot, 
stirbt für Christen und Heiden den Kreuzestod 
und vergibt ihnen beiden. 

Покаяние Ионы 

Здесь царство волн – от края и до края! 
Морской котёл кипит из глубины… 
Ветрами смяты и ослеплены, 
Пред ликом смерти силы надрывая, 

Они пытались говорить с богами… 
«О боги вечные! Кому ваш приговор? 
Кто душегуб, клятвопреступник, вор? 
Кто согрешил – и кто отвергнут вами? 

Заплатит тот, кто нас привёл сюда… 
И мы исполним приговор закона!» 
«Меня убейте, – отвечал Иона, – 
Я предал Бога. Я прошу суда. 
Невинные погибнуть не должны! 
Послужит Правде кто? Друзья, не вы ли?» 

Он брошен в море, и они застыли 
Среди благословенной тишины… 

Jona 

Sie schrieen vor dem Tod und ihre Leiber krallten 
sich an den nassen, sturmgepeitschten Tauen, 
und ihre Blicke schauten voller Grauen 
das Meer im Aufruhr jäh entfesselter Gewalten. 

“Ihr ewigen, ihr guten, ihr erzürnten Götter, 
helft oder gebt ein Zeichen, das uns künde den, 
der Euch kränkte mit geheimer Sünde, 
den Mörder oder Eidvergeßnen oder Spötter, 

der uns zum Unheil seine Missetat verbirgt 
um seines Stolzes ärmlichen Gewinnes!” 
So flehten sie. Und Jona sprach: “Ich bin es! 
Ich sündigte vor Gott. Mein Leben ist verwirkt. 

Tut mich von Euch! Mein ist die Schuld. Gott zürnt mir sehr. 
Der Fromme soll nicht mit dem Sünder enden!” 

Sie zitterten. Doch dann mit starken Händen 
verstießen sie den Schuldigen. Da stand das Meer. 

 

Share

ИНТЕРВЬЮ С КОМЕНДАНТОМ ЧЕРНОБЫЛЯ

 Вопрос на засыпку? Кто помогал Гитлеру?  Кто помогал Сталину? 

Им помогал, конечно, всегда и во всём дьявол, князь тьмы, Олицетворённое зло. Где был Бог при Холокосте, Хиросиме, Чернобыле, последней японской катастрофе? Где? Там где всегда! Он был на небесах, но при покаянии  мог войти в сердце каждого человека. Во все времена большинство людей этого не хотели, они не каялись и оставались без Бога.  А дьявол не ожидал решения человека, как это делал Бог. Бог давал человеку право выбора. А дьявол, как вор забирался в сердце и сознание человека. И после фальшивой эйфории, которую создавал в человеке дьявол, тот становился орудием дьявола. Человек став таким убивал, жёг, взрывал, лгал, даже мог лживо плакать. Поэтому были убиты миллионы, и “оживут ли кости сии” знает только Творец.  Бог допускал всё это, потому что исполнял Свой Божий закон  – после изгнания людей из Эдемского сада  в решения человека больше не вмешиваться. А дьявол был и есть беззаконик, он нарушал и нарушает все законы, Божьи и человеческие, и делает человека своим рабом, носителем зла, противником Бога. 

.      Люди избрали  свободу без рая. И выяснилось, что  это оказался всемирный концлагерь , где заключены человеческие души. Кто комендант лагеря? Он, конечно, искуситель и убийца, враг Бога и любви, он – сатана, дьявол. 

После изгнания из рая,  мы сами отвечаем за наши решения.. Но часто, как мы уже  знаем, это решения не наши, а решения дьявола, вошедшего в нас. 

        Да и многие поступки, совершаемые лидерами  мира, совершаются без планетарного согласия людей планеты. Но тем не менее, мы вместе отвечаем за все злодеяния на земле. Почему? Потому что, если мы ничего не делаем против этих злодеяний, то становимся участниками этих преступлений. Потому что мы члены одной земной семьи. Потому что, когда мы отворачиваемся от Бога, тогда мы поворачиваемся к дьяволу. Когда мы не говорим с Богом, с нами начинает говорить дьявол. Когда мы не совершаем добро, дьявол нашими руками совершает зло. Когда мы забываем о любви Бога, дьявол учит нас ненавидеть людей. 

         Посмотрите, что мы сделали с прекрасным миром! Мы его изуродовали, заразили, загадили. 

Мы на финишной прямой нашей цивилизации, только вместо финишной ленточки нас ждёт страшный обрыв, куда должно свалиться вся эта непокорная Богу масса, все самоуверенные рабы дьявола, все изуродованные им люди. Надеюсь только на одно, там возле обрыва, увидя нас бессмысленных и загнанных, к нам выйдет Бог, и ещё раз спасёт по своей любви и милости. 

         А сейчас прочитайте ещё про одно злодеяние, которое совершил дьявол руками людей. 

Но мы также знаем, рядом со слугами дьявола всегда были праведники. Об одном из них рассказывается ниже. Праведники не принадлежат к определённой религии, праведники могут ходить в разные храмы, но служить единому  Богу. Некоторые священные книги говорят, что  в рай войдут праведники всех религий. И даже те, кто не знал, что служат Богу, но  кто поступал согласно Божьей любви. 

Михаил Моргулис 

www.Morgulis.tv 

  

ИНТЕРВЬЮ С КОМЕНДАНТОМ ЧЕРНОБЫЛЯ

   

26 апреля 1986 года, в тот день, когда на 4-м энергоблоке прогремел взрыв, Михаил Горбачев назначил Михаила Бергмана военным комендантом Чернобыля. Бергман вывез из зараженной зоны более 110 тысяч человек, после этого год пролежал в госпиталях, перенес пять полных переливаний крови и до сих пор поправляет свое здоровье. Во время распада СССР ликвидатор последствий ядерной аварии вновь занялся тушением пожаров, теперь уже в горячих точках. В самые критические моменты он служил комендантом в Баку, в Тбилиси, в Приднестровье… а потом, когда истек срок давности, издал книги, раскрывающие некоторые жутковатые тайны.

Досье. Михаил Михайлович Бергман родился в 1948 году в Тирасполе. Два высших образования: педагогическое и юридическое. Имеет 25 правительственных наград, и все ордена у него боевые, в том числе “Красной Звезды”, “За личное мужество”, “За службу Родине” и “За заслуги перед Отечеством”. В 1997 году, согласно опросам СМИ, назван “Человеком года”. Он был первым военным комендантом Чернобыля. 13 лет Михаил Бергман служил плечом к плечу с генералом Александром Лебедем. Мастер спорта по самбо. Он был постоянным представителем Республики Хакасия при президенте Российской Федерации.

– Михаил Михайлович, скажите, пожалуйста, вы приехали в Израиль в гости или по делам?

– У меня дочка здесь, и, честно говоря, я приехал в Израиль лечиться. В связи с тем, что я побывал в Чернобыле, у меня нашли такое заболевание, которое в Москве не очень-то берутся лечить. Это связано с лучевым ожогом.

– Там, в Чернобыле, вы получили изрядную дозу облучения?

– Могу рассказать, как это было. Там, в Чернобыле, рядом с третьим реактором упал и сгорел вертолет. Вертолетчики – два капитана и два прапорщика – были моими друзьями. Они два срока, целых 4 года отслужили в Афганистане – и остались живы. А вот в Чернобыле они погибли, выполняя очень важную в тот момент работу. Состояла она в следующем. С вертолета сбрасывали смолу в реактор, она вытягивала на себя радиацию, а потом ее отвозили и закапывали в отстойниках в специальной зоне для захоронения ядерных отходов. Из-за ветра вертолет зацепился за подъемный кран и упал. Раздался взрыв. Этого нельзя передать словами. Мы тогда все выскочили, бросились туда, в пекло, без костюмов, прямо как были. У кого-то пострадала печень, у кого-то…

– Скажите, мысль: “Я “схватил” лишнюю дозу” пришла сразу, или тогда вам было не до того?

– Нет, конечно, я ничего тогда не знал. Просто начал резко терять вес.

– Сколько вам было лет?

– 36.

– Что ощущает человек, побывавший в аду? Откуда, из каких резервов вы почерпнули силы на то, чтобы сохранить “спортивную форму”, то есть чтобы не упасть духом, не разочароваться в жизни?

– Я был третьим ребенком в семье, а моя старшая сестра была глухонемой. Ее все время обижали. Чтобы не дать ее в обиду, я начал тренироваться. В 17 лет я уже стал мастером спорта по самбо и выступал за сборную. Я, по натуре, лидер… Видимо, сыграл роль знак зодиака (смеется). Я родился 22 декабря, а Козероги, они идут напрямик к цели. Понимаете, быть впереди – для меня это естественная потребность…

– Ну, раз вы попали в Книгу рекордов Гиннесса, то сумели сделать то, что не удавалось другим. Никто до вас в чине полковника не выигрывал судебных процессов у двух министров обороны.

– Я еврейский мальчик, который дослужился до генерала…

– Вы закончили службу в чине генерала?

– Да, я генерал-майор запаса.

– Вы могли бы попасть в Книгу рекордов как еврей, который сделал такую блестящую военную карьеру.

– Нет, это неверный ракурс. Человек чего-то добивается, потому что он к этому очень стремится. Так вот я стремился быть достойным и быть впереди. Я получил “Орден Красной Звезды” из рук Горбачева.

– Это за Чернобыль.

– Да. Когда СССР распался, в России вместо самой вышей советской награды “Ордена Ленина” был введен “Орден за личное мужество”. Я получил этот орден за приднестровский конфликт – одним из первых, в Кремле, из рук Ельцина. Судьба забрасывала меня в самые горячие точки. Я был комендантом в Баку, в Тбилиси служил во время тяжелых событий, в Приднестровье вернулся тогда, когда там начиналась война.

– Где вы познакомились с генералом Александром Ивановичем Лебедем? В Баку или в Приднестровье?

– В Баку. Всю комендатуру мою туда перебросили, вместе с бронетехникой. Наша задача была вывезти армянское население.

– Михаил Михайлович, как случилось, что вы столько лет прослужили вместе с генералом Лебедем?

– Мы с ним познакомились незадолго до того, как в Приднестровье началась настоящая война. Самое страшное было то, что из 14-й армии, которая в то время находилась и в Украине, и в Молдавии, стали растаскивать оружие. Нужно понять, что, когда распался Советский Союз, из всех групп войск, которые находились в Германии, в Польше, в Венгрии, в Чехословакии, все оружие стягивалось в Одесский военный округ и именно в 14-ю армию. В Колбасном находились самые большие склады. Все оружие свозилось туда, на территорию 59-й мотострелковой дивизии.

– Там было и ядерное оружие?

– Было, конечно.

– Вы писали о пропавшем ядерном оружии. Как такое могло случиться? Это был результат коррупции или халатности?

– В Бендерской крепости находилась ракетная бригада, на вооружении которой состояли тактические ракеты. Бригада прикрывала западные рубежи СССР от Румынии, Германии. Среди прочих видов вооружений были имитаторы ядерного взрыва. Они предназначались для больших, фронтовых учений. Имитатор создает облако, поднимает гриб, производит выброс пыли и шумовой удар.

– Допустим, что такой имитатор попадает в руки террористов. Как они могут его использовать, и будет ли от этого большой вред?

– Нет. Если привести эту установку в действие на территории какого-то города, она принесет незначительные разрушения. Погибнуть от такого взрыва нельзя.

– В чем же тогда состояла опасность?

– Давайте вернемся к той же гипотетической ситуации: имитатор привели бы в действие не на военных учениях, а на территории города. Только вообразите, какая бы началась паника, если бы штатские люди вдруг увидели, как над крышами домов вырастает гриб! Ведь то, что эффектно выглядит на экране, наяву неизбежно вызвало бы нервные потрясения, инфаркты, травмы, в общем – непредсказуемые последствия. Кроме того, тогда обнаружились и другие пропажи. Когда Лебедь был секретарем Совета безопасности, мы работали с ним бок о бок. Так вот он поднял вопросы об исчезновении имитаторов ядерного взрыва и ядерных чемоданчиков. После него эту информацию подтвердил академик Яблоков. Но почему-то сегодня никто не хочет реагировать и расследовать это преступление.

– Что это такое – ядерные чемоданчики?

– Будем считать, что это мини-бомба, только ядерная.

– Вы допускаете, что такая бомба есть у “Аль-Каиды”? Ведь эта организация угрожает ядерным терактом.

– Не исключено.

– Что было самым страшным последствием аварии в Чернобыле?

– То, что уран разлетелся на огромную территорию и произвел разрушительное действие. Мы собирали его с участка в 150 километров. Что происходило в более отдаленных районах, просто не просчитывали… У меня на третий день пребывания там… не осталось волос на голове.

– Волосы у вас так и не выросли?

– Нет.

– Как собирали радиоактивный материал?

– Работали химики-разведчики, находили урановые осколки и отмечали их флажками. А затем солдаты, одетые в специальные защитные фартуки, за 30 секунд должны были найти желтый флажок с ядерным символом (видели, такие по телевизору показывали), собрать материал, сбросить в отстойник и укрыться в свинцовом бункере. После одной такой уборки мы солдат сразу увольняли с воинской службы, понимая, что они больше не смогут служить. Они уже были не жильцы, потому что за разрешенные 30 секунд никто не успевал справиться с работой. Мы бесконечно обязаны людям, которые жертвовали собой, выполняя необходимую и опасную работу. Так вот мы не собрали, не смогли собрать весь разбросанный уран. Между тем председатель правительственной комиссии на совещании сказал, что у страны отсутствуют средства, необходимые для эвакуации населения из всей зараженной зоны. Он сказал мне тогда: “Больше на эту тему ни с кем никогда не говори. Выполняй приказ”.

– С тех пор прошло 25 лет.

– Вот поэтому я об этом и говорю. Прошло много времени, и теперь можно сказать: там фонило так, что… не с чем, просто не с чем сравнить.

– Скажите, кто-то отслеживал, что происходило с этими людьми, которых не смогли вывезти?

– Конечно, никто не отслеживал. Тогда главная задача была закрыть взорванный реактор.

– Построить саркофаг…

– Да, но сперва нужно было развернуть бетонные заводы. Министерство тяжелого машиностроения монтировало этот саркофаг. А самую тяжелую работу в Чернобыле сделали метростроевцы-добровольцы, которые приехали и прорыли тоннель под станцией. И еще те рабочие, которые трудились в тяжелейших условиях, собирали скопившийся на крыше уран. Думаю, большинства из них нет в живых, и мы все перед ними в неоплатном долгу.

– Что вы думаете об аварии на японской АЭС? Вы согласны с тем, что “Фукусима” – это повторение Чернобыля?

– Говорю вам впервые: случившееся в Японии – это 1% от чернобыльской катастрофы. Чернобыльская авария отличалась от взрыва ядерной бомбы отсутствием светового излучения и ударной волны, но было и одно сходство. Оно состояло в распространении радиации. На “Фукусиме” же наблюдается небольшое излучение в паровом облаке.

– Это вы говорите теперь, а 25 лет назад вряд ли кто-то мог сразу оценить масштабы трагедии.

– Я приступил к исполнению обязанностей коменданта 26 апреля, в 19.00. Я понимал, что случилась беда, но то, насколько она велика, стало ясно потом. Я занимался эвакуацией и вывез из зоны поражения почти 110 тысяч человек. Многие из этих людей были обречены, в особенности – дети. На детей радиация действует моментально.

– Что вы думаете об использовании ядерной энергии в гражданских целях – нужно строить АЭС или лучше повременить?

– Нужно сперва разобраться в том, что случилось, усовершенствовать технологии, а уж потом решать. Академика Валерия Легасова, руководившего локализацией последствий аварии в Чернобыле и расследовавшего ее причины, через восемь лет после катастрофы нашли мертвым. Я считаю, что его убили.

– За что?

– За разоблачение причин аварии. Чернобыльскую АЭС строили второпях, на скорую руку, чтобы сдать к дню рождения Брежнева. Были, наверное, и другие обстоятельства. Легасов общался с прессой, пытался поднять “запретную тему” и привлечь к ней общественное внимание.

– Вы говорите, что в СССР “перевыполняли” планы и заботились не о том, о чем следовало. Но японцы строили основательно, по всем правилам. А результат тот же – случилась авария.

– В Японии авария была результатом стихийного бедствия, и там уран не выбросило в воздух, как это получилось в Чернобыле. Среди прочих причин чернобыльской аварии надо указать, что тех инженеров, которые отвечали за безопасность, в нужный момент не было на работе. В случае аварии Чернобыльская АЭС должна была уйти под землю и закрыться саркофагом. Почему этот механизм не сработал? Мы 25 лет говорим, что накрыли станцию саркофагом. А на самом деле там осталась щель в 13 см. То есть четверть века продолжается радиоактивное излучение. На недавно проведенном минздравом симпозиуме, в котором я принимал участие, приводились данные о том, что онкологические заболевания стали самыми распространенными и опередили сердечно-сосудистые. Самое ужасное, что у нас распространилась детская онкология, забиты все больницы. Все это – последствия Чернобыля.

– Вы считаете, что радиация распространилась во все стороны?

– Сто процентов, что это так. Это невидимый враг. Я военный, всю жизнь держал в руках оружие, а тут – непонятно, в кого стрелять.

– Что вы делаете для поддержания своего здоровья?

– За время, проведенное в Чернобыле, я похудел на 23 килограмма. Жена меня не узнала, когда я вернулся домой. Меня сразу положили в госпиталь, и я перенес пять полных переливаний крови. Делали это японцы. Тогда японцы помогали в наших госпиталях. У меня был лучевой ожог сигмовидной кишки, нашли непроходимость и решили, что нужно оперировать. Я был совсем молодым, за Чернобыль досрочно получил подполковника… Вот я и сказал врачам, что хотел бы еще родине послужить, а после такой операции меня спишут. Один врач отозвал меня в сторонку и посоветовал проситься в санаторий в Львовской области, в Моршино. Там есть целебная вода “Джерела”. Я добился, что нас, десять офицеров, которых уже, считайте, похоронили, отправили туда. Мне помогла эта вода. С тех пор я каждый год 30 дней лечусь в этом санатории.

– Вы приезжаете в Израиль лечиться, потому что тут есть специалисты в нужной вам области?

– В России много отличных врачей, но то, что я увидел в Израиле… Многие мои сослуживцы, которым я рекомендовал обратиться в израильские клиники, приезжают и благодарят. Все мы говорим, что то, что делается здесь, достойно уважения и подражания.

– Вы знаете, что израильские врачи бастуют и говорят о том, что наша система здравоохранения в кризисе.

– Что касается меня лично, то я готов перед израильскими врачами стать на колени.

– Вы пользуетесь системой так называемого медицинского туризма?

– Да. Прекрасные врачи, достойные люди. Вот им надо давать “героев”.

– Как вас выбрали “Человеком года”? Это тоже связано с Чернобылем?

– Связано и с Чернобылем, потому что я потерял очень много близких людей.

– Как в России выбирают “Человека года”?

– Рассматривают яркие события, случившиеся за год, и проводят голосование. В период назначения на должность министра обороны маршала Сергеева в армии начался развал. Солдаты дезертировали, захватывая оружие, устраивая стрельбу, убивая ни в чем не повинных людей. В Тирасполе, когда я служил комендантом, произошел такой случай. Солдат, его звали Максим Крылов, ушел с поста и с автоматом засел в железобетонном доте времен Великой Отечественной войны. У него было 120 трассирующих патронов. Потом уже я узнал его историю. Паренек из Иваново. Мать убили, отец умер, 85-летняя бабушка не воспротивилась тому, что его взяли в армию. Он в течение полутора лет просился в отпуск, навестить бабушку, а когда понял, что не отпустят, ушел с поста, захватив с собой оружие, готовый убивать всех, кто ему помешает уехать домой. После того как он был обнаружен, из Москвы поступил приказ командующего генерал-лейтенанта Евневича открыть огонь на поражение и уничтожить дезертира. Вокруг были цистерны с бензином, оружейные склады с боеприпасами. Одна трассирующая пуля – и мы все бы взлетели на воздух. Я принял решение: попытаться уговорить мальчишку сдаться. Для этого я снял с себя амуницию, перепрыгнул через забор, крикнул пареньку в доте, что я без оружия. А потом сказал, что если он откроет огонь, то погибнет сам и погубит своих друзей, которые пойдут в первой цепи. Я дал ему слово, что уволю его с военной службы, если он добровольно сдаст оружие. Предварительно я уже переговорил с военкомом, все выяснил и предложил ему реальную альтернативу. Он, как сейчас помню, переложил автомат в левую руку, медленно протянул его мне, а потом сел и заплакал. 31 декабря 1997 года 98,9 процентов журналистов проголосовали за меня. Так я стал “Человеком года”.

– Вы еще так и не рассказали, чем рассердили двух министров обороны.

– Когда сняли Александра Ивановича Лебедя, стали сразу расправляться с его близким окружением. Прилетел министр обороны Грачев и сказал мне примерно так. “Я сейчас соберу пресс-конференцию, ты сядешь и расскажешь о том, какой плохой Лебедь”. Лебедь тогда набирал силу, и этого многие боялись.

– Это произошло, когда Лебедь ушел в политику?

– Да. Но сыграло роль то, что Лебедь критиковал министерство обороны за неумелые военные действия в Чечне и за использование танков в Грозном, где погибло много военнослужащих. Александра Лебедя можно сравнить с Денисом Давыдовым. Это два человека в России, которые были неудобны властям. Так вот я тогда ответил, что Лебедь прекрасный человек и я не скажу о нем ничего плохого. Не прошло и дня, как меня отстранили от должности.

– Вы тогда еще служили в Тирасполе?

– Да, я был комендантом. Это был 1995 год.

– Про этот период, когда вы служили в Тирасполе, рассказывают совершенно невероятные вещи. Говорят, что вы создали Приднестровью имидж “криминально-коммунистической республики”. Но ведь это искусство. Вот, например, в нашей стране не умеют пропагандировать и проигрывают в информационной войне. Может, вы могли бы в Израиле сделать на этом карьеру.

– Я выступал два раза в неделю по телевизору и говорил, что каждый должен понять сам, чего ему надо в жизни, и выбрать свой путь. О чем говорит то, что из 800-тысячного населения в Приднестровье осталось всего 300 тысяч человек? Почему люди, родившиеся там же, где и я, решили уехать? Президент Смирнов узурпировал власть, назначив одного из своих сыновей начальником таможни, а второго – управляющим Газпромбанком. Приднестровье задолжало России 2,5 миллиарда долларов за газ.

– Что было, когда началась война?

– Когда началась война, мы готовили решающую операцию. Войска Молдовы, Румынии должны были перейти через Днестр. Вдруг позвонил мне израильский посол в Молдове, помню, что его звали Шимоном, и передал мне просьбу премьер-министра Израиля. Он просил вывезти еврейское население из Дубоссар, Рыбницы и Бендер. В Приднестровье жили представители 40 национальностей, и только Израиль попросил вывезти своих людей. Я был горд тем, что когда все стандарты перевернулись вверх дном, именно израильтяне и только они проявили заботу о спасении населения, о вывозе стариков, женщин, детей. Военная операция планировалась на рассвете. Я позвонил Шимону и сказал, что утром можно будет подогнать автобусы и вывезти людей. Так и случилось. Прошла операция, а потом израильтяне провели акцию по спасению своих граждан.

– Вы бы пошли в политику, если бы не Лебедь? Вот в Израиле это больной вопрос, генералы идут в политику, такое случается часто, и сразу разгорается спор, это хорошо или плохо. Каково ваше мнение?

– Мое мнение – это страшная ошибка, когда военные идут в политику. Нас учат не тому, и менталитет у нас другой. Военный не должен быть политиком, но может состоять на административной службе. Я после армии курировал при президенте России и Красноярский край, и республику Хакасия.

– Разве “курировать” – это не значит заниматься политикой? В Красноярском крае вы ведь, кажется, были вице-губернатором.

– Это исполнительная власть.

– Как вы попали в Хакасию?

– Последние 13 лет я все время был с Лебедем…

– Когда он погиб, вы тоже были…

– Это случайность. Из двадцати человек, находившихся в том вертолете, погибло только восемь.

– Вы были в том вертолете?

– Я должен был лететь, был в списке седьмым. Но у внука был день рождения, и я улетел вместо Красноярска в Израиль. Заранее договорился с Лебедем, а список пассажиров не стали менять. Когда Лебедь погиб, указом президента Путина я был назначен представителем республики Хакасия при президенте. Даже после смерти Лебедь заботился обо мне.

– Чем вы теперь занимаетесь?

– Живу в Москве, занимаюсь бизнесом, пишу книги. Я работаю над немного фантастическим проектом. Это книга “Генералы”, она о войнах, которые были и которые могут быть. Речь пойдет о странах, которые могут оказаться втянутыми в войну, в их числе Россия, Китай, Израиль. Китай заслуживает особого внимания, потому что это страна, которая обладает огромным потенциалом ядерного оружия, огромным ресурсом людей, и это страна, которая помогает Ирану. Я расскажу, что такое Иран, что к власти там пришел второй Гитлер, и о том, что может произойти, если Россия окажется втянутой в войну.

– Вы считаете, что иранская угроза велика?

– Это страшная угроза. За всем тем, что происходит сейчас в мусульманском мире, стоит Иран. Я вижу это как человек военный. То, что мы схлестнемся с Китаем, это тоже всем ясно. У них уже под 2 миллиарда населения. Им жить негде. Если Россия окажется втянутой в противостояние с Китаем, американцы будут на нашей стороне. А если в это время поднимется мусульманский мир, то Израилю придется нелегко, потому что Америка и Россия не смогут воевать на два фронта. Вот это страшный сценарий, и я хочу его заранее описать. Я хочу предостеречь, убедить, что нужно принять меры, договориться, объединиться, объявить Ирану мораторий на ввоз-вывоз оружия. Израиль упустил момент: еще пять лет назад нужно было разбомбить все их реакторы. Если бы я был президентом Израиля, то сделал бы это, не спрашивая ни у кого разрешения. А теперь видите, что происходит. Египтяне, по результатам опросов, хотят расторгнуть мир с Израилем, президент Асад вооружается.

– Сирия скупает российское оружие, а Иран – технологии, на которых базируется его ядерная программа.

– Отвечу вам так. Визит президента России Медведева был важен для израильской безопасности. А из-за чего этот визит отменили? Из-за забастовки в МИДе. Хотя в интересах государства было отменить забастовку и принять президента. И еще немного об имидже. Очень хорошо, что в Израиле тщательно производится таможенный досмотр. Мы учимся этому. Но всем нам надо быть гибче, дипломатичнее, умнее, дальновиднее. Демократия не должна идти вразрез с интересами государства, бдительность необходима, но она граничит с абсурдом, если противоречит политическим целям и дипломатической корректности. В наших общих интересах – предотвратить ту войну, которая может случиться, и значит, мы можем в этом преуспеть, если будем избегать категоричности и ограниченности.

– Вы столько успели в жизни, наверное, у вас много завистников?

– Нет, у меня очень много друзей. Завистники, наверняка тоже есть. Но не на мою болезнь. Я бы хотел, чтобы люди завидовали на моё служение страдающим и умирающим людям 

Share

Три священнослужителя против Патриарха

Случай сам по себе небывалый: три священника Ижевской и Удмуртской Епархии записали видеообращение к Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу, в котором подвергли главу Русской Православной Церкви прямолинейной критике за склонность части духовенства к роскоши, за заигрывание с толстосумами, за слепое соглашательство РПЦ с властью и за многое другое. Они заявили, что до покаяния патриарха перед Богом и народом прекращают его традиционное поминовение во время богослужений. 

Конфликт в РПЦ можно было бы назвать внутренним, если не принять во внимание, что священники из Удмуртии заострили проблемы, касающиеся всего общества. И, возможно, их взгляды разделяют не два-три десятка прихожан, а еще и многочисленные граждане – как за пределами церковной ограды, так и за пределами Удмуртской Республики.

Итак, что же беспокоит иерея кафедрального собора Александра Невского в Ижевске Александра Малых, настоятеля Свято-Никольского храма села Завьялова протоиерея Сергия Кондакова и настоятеля храма Преображения Господня села Ягул протоиерея Михаила Карпеева?  Милостью Божией, считают они, рухнул богоборческий коммунизм, и миллионы людей пришли в лоно церкви. Однако за 20 лет не произошло духовного возрождения большей части народа. «России грозит гибель, главной причиной которой является духовно-нравственная катастрофа – заявляют священнослужители и вопрошают: «А не потому ли не случилось вместе с восстановлением православных храмов возрождения русской государственности, армии, культуры, семьи, поскольку в самой церковной жизни не были преодолены пороки, связанные с 70-летним большевистским пленением?».

Полагая, что Россия страдает от неустройства государственной и общественной жизни, отец Сергий, отец Михаил и отец Александр просят руководство РПЦ «прекратить позорную практику слепого соглашательства с властью и всевозможных заигрываний с толстосумами…». И, обращаясь к патриарху, конкретизируют критику: «Мы решительно просим, чтобы Вы, Ваше Святейшество, позаботились о том, дабы наш народ видел Вас не только благословляющим и лобызающим представителей высшей власти, но и обличающим их».

Не так легко даются подобные обращения. Перед прочтением текста на камеру отец Михаил сказал: «Преодолевая свой страх, мы обращаемся к Святейшему Патриарху во имя блага церкви, во имя блага России».

А страх – он не сильно ослаб со времен «большевистского пленения». После прочтения текста отец Сергий заметил: «Очень многие батюшки молчат. Боятся потерять приходы, хлеб насущный…».

Три священника из Удмуртии высказали то, о чем, возможно, думают многие: «Не может у нас не вызывать смущения и то, с какой легкостью раздаются церковные награды, ордена с образами святых представителям власти и бизнеса. Так и хочется задаться вопросом: «Какой орден Русской Православной Церкви, Московского Патриархата получил бы царь Ирод иудейский?». Ведь он, как известно, немало потрудился над строительством и благоукрашением Иерусалимского храма».

Значительная часть обращения к патриарху посвящена взаимоотношениям РПЦ с Ватиканом с Всемирным советом церквей, с Русской зарубежной церковью. Но это – дела внутренние, а мы, повторяем, сосредотачиваемся на мыслях, созвучных настроению значительной части общества и высказывавшихся ранее гражданами в СМИ и на форумах в интернете.

Отпор трем священникам был дан без промедления. Сначала духовенство и сотрудники ижевского Свято-Михайловского Собора (сорок пять человек) провели собрание и «гневно осудили поступок данных «клириков». Они попросили Митрополита Ижевского и Удмуртского Николая «дать каноническую оценку скандалистам и раскольникам».

С оценкой Владыко Николай тоже не задержался: «С большой скорбью принял я решение об освобождении от занимаемых должностей и увольнении за штат с запрещением в священнослужении бывших штатных клириков Ижевской и Удмуртской Епархии протоиерея Сергия Кондакова, протоиерея Михаила Карпеева и священника Александра Малых», – сообщил митрополит духовенству, монашествующим и верующим.

Опять же – дело внутреннее. Заметим лишь, что реакция была предсказуемой. «Мы сейчас совершаем дерзновенный поступок, – заявил отец Михаил перед записью обращения к патриарху, – не для того, чтобы создать себе какую-то рекламу, не для того, чтобы справиться со своими личными проблемами. Наоборот, мы уверены, что проблемы у нас появятся после обращения».

На вопрос «Новой газеты» о том, как отнеслись к «дерзновенному поступку» прихожане, отец Михаил ответил, что немалая часть прихожан испугана.

– Нас изобразили чудовищами, – сказал он. – А прихожан предупредили: если они нас поддержат, их не допустят к священному причастию. У меня в подчинении было четыре священнослужителя, и двое, можно сказать, уже от меня отреклись.

При этом отец Михаил отметил, что мысли, высказанные в обращении к патриарху, формировались у него при общении с простыми людьми. Село Ягул далеко от Москвы, но люди кое-что замечают и готовы при случае обсуждать. А как обсуждать, если церковь – не место для дискуссий?

P.S. Когда материал был написан, появилось сообщение ИТАР-ТАСС: «В Русской Православной церкви призывают к диалогу трех священников из Удмуртской епархии, которые публично критикуют патриарха Кирилла и отказываются произносить его имя за богослужением».

«Церковь всегда готова к диалогу с любыми людьми, даже отпавшими от Церкви. Диалог является одним из способов общения для Церкви», – сказал журналистам представитель Синодального информационного отдела РПЦ.

Что ж, такую позицию можно только приветствовать, хотя и странно, что диалогу предшествовало принятие мер в отношении собеседников.

Share

История развития церкви ХВЕ в белорусской деревне

13 марта молодежь из церкви «Христос для всех» города Солигорска посетила церковь в деревне Поварчицы, что в 15 километрах от города. Братья и сестры радушно принимали гостей, предоставив возможность участвовать в служении, исполняя псалмы, делясь Словом, поддерживая молитвенно. При входе в церковь, гости обратили внимание на представленную в вестибюле фотовыставку, посвященную богатой истории поместной церкви. В конце 2010 года церковь праздновала знаменательный юбилей – 90-летие.

Как все начиналось?

В 2010 году исполнилось 90 лет с того дня, как светильник Духа Святого зажегся в деревне Поварчицы Солигорского района. Свой славный юбилей отмечает одна из старейших церквей, входящая в Объединенную Церковь христиан веры евангельской Республики Беларусь.

Торжество отмечалось в новом молитвенном доме, о котором верующие в далеком 1920 году могли только мечтать. Тогда в Поварчицах церковного здания как такового не было, и люди из Старобина и его окрестностей проводили собрания в доме Георгия Прокоповича. Он был одним из первых, кто начал свидетельствовать в деревне об Иисусе Христе. Георгий Яковлевич принял Христа, будучи в плену в Австрии. В 1919 году он вернулся домой и начал благовествовать в родной и близлежащих деревнях: Овины, Замогилье, Долгое, Лесовня, Шепели и др.

В начале 1920-х годов в Поварчицах располагалось около 200 дворов. С учетом того, что в семьях было минимум по трое детей, население составляло более 800 человек.

Соработники на ниве Божьей

Прокопович был не единственным, кто в то время проповедовал Евангелие на Солигорщине. Господь не посылает своих учеников на служение в одиночку. Известно, что в 1919-1920 годах в поселке Старобин появился Василий Величко. В 1921 году он был избран первым пресвитером Слуцкой церкви христиан-баптистов.

В 1922 году заключил Завет с Господом Лука Гладкий, уроженец деревни Отрадное. Он, по словам старших братьев, руководил церковью в деревне Лесовня и сотрудничал с Величко и Прокоповичем. Таким образом, Евангелие проповедовалось не только в Поварчицах, но и в других деревнях Солигорщины.

Первые уверовавшие

Нельзя не вспомнить первых уверовавших, с приходом которых церковь в Поварчицах стала расти. Первыми спасенными в результате проповеди Георгия Прокоповича стали Лаврентий и Макар Новик, Василий, Митрофан и Ефросинья Рускевичи, Стефан, Тарас и Макар Прокоповичи, Яков Максимович с женой Анной Федоровной и другие.

Все уверовавшие собирались для служений в доме Прокоповича примерно до 1925 года. Затем община продолжила свою работу под руководством Георгия Яковлевича уже в Старобине. По воскресным дням люди, кто пешком, кто на лошадях, отправлялись из родной деревни в Старобин на служение. Так было до 1937 года.

Времена гонений

Годы жесточайших репрессий в стране стали и годами гонений на верующих. Христиан из Поварчиц высылали в Сибирь, сажали в тюрьмы. Многие так и не вернулись. Был арестован и Георгий Прокопович, во время заключения которого церковь оставалась без руководителя. После его возвращения в родную деревню в 1941 году церковь ожила. Георгий Яковлевич нес служение до самой смерти в 1945 году. С момента своего возвращения он сумел многое сделать для укрепления общины. По сохранившимся данным, в 1947 году на празднике Жатвы присутствовало около 100 человек. Старожилы говорят, что в это время церковь насчитывала более 170 членов. Очень символично, что незадолго до кончины первого пресвитера церковь приобрела дом у Якова Максимовича и была, наконец, зарегистрирована.

Но гонения на верующих продолжались. После смерти Георгия Прокоповича служителем стал Лука Чиж. Мы не знаем, каким преследованиям он подвергся со стороны властей, известно только, что вскоре после начала своего служения он оставил церковь и покинул деревню.

Служения продолжались

После этих событий служение пресвитера несли Иван Тарасевич и Никанор Янукович. В 1955 году церковь перешла в дом, арендованный у Порфирии Новик. Позже этот дом был расширен, и собрания в нем проводились до 1998 года. В этот период служение поочередно несли Владимир Прокопович и Стефан Горбацевич. В 1979 году пресвитером стал Алексей Новик, от которого в 1997 году и принял служение нынешний пастор Анатолий Ермакович.

Многие братья, которые вошли в историю поварчицкой церкви, по милости Господа живы до сего дня. Обыкновенные сельчане, часто не имевшие даже среднего образования, несли свое служение, невзирая на трудности. В те дни церковь находилась под неусыпным наблюдением со стороны властей. Поэтому когда новым членам церкви нужно было заключать Завет с Господом, зачастую приходилось действовать тайно.

Конечно, многого братья не рассказывают. Седовласые служители скромно умалчивают о многих тяжелых испытаниях. Как истинные христиане, они говорят только о делах Божьих, стараясь не вспоминать о том, в каких нечеловеческих условиях им приходилось трудиться. Не имея средств для нормального существования, часто голодные, они несли Евангелие людям. Бывало, что молитвенные дома подвергались обстрелам. Об одном из них до сих пор напоминает след от пули на печке. В тот день стреляли по окнам дома молитвы, в котором шло служение. Никто из собравшихся тогда не пострадал только потому, что люди за секунду до выстрела преклонили колени для молитвы.

Не рассказывают поварчицкие братья и о том, как ночью их вывозили в лес и под дулом револьвера пытались заставить сотрудничать с органами госбезопасности. Больше они говорят о Боге, Который вел и хранил свою церковь.

Благословенное место

О великих делах, на которые Господь благословил эту церковь, могут рассказать служители из Дубицы, Старобина, Солигорска, Кривичей, Минска. Сейчас они несут служение в различных местах Беларуси, но воспоминания о детстве, юности, духовном становлении все время возвращают их к Поварчицкой церкви. Во все времена эта церковь считалась одним из самых благословенных мест на белорусской земле. Здесь люди всегда возносили горячие молитвы и получали ответы, исполнялись Духом Святым и переживали обновление. До сих пор сюда приезжают верующие из многих уголков Беларуси, чтобы ощутить прилив духовных сил.

Были и те, кто не вернулся из заключения или ссылок и был замучен.

Но, несмотря на испытания, церковь не сдается, и уже 90 лет братья и сестры из Поварчиц достойно несут знамя Господа.

Конечно же, и в годы страшных гонений Господь не оставлял верных своих и через пророчества говорил, что наступят времена, когда у людей на столах свободно будут лежать Библии и песенники. Трудно было поверить в то, что для Богослужений откроют свои двери кинотеатры и клубы, в которых люди будут слушать живое Слово Божье. Новое поколение уже не помнит те дни, когда на таможенных пунктах в кострах сжигались Библии, которые кто-то пытался провезти в страну. Тогда люди брали деньги и шли к таможенникам, чтобы выкупить хотя бы часть книг.

Но была надежда. И сегодня на столах действительно лежат Библии и песенники. Кинотеатры и клубы действительно на некоторое время были открыты для богослужений. Люди продолжают слушать Слово Божье. Открываются церкви. Их появление – ответ Господа на молитвы, стойкость и верность многих верующих Беларуси, и, конечно же, братьев и сестер из Поварчиц!

Жатвы много

В начале 20 века в царской России (включая Украину, Беларусь и другие регионы) насчитывались тысячи католических храмов, православных церквей, протестантских домов молитвы. За времена советской власти их осталось не так много. Большинство мест, где люди поклонялись Богу, были уничтожены. Но Божий план спасения продолжал действовать, люди продолжали верить и молиться, и Церковь поднялась из пепла, как некогда воскрес и ее Небесный Основатель!

И тем дороже для верующих такие церкви, как поварчицкая, которая выстояла в самые трудные времена, над которыми была рука Божья во времена гонений, церкви, которые вывел Господь для назидания будущим поколениям. К сожалению, все меньше остается в Беларуси родоначальников христиан веры евангельской. Многие уже в вечности. Их нет с нами, но их имена записаны в Книгу Жизни на Небесах, и это воодушевляет нас, вступивших в третье тысячелетие от Рождества Христова!

Максим Букатин

Пресс-центр ОЦ ХВЕ Беларуси

 

 

 

 

Share

Новые правила глобального мира

                                                                                                                                                                         Михаэль Лайтман

Из истории видно, что ни один диктатор в результате не принес своему народу ничего доброго – одни страдания. Хотя таким образом, они толкали мир к развитию. Но сегодняшнее состояние, вообще нельзя сравнивать – мы живем в глобальном мире.
Прежде, мир существовал за счет
самой верхушки пирамиды,отдельных личностей, наделенных неограниченной царской властью, по слову которых все исполнялось. И несколько сот лет назад у такого правителя еще была возможность принять какое-то полезное решение. Но сегодня, в глобальном мире, если кто-то будет пытаться воплотить в жизнь свое персональное мнение, он будет расписываться в собственной глупости.
Потому что в глобальном мире не может принимать решение какой-то один правитель, одно правительство, и даже если соберутся все правительства вместе – ничего не поможет! Необходимо знание
общей системы – а президент ее не знает, он еще больший эгоист, чем все остальные (ведь потому он и стал президентом).
Поэтому, ни один правитель или правительство сейчас не добьется успеха – они будут получать власть, как-то держаться несколько лет и падать. Так будет происходить по всему миру. Мы увидим, что начиная с нашего времени и далее, правительства будут все больше мельчать. Как сейчас в Египте, в один день выйдут на улицы миллионы – и правительство рухнет.
Почему же власть не может себя защитить, где же армия? У них уже нет былой силы, это уже не получается, потому что мир проявляет себя как интегральный, глобальный, и народ внизу уже не принимает покорно все, что говорит сверху правитель.

Мир начал действовать по новым правилам, а мы еще этого не понимаем. Никакие правители нам больше не помогут, поставьте к власти хоть кого угодно. Они и раньше продвигали мир страданиями – но все же продвигали. Например, как Александр Македонский, который хотел насадить греческую культуру по всему миру и взял себе в помощь ученых, советников. У него была целая программа, что он хочет сделать с миром. Но сегодня никакого продвижения за счет правителя уже не будет.

Share

Алексей Тарасов, адвокат

 

 Юридические услуги

 

 

 

 

 

 

Деловое право

 

  • ·         Открытие компании
  • ·         Налоговая отчетность         
  • ·         Разработка внутренних документов
  • ·         Работа c руководством и сотрудниками компании
  • ·         Выпуск ценных бумаг корпорации
  • ·         Передача ценных бумаг корпорации
  • ·         Распределение дивидендов
  • ·         Коммерческая недвижимость
  • ·         Интеллектуальная собственность
  • ·         Сделки в области международной торговли
  • ·         Участие в переговорах
  • ·         Международные нефтяные сделки

 

Иммиграционное право *

 

  • ·         Высококвалифицированные работники – H1B
  • ·         Виза международного менеджера высшего звена компании – L1
  • ·         Визы для женихов и невест
  • ·         Инвесторские визы
  • ·         Подача заявлений на грин-карт
  • ·         Воссоединение семей
  • ·         Иммигранты с выдающимися способностями или высоким уровнем образования 
  • ·         Депортационные процессы – защита в иммиграционных судах 
  • ·         Апелляции в Board of Immigration Appeals и федеральных судах
  • ·         Отмена требования двухгодичного возвращения на родину для обладателей виз J-1
  • ·         Отказ в получении грин-карт на основании уголовных преступлений

 

Гражданские иски

 

  • ·         Письма с выдвижение требований demand letters
  • ·         Иски с требованием компенсации за нарушение договоров
  • ·         Арбитражные процессы
  • ·         Медиации

 

Уголовное право

 

  • ·         Арест и выкуп под залог
  • ·         Апелляции в штатных судах
  • ·         Отмена решений суда (post-conviction relief) 
  • ·         Habeas corpus в федеральных судах

 

* Возможна работа со всеми штатами

 

 

 

Тел.: 1-877-321-2637

Факс.: 405-701-0471

http://therussianamerica.com/web_NEWS/articles/6235/1/

Share

МЫСЛИ СО СВЯТОЙ ЗЕМЛИ

Последние конвульсии  СТАЛИНА

(Воспоминания и размышления о послевоенном сталинском терроре)

Этот вопрос я рассматриваю как физик. Каждая вещь имеет свою тень. Антисемитизм - это тень еврейского народа 
А. Эйнштейн в беседе с Михоэлсом, 1942.
 
Гитлер хотел нас уничтожить физически, а Сталин хочет духовно
П. Маркиш, январь 1948, со слов Моисея Беленького

 

В молодости не мог вообразить, что когда-нибудь смогу прилюдно называть Сталина тираном и бандитом. Не мог вообразить также, что в старости придётся доказывать, что Сталин действительно им был.

Увы, оказалось, что приходится. Вот что пишет член Государственной Думы, один из руководителей следственного управления Генеральной прокуратуры СССР В. Илюхин 11.12.10: «Я не собираюсь защищать И. Сталина. Он не нуждается в этом. История сама все расставит и уже расставляет по своим местам. На фоне разваливающейся российской государственности, расцвета коррупции, всесильной оргпреступности и казнокрадства его значимость и весомость в отечественной истории будут укрепляться и усиливаться (Курсив всюду мой – МА). Это неоспоримая закономерность, которую невозможно перечеркнуть антисталинскими административными мерами, указами, постановлениями, отвратительным голосованием послушного Кремлю большинства думских депутатов или грязными теле- радиопередачами».

Однако, что ни пиши Илюхин, урон, причинённый Сталиным своим стране и народу общеизвестен. Широка и многообразна его карательная активность. Но остановлюсь на трёх послевоенных делах, двух закрытых процессах и одном готовившимся открытым, которые имеют много общего, жертвами которых оказываются отнюдь не грозящие режиму, а вполне ему, и лично диктатору, лояльные люди. Я имею в виду так называемое «Ленинградское дело», начатое летом 1949 и закончившееся судебным процессом 29-30 сентября 1950, дело Еврейского антифашистского комитета (ЕАК), начатое в конце 1948 и закончившееся судом, шедшим с 8 июня по 18 июля 1952г. Оба суда проходили без участия не только защиты, но и обвинения – всё решала Военная коллегия Верховного суда СССР. Кратко упомяну «Дело врачей», следствие по которому началось арестами в ноябре 1952 и шло полным ходом до смерти Сталина 5 марта 1953г.

Дела эти[1] правильно рассматривать во взаимной связи, поскольку они проходили примерно в одно время и направлялись одной и той же властной рукой. Уместно полагать, что, поскольку во всех случаях отсутствие состава преступления было доказано позднее в отношении всех обвиняемых, задуманы дела эти были в рамках решения единого круга проблем, важных для верховного руководства СССР, в первую очередь лично Сталина. Отмечу, что по «Ленинградскому делу» проходили только русские, по делу ЕАК – лишь евреи, а дело врачей было в основном еврейским. По своему же общественному звучанию оно было чисто еврейским. Вопрос о целях проведения этих процессов из-за этой разницы особенно интересен.

13 января 2011 я участвовал в работе конференции, организованной проф. Ф. М. Ляссом в Иерусалиме и посвящённой теме «Поздний сталинизм и евреи». Данная заметка представляет изложение моего выступления на этой конференции.

13 января – не случайно выбранный день для подобной конференции. Именно в этот день в 1948 г. был убит в Минске народный артист СССР С. Михоэлс, а в 1952 было опубликовано в газете «Правда» сообщение об аресте «врачей – вредителей», обвинявшихся в намеренном умерщвлении ряда видных государственных деятелей СССР. Оба события я помню совершенно отчётливо. Уже к первому из них разгул улично – газетного антисемитизма, явно поощряемого сверху, достиг высокого уровня. Сообщение о том, что Михоэлса сбил грузовик, и что это несчастный случай, мало кого убеждало. Мой отец, как и ряд наших близких и друзей, сразу увидел здесь политическое убийство, и восприняли его как грозный сигнал, предвещающий переход антисемитизма на качественно более высокий уровень. Разумеется, это не было фантастическим прозрением отдельных людей, но осознанием реальной обстановки. Ожидания определённо оправдывались, приведя, через суд над членами ЕАК к «Делу врачей».

В обсуждаемых делах есть не только сходство – необоснованность и жестокость приговоров, но и впечатляющая разница – в поведении обвиняемых на судах.

Иногда утверждается, что «ленинградское дело» было своего рода «осуждением победителей», т. е. людей, сыгравших большую роль в победе СССР в войне с нацистской Германией. Они будто бы знали порочащую диктатора правду о том, что происходило во время войны на уровне руководства страны. Поскольку усилия осуждённых по «ленинградскому делу» сыграли заметную роль в обеспечении победы в Великой отечественной войне, их можно было подозревать в попытке сорвать лавровый венок с головы убийцы-триумфатора, проявившего и слабости, и делавшего грубые ошибки в ходе войны.

На первый взгляд, страхами за свой авторитет, опасениями за сохранение своей власти объясняются и менее громкие дела – против известных генералов – героев войны. Они, будто бы, действительно дозревали до идеи государственного переворота.

Трудно, однако, вспомнить какие-либо заметные признаки шаткости режима, брожения среди жителей страны или военных, включая и людей довольно высокого уровня. Да и дела ЕАК и врачей-«вредителей» определённо не имели отношения к «защите трона» от посягательств со-победителей в войне. Некоторые доходят до утверждения о том, что сама страна была уже готова к антисталинскому перевороту. Однако не видел никаких признаков шаткости «трона» ни тогда, ни, ретроспективно, по отношении к тому времени, и сейчас.

Мне представляется, что послевоенные процессы были связаны с желанием Сталина сменить окружение, уже засидевшееся из-за Великой Отечественной войны, притормозившей этот процесс. Уничтожение части партийного руководства вполне соответствовала желанию смены руководящих кадров, ставшей желанной и привычной для Сталина в ходе предвоенных чисток. Пусть на какое-то время «старики» и остались целы – их участь была предрешена. Как следует из их собственных воспоминаний, иллюзий они не питали.

Другой проблемой я бы назвал «стыд победы». Окончание войны, после периода всеобщего ликования, стало периодом счёта потерь, который был огромен не только в масштабах государства, но и почти каждой семьи. Здесь требовалось найти и покарать врагов. Привычно подходили для этой роли евреи, которые, довольно быстро были сделаны «героями ташкентского фронта», на базаре покупавшими свои ордена и медали[2].

Перед страной, уже давно поражённой имперской манией, стала задача выработки послевоенной стратегии. Прямая война в Европе, из-за абсолютного ядерного превосходства США, была невозможна. Но оставались незанятые ниши – азиатская, в первую очередь, китайская. Сюда, на помощь Мао Цзэдуну, были брошены значительные силы. Совсем свободной была ниша Африки, где бывшие ослабленные войной хозяева Англия, Франция и Италия стремительно теряли позиции. Вновь образуемый, с большой помощью СССР, Израиль должен был служить если не окном, то хотя бы форточкой в Африку[3].

Думаю, именно имперские амбиции России толкали её к идее образования Израиля. Это была поддержка не только евреев Палестины, но и того небольшого числа евреев, которые остались в живых после Холокоста. Однако Израиль, вероятно, с самого начала не рассматривался как место проживания основной массы советских евреев, отношение к которым определялись иными мотивами. Эти люди были вполне полезны СССР, активно участвовали в его строительстве. С началом войны они стали силой, которую можно было использовать для улучшения отношений с Западом и США, весьма прохладных, если не несколько враждебных, даже к началу войны.

Множесто евреев были членами компартий Запада, входили во влиятельную интеллектуальную, а в ряде мест, и политическую, элиту этих стран. Заманчиво было, ввиду явной анти-еврейской направленности политики нацистов Германии, использовать возможности диалога «еврея с евреем», западного и живущего в СССР. Для СССР это был существенный сдвиг в политике – от чисто классового подхода к национальному. Он показывал Западу, что лозунги единения рабочих всех стран с целью ликвидации капиталистов могут быть отодвинуты на задний план. Связь через евреев могла также показать, сколь далеко прошёл СССР в решении внутренних национальных проблем.

Еврейская элита СССР также явно была заинтересована в диалоге со своими зарубежными соплеменниками, близость к которым она ощущала, и объединить силы с которыми, в борьбе против опаснейшего врага, явно хотела. Сначала это проявилось в организации крупного антифашистского митинга в Москве[4] 24.08.1941, где громко прозвучало обращение к «братьям-евреям» из других стран объединить усилия в борьбе против общего врага. Вскоре, 07.04.1942, под руководством и присмотром НКВД и наркомата иностранных дел, был создан Еврейский Антифашистский комитет, председателем которого стал С. Михоэлс. В комитете преобладали писатели и артисты, работавшие в основном на языке идиш, что должно было облегчить диалог «свой – свой». Были в ЕАК и научные работники, и военные.

Виднейшие члены комитета – Михоэлс и поэт И. Фефер отправились в турне по Америке, продили многолюдные митинги, собирали деньги для Красной армии. Было получено примерно 50 млн. долларов, но эта, сама по себе впечатляющая сумма, многократно перевешивалась достигнутым в ходе турне ростом симпатий к СССР, «где так вольно дышит человек», в особенности, угнетавшийся в бывшей России и находившийся в смертельной опасности под пятой нацистов, еврей. Эти симпатии не стоит недооценивать – они сыграли не последнюю роль в том, с какой лёгкостью евреи позднее просто шпионили в США и Великобритании в пользу СССР, передавая ядерные секреты и неядерные технологии.

Но  государственный антисемитизм был нужен и удобен, по мнению «императора», для процветания империи. К тому времени, полностью пропала нужда в ЕАК. Более того, он стал не только не нужен, но и вреден. Его вред проявлялся в желании сместить основную задачу деятельности с борьбы против нацизма на изучение Холокоста, в том числе и на оккупированных немцами территориях СССР, и на противостояние нарастающему антисемитизму в СССР, ставшему к тому времени важным элементом внутренней политики руководства страны. Уже во время войны некоторые руководители ЕАК заговорили о создании национальных еврейских воинских частей, о создании в Крыму своего рода Еврейской ССР. Таким образом, уничтожение ЕАК становилось государственной задачей наказания внутреннего врага. Ведь, как писал тогда поэт С. Михалков, «те, кто мешал нам воевать, хотят и дальше нам мешать». На «тех» надо было указать и их ликвидировать.

Я упоминал выше о сходстве рассматриваемых процессов по форме. Близки они были и по методу подготовки: в ходе следствия несчастных нещадно били и унижали. Признания достигались именно таким образом. Тот факт, что процессы не были задуманы открытыми, подобно расправам 1936-38, объясняется, возможно, тем, что фигуранты дел не представлялись столь важными, чтобы долго и прилюдно тянуть волынку суда. Возможно, и открытое громкоголосое выражение одобрения народом решений по ленинградскому, и подобным делам полагалось ненужным. Слишком очевидно было, «кто в доме хозяин», чтобы принудительным воплем толпы «убей» невольно ставить его положение под сомнение. А в деле ЕАК хватило бы и утечки слухов – процесс плебсу был определённо по душе. Поэтому, процедуру можно было упростить: признались, и следует без промедления «взбесившихся собак расстрелять всех, до одного», как говаривал главный обвинитель процессов 1936-38.

Однако какой – то суд был нужен. И вот ход его в этих двух случаях оказался совершенно различным, хотя и там и там орудовала сходная по мастерству и хватке Военная коллегия, и там и там обвиняемые не имели особых иллюзий по поводу того, что их ждёт в финале, поскольку ещё 13.01.1950 в СССР была восстановлена смертная казнь. Основное же различие состояло в том, что если в «Ленинградском деле», как и в процессах 36-38 гг, обвиняемые практически поголовно подтвердили данные на следствие признания, несмотря на чудовищность обвинений, дело ЕАК неожиданно двинулось по иному пути. Там, в отличие от других процессов, обвиняемые в суде отказались от своих показаний, данных во время следствия. Это едва ли предвидели следователи, имевшие перед собой интеллигентов, в основном совсем не молодых, ни в малейшей мере физически не готовых к побоям и истязаниям. Оказалось, готовых морально, что, как выяснилось, куда более важно. Следствие по делу ЕАК шло почти четыре года, а ленинградское дело уложилось в год. Гораздо дольше тянулся и суд над членами ЕАК.

Думаю, что военно-партийные деятели потеряли волю к сопротивлению – послушные выдвиженцы, привыкшие к правоте вождя, партии, которую он воплощал, они эту правоту невольно распространяли на его возможность распоряжаться и их судьбой – сначала возвышать, затем и казнить. Это явление иногда называют «комплексом Кестлера», по имени автора знаменитой повести «Слепящая тьма». В деле ЕАК и врачей был другой контингент подсудимых, не выдвиженцев, или точнее, не совсем выдвиженцев режима. Многим из них было существенно, как они умрут. Они не только не видели у тирана имманентного права миловать и казнить, но сознавали ответственность за судьбу своего народа, отчётливо понимая, чем их слабость и податливость отзовётся на ней в обстановке набравших силу антиеврейских настроений в политической линии Сталина.

Приведу несколько выдержек[6] из протоколов судебных заседаний по делу ЕАК. Актер Зускин сказал: «Такая жизнь, какая была и у меня в тюрьме, она мне не нужна. … я заявил следователю, что пишите всё что угодно, я подпишу любой приговор, но я хочу дожить до суда, где бы я мог рассказать всю правду”. Заместитель министра иностранных дел, член ЦК ВКП(б) Лозовский сказал суду: «Я им заявил, что лучше смерть, чем такие пытки… Тогда я решил, что лучше я на себя наговорю, подпишу всё, что они записали в протоколе, а потом на суде скажу, как… ведётся следствие”.

Врач Шимелиович, заявил: «Я спорил 3 года 4 месяца, и поскольку будет возможность, я буду спорить дальше и со следователем и, если нужно, и с прокурором». Столкнувшись с упорным отказом Шимелиовича давать признательные показания, Абакумов[7] вновь повторил указание: “Бить смертным боем” Шимелиович показал: “Я получал в течение месяца (январь-февраль 1949 года) примерно, с некоторыми колебаниями в ту или другую сторону, в сутки 80-100 ударов, и всего, по-моему, я получил около 2 тысяч ударов. Такое состояние моё является результатом методического избиения в течение месяца ежедневно днём и ночью. Глумление и издевательства я упускаю. Настоящее моё заявление от 15 мая 1949 года прошу приложить к делу”. Рассказав об этом на суде, Шимелиович прибавил: «следователь Шишков говорил мне: «Если вы будете не в состоянии ходить на допросы, мы будем приносить вас на носилках и будем бить и бить».

Профсоюзный деятель и историк Юзефович показал на закрытом заседании суда (т. е. в отсутствие других обвиняемых): «меня перевели в Лефортовскую тюрьму, где стали избивать резиновой палкой и топтать ногами, когда я падал. В связи с этим я решил подписать любые показания, лишь бы дождаться дня суда». Академик Л. Штерн рассказала: «… были дни, когда меня по два раза допрашивали. После того, как пробудешь целую ночь на допросе и утром приходишь в камеру, а тебе не дают не только спать, но и сидеть».

Примечательно, что именно антисемитские высказывания упомянуты подсудимыми как моральная пытка. Лозовский рассказывал: «Во время восьми ночных допросов Комаров[8] многократно повторял, что “евреи – это подлая нация, что евреи – жулики, негодяи и сволочи, что вся оппозиция состояла из евреев, что все евреи шипят на Советскую власть, что евреи хотят истребить всех русских”».

Выступая на закрытом суде, без надежд на публикацию сказанного, обвиняемые говорили о своей ответственности перед семьёй и другими людьми за фиктивные признания. Лозовский заявлял: “Имею ли я, не член ЦК, а просто рядовой советский человек право знать, за что меня должны казнить?.. Как вообще можно скрывать такие вещи? Ведь это означает падение нескольких голов. Это не только моя голова, это головы моей семьи и ещё целый ряд голов».

Юзефович сказал: «…если бы я пошёл на преступление, я должен был бы стать на путь самоубийства и стать убийцей моей маленькой девочки». Доказывая абсурдность положения обвинительного заключения о прямом сговоре деятелей ЕАК с представителями США, Лозовский говорил: «Смею уверить вас, что мне известно больше, чем всем следователям вместе взятым, о чём была речь в Тегеране, и должен сказать, что там о Крыме ничего не говорилось… Зачем же было обострять эту формулировку, которая пахнет кровью (курсив мой – МА)?»

Лозовский утверждал: “Обвинительное заключение в отношении меня порочно в своей основе. Оно не выдерживает критики ни с политической, ни с юридической точки зрения. Больше того, оно находится в противоречии с правдой, логикой и смыслом”.
Крайне мужественно вёл себя на всём протяжении суда Шимелиович, который в последнем слове заявил: «Этим людям из МГБ не удалось меня сломить. Я хочу ещё раз подчеркнуть, что в процессе суда от обвинительного заключения ничего не осталось». Шимелиович обратился к суду с ходатайством: «Я прошу суд войти в соответствующие инстанции с просьбой запретить в тюрьме телесные наказания. …На основании мною сказанного на суде я просил бы привлечь к строгой ответственности некоторых сотрудников МГБ… в том числе и Абакумова».

Поэт Квитко утверждал: «Фактов, на основании которых мне приписываются преступления, – не существует, и обвинение основано на лживых показаниях некоторых корыстных, бесчестных людей». Академик Штерн сказала: «То, что мне вменяется в вину как космополитизм, с моей точки зрения является интернационализмом. … Я ожидала этого суда с большим нетерпением и боялась, что не доживу, а мне не хотелось умирать с теми обвинениями, которые на мне лежат».

Так развивавшийся, хоть и закончившийся расстрелом абсолютного большинства обвиняемых, суд над членами ЕАК своей цели не достиг. Ему «на помощь» пришло не завершённое благодаря смерти Сталина «Дело врачей». Мало сомнений в том, что его окончанием стала бы казнь основных обвиняемых. Как следовало из циркулировавших слухов, а они были тогда основным источником информации, «врачей-убийц» должны были повесить на Лобном месте Красной площади в Москве. Казнить предполагалась, естественно, прилюдно. Последнее время, однако, не найдя приказов Сталина, или иных прямых документов, возникло утверждение о том, что такая жестокая казнь плод воображения, да и депортация вообще не предполагалась[9].. Сейчас некоторые люди пишут, будто Сталин сам начал сворачивать следствие по «Делу врачей», намереваясь «спустить его на тормозах». Готов подтвердить под присягой, что никакими фактами «на местности» последнее утверждение не подтверждается. Что касается депортации, то её подготовке имеется столько устных свидетельств, столько косвенных доказательств, к примеру, нагнетание антиеврейских страстей вплоть до дня смерти инициатора этого дела, что никаких дополнительных архивных данных и не требуется. Ведь шедший всё время вверх накал страстей не мог внезапно и без толку для властей смениться примирением и всеобщей благодатью!

Наивно полагать, будто диктаторы услужливо оставят последующим историкам и архивистам опасные бумаги, вроде конкретных предписаний ответственным лицам «расстрелять» такого-то и таких-то или повесить их. В этом нет никакой нужды. Сатрапы всегда понимали своих вождей с полуслова, или сами становились их жертвами. Странно думать, будто депортация требовала грандиозной логистики, включая полное обеспечение поездами, кормёжкой в пути, точного понимания, что делать в отношении смешанных браков и людей, являющихся евреями наполовину, на четверть, т. е. чего-то типа свода Нюренбергских законов. Чепуха это. Такие «мелочи» решала бы импровизация масс. Именно их действия вполне компенсировали бы нехватку вагонов и некоторые неурядицы в обеспечении комфортабельных условий по пути следования.

В той чудовищной симфонии, написанной и исполняемой «Вождём народа», достаточно места оставалось инициативе исполнителей. Много там было интуитивного, идущего из его подсознания, диктующего свои действия во имя укрепления «Империи Вождя» и его власти как основного элемента её существования. Старея, он даже не считал нужным назначить наследника, лишь использовал разговор о своём возрасте как приманку для раскрытия тех, кто рискует даже подумать о времени «после».

Что касается поиска архивных документов, напомню, что практически без бумаг и тщательной долговременной подготовки обошлась депортация чеченцев. Да и эвакуация советских людей под натиском наступавших немецких войск отнюдь не всегда проходила по заранее подготовленному плану. И там было много импровизации. Так это же были свои граждане, заботиться о которых необходимо. А если дело идёт о внутренних врагах, чьё изгнание ещё к тому же напрямую было выгодно их соседям – тут-то чего церемониться!?

Иногда говорят, что Сталин, признанный всем миром противник и сокрушитель Гитлера и нацизма, не мог поставить под угрозу свой образ, доведя «Дело врачей» до его логического конца – казней на площади и депортаций. Аргумент этот кажется мне сильно преувеличивающим в глазах Сталина роль Запада и его единства в возможном осуждении СССР. Сталин и его приближённые не держали деньги в западных банках, не имели там личной собственности – движимой и недвижимой, не отдыхали летом и зимой в Альпах и на Средиземноморских или атлантических берегах. Их дети не учились во всяких там Оксфордах и Кембриджах.

Верно, что СССР не мог военной силой захватить западные страны, даже если бы захотел. Но верно и обратное – Запад не имел ни необходимой военной силы, ни желания применить её против СССР в наказание за какой угодно выверт его внутренней политики. Не верю, что просто страх западного общественного осуждения понудил Сталина пойти, например, на тайное убийство Михоэлса с последующими торжественными государственными похоронами вместо обычного расстрела по приговору суда. Тут дело было в чём-то другом, о чём не догадываюсь.

Не думаю, что желание повесить «врачей отравителей» и провести депортацию, могло бы быть остановлено зарубежным общественным мнением, да и заявлениями руководителей вчерашних союзников – США, Англии и, тем более, Франции. Не тот был расклад сил в послевоенной Европе и мире. Пошумели бы газеты и левые интеллектуалы, написали бы письма протеста, частью вышли бы из своих компартий, а кое-кто бы в них и охотно вошёл. Нашлись бы, как всегда, и оправдывающие Сталина громкоголосые негодяи, и «полезные идиоты». Да и прикрыты были бы все действия властей СССР «волей народа», а что может быть выше её!?

***

Расстрелянный в 1952 по делу ЕАК поэт Перец Маркиш на вечере памяти великого артиста 15.01.1948, после его похорон, прочёл написанную  в тот же день поэму «Михоэлсу – Неугасимый светильник». Там есть такие слова:

О вечность! Я на твой порог иду

зарубленный, убитый, бездыханный…

Следы злодейства я, как мой народ, сберег,

Чтоб ты узнала нас, вглядевшись в эти раны,

Сочти их до одной.

Я спас от палачей

Детей и матерей ценой своих увечий

За тех, кто избежал и газа, и печей,

Я жизнью заплатил и мукой человечьей…

Видно, что у поэта нет и тени сомнений в свершившемся преднамеренном убийстве. Высказывание же Маркиша, приведенное в эпиграфе, прямо указывает на всемогущего заказчика этого преступления. Чтобы написать подобное, воистину надо было встать с колен. Что и продемонстрировали на суде члены ЕАК, погибшие, но не предавшие себя свою честь, и свой народ.

Share

Истории, открывающие мир

 

 
 
 
 
 
                                                        ТЕМА ЕВРЕЙСКОГО БЕРЛИНА
                                                                                                                       
Марина Павлова

 

                                                

Если моя Теория относительности подтвердится, то немцы скажут, что я немец,
но если мою Теорию относительности опровергнут, то немцы объявят меня евреем.
Альберт Эйнштейн

(в 2003 году общественным мнением Германии Альберт Эйнштейн
был признан одним из десяти самых великих немцев всех времён)

 

Тема еврейского Берлина неисчерпаема. Даже на самое поверхностное знакомство со всеми памятными еврейскими местами в немецкой столице надо не день и не два. Когда идёшь по центру Берлина, складывается впечатление, что кусочек еврейской истории есть буквально на каждой улице: где-то стоит/стояла синагога, где-то была/есть еврейская школа, по городу разбросаны памятные таблички об известных еврейских жителях города, то здесь, то там встречаются памятники погибшим в концлагерях, названия улиц, еврейские кладбища, фонды, библиотеки, музеи, больницы, кошерные магазины и кафе… Как столица страны, осудившей своё прошлое, Берлин сейчас просто кричит о том, что Германия очень хочет протянуть руку дружбы и помощи всем евреям, что здесь они могут обрести свой новый дом.

Начать, наверное, стоило бы с самого известного еврейского мемориала в Берлине – с Мемориала памяти погибших евреев Европы, который стоит в нескольких шагах от Рейхстага и Бранденбургских ворот. Но мне почему-то хочется им закончить. А начну я, пожалуй, с другого района, того, что находится в двух шагах от моего корпуса университета, и с которого, собственно, и начиналось моё знакомство с еврейскими местами в Берлине. Это район Oranienburger Straße, тот самый, где концентрация еврейских памятных мест, пожалуй, самая высокая во всём городе. Самое известное и самое яркое место в этом районе – это Новая Синагога, считающаяся самой красивой синагогой во всей Европе.

Именно в районе Oranienburger Straße в своё время в городе было больше всего еврейских поселений. Недалеко от этих мест, чуть ближе к Александерплатц, в начале 18-го века была построена первая синагога во всём Берлине (об этом в следующий раз). На середину 19-го века пришёлся период расцвета и самоутверждения богатой еврейской общины Берлина. Именно в это время на Oranienburger Straße и решено было построить самую большую и самую богатую синагогу во всей Германии. На открытии синагоги присутствовал сам Отто фон Бисмарк. Синагога практически сразу стала главным центром еврейской общины Берлина.

Во времена Гитлера синагога, как несложно догадаться, была захвачена нацистами. Её использовали как архив полной картотеки евреев Германии. Во время войны в синагогу попала бомба. Восстановительные работы начались только в конце 80-х годов, их приурочили к 50-летию со времён “Хрустальной ночи”. В своём новом варианте синагога существует только последние 15 лет. Впрочем, это, скорее, музей, чем синагога.

Отличительная черта всех важных еврейских мест в Берлине – наличие около них специальной охраны:

Сейчас внутри здания Новой синагоги, окромя самой синагоги, размещён ещё и центр иудаики, рассказывающий о жизни евреев в довоенной Германии и об истории самой синагоги.

На фото ниже – собственно, сама Ораниенбургер Штрасе. Вдалеке виднеется Александерплатц, слева – Новая синагога, где-то в районе высотки, что видна вдалеке, ранее находилась самая первая синагога Берлина. Если пройти до самого конца улицы и взять чуть правее, то там будет корпус моего факультета, а дальше, совсем направо, начнётся Унтер-ден-Линден.

Раз уж показала Новую Синагогу, то покажу сразу и самую большую синагогу во всей Германии – синагогу на Rykestraße. Находится она совсем в другой части города и, на мой взгляд, эта синагога даже интереснее, чем Новая синагога. Строили эту синагогу в начале 20-го века как дополнение к Новой Синагоге. В отличие от последней, эта синагога практически не пострадала во время нацистских погромов и во Второй мировой войне. Если музейная часть Новой синагоги открыта всегда и для всех, то попасть в синагогу на Rykestraße несколько сложнее, ибо она действующая. Вход внутрь разрешён только несколько часов в день, и только по четвергам и воскресеньям. Меж тем, повторюсь, изнутри эта синагога впечатлила меня гораздо больше, чем Новая синагога. Ещё раз обращу ваше внимание на наличие специальной охраны около синагоги.

Я в Берлине знаю по меньшей мере пять синагог, разбросанных в самых разных точках города. И это только действующие синагоги. Впрочем, берлинская еврейская община – самая большая во всей Германии, поэтому неудивительно. Пожалуй, не очень удивляет и тот факт, что внутри синагоги русскую речь слышишь куда чаще, чем какую-либо другую: выходцы из бывшего Советского Союза составляют в общине большинство.

Вернёмся снова в район Oranienburger Straße:

Недалеко от Новой синагоги расположено несколько кошерных магазинов и кошерных кафе:

В районе Oranienburger Straße, как я уже сказала, исторически селилось очень много евреев. Не знаю, случайно это или просто совпадение, но ближайший к Берлину концлагерь – Заксенхаузен – построили как раз около города Ораниенбург. Когда идёшь по улицам этого района Берлина, буквально около каждого дома под своими ногами видишь мемориальные таблички, так называемые “камни преткновения”:

Тут жил такой-то, здесь работал такой-то, а дальше – Аушвитц, Заксенхаузен и др. концлагеря, заботливо построенные нацистами. Такими табличками испещрены буквально все улицы вокруг Oranienburger Straße. И, сдаётся мне, вбитые в мостовую таблички увековечили лишь самую малую долю берлинских евреев. Таблички эти можно увидеть не только в этом районе, они встречаются по всему Берлину. Буквально на прошлой неделе видела ещё пару таких табличек уже в районе Schönhauser Allee. За пределами Берлина мне удалось их увидеть только один раз: во время своей второй поездки в Зальцбург абсолютно случайно вдруг наткнулась на три рядом вмонтированные в мостовую таблички. Наверное, и не обратила бы внимание, если бы уже не видела десятки и десятки таких же в Берлине.

В районе Oranienburger Straße концентрация этих табличек настолько высока, что в какой-то момент возникает ощущение, что идёшь по кладбищу.

Здесь вот жила целая семья: родители и трое детей. Все пятеро погибли в Аушвитце/Освенциме. Старшему из детей на момент смерти было одиннадцать, младшему – год.

Их тут просто много-много-много, очень много. Камни преткновения, камни, о которые “спотыкается” память. Когда я фотографировала серию табличек, что на фотографии ниже, рядом стояли двое разговаривавших между собой немца. Они учтиво подвинулись, чтобы дать мне сфотографировать, и один спросил другого: “Кто отвечает за установку этих табличек? Их тут действительно много!” Другой ответил, что отвечают за это городские власти. Он живёт в этом районе, и в последнее время таких табличек стало действительно намного больше. Берлинская идея приняла массовый характер, и теперь в некоторых других городах Германии стали появляться такие же таблички. Только там они пока носят единичный характер по сравнению с Берлином, и поэтому он подозревает, что делали их по подобию берлинских, но на частные деньги.

На самом деле, эти таблички изначально были частной инициативой. Их автор – художник и скульптор Гюнтер Демниг из Кёльна. Первую такую табличку он установил нелегально на свои деньги в Берлине. Сейчас таких табличек уже более 17 тысяч в 250-ти городах Германии, Австрии, Голландии и других странах Европы. Чаще всего установку оплачивают друзья и родственники погибших, иногда, как в случае с Берлином, платит город.

Среди многочисленных еврейских социальных заведений этого района (центр иудаки, еврейская школа, центр Анны Франк, галереи еврейских художников и пр.) есть одна довольно интересная инсталляция под названием “пропавший дом” (missing house). По улице, где один за другим тянется серия домов, вдруг появляется зияющая пустота. Здесь некогда стоял дом, в котором, в том числе, жили и евреи.

Соседний дом:

На стенах двух соседних домов на всех этажах размещены таблички с именами последних жильцов “пропавшего дома”, их профессий, годов проживания в доме. Последний год – год их смерти.

Вот здесь видна табличка с фамилией Budzislawski:

А внизу под ногами снова видны памятные таблички, в том числе и Budzislawski:

В этом же районе, на площади Koppenplatz, находится памятник об изгнании евреев из Берлина. Эта инсталляция называется “покинутая комната”: стол и два стула, один из которых опрокинут, как если бы хозяева комнаты убегали из дома в спешке. Это памятник всем 55 тысячам евреев Берлина, вынужденным покинуть некогда родной им город после событий 1933 года: кто-то из них успел бежать из Германии, но бОльшая часть встретила свою смерть в концлагерях или по пути в них.

По всему периметру инсталляции идут слова о погибших евреях, некогда избравших Берлин своим домом. В моём вольном переводе с немецкого: “О, гостеприимная квартира смерти, твой хозяин, оказывается, здесь был всего лишь гостем! О, руки, выложившие порог этого дома, знали ли вы, что порог этот станет ножом между жизнью и смертью? О, дымовые трубы печей, вы своим дымом развеяли прах детей Израиля по воздуху!” Это слова немецкой писательницы Нелли Закс из её сборника произведений о Берлине “В жилищах смерти”. Обладательница Нобелевской премии по литературе сама родилась в еврейской семье в Берлине, но была одной из тех редких, кому, после прихода Гитлера к власти, удалось оттуда сбежать. Она эмигрировала в Швецию.

Двигаясь дальше, можно попасть в район Bayerisches Viertel, знаменитый тем, что на фонарных столбах улиц этого района размещены таблички с текстами фашистских законов, подробно описывающие кто подлежит уничтожению и критерии селекции. Читая тексты этого тщательно продуманного человекоубийства, невольно теряешься: как вообще до такого можно было додуматься?

Но перенесёмся всё же на Friedrichstraße. Совсем недавно около станции S-Bahn/U-Bahn Friedrichstraße поставили памятник разным детским судьбам: “поезда жизни – поезда смерти”. Что-то вроде вокзала смерти. Настоящий “вокзал смерти”, тот самый, с которого из Берлина уходили поезда в концлагеря, находится к северо-западу отсюда, недалеко от нынешнего ведомства по делам иностранцев. Это так называемый Putlitzbrücke. Но сейчас не о нём.

Композицию разделённым детским судьбам поставили на вокзале Фридрихштрассе в конце прошлого года, буквально у меня на глазах. Когда я только приехала в Берлин, её ещё там не было. Впрочем, я уже писала, что мемориальных табличек в городе становится всё больше и больше, то тут, то там с согласия и/или участия городских властей появляются всё новые памятные еврейские места.

Эта композиция – копия той, что стоит в Лондоне около вокзала Liverpool Street. Поставили её в память о разных детских судьбах. С одной стороны композиции изображены счастливые дети, одни из тех 10 тысяч еврейских детей, которым удалось покинуть нацистскую Германию на поездах, уезжающих в сторону Великобритании, когда это ещё было можно, …

… с другой – дети, так никогда и не ставшие взрослыми: те дети, которые остались тогда в Берлине: потом они могли уехать из города уже только в концлагеря.

На девочке отчётливо видна пришитая на куртке звезда Давида с надписью “Jude”. Кто регулярно приносит сюда свежие цветы, не знаю. Смысл имеет даже цвет фигур: фигуры погибших в концлагерях детей, по задумке автора, должны были быть выполнены в той же цветовой гамме, что и Мемориал памяти погибших евреев в Европе, стоящий в центре Берлина.

Этот памятник поставлен на частные деньги спонсоров из Израиля, России и США:

Впрочем, в Берлине, разумеется, есть не только памятные еврейские места, но есть и нынешняя жизнь еврейской общины. Это синагоги, школы, библиотеки, фонды и т.п. В районе Hausvogteiplatz, например, находятся например центральные офисы еврейских газет и издательств:

Вообще, этот район Берлина, район вокруг Hausvogteiplatz, всегда считался площадью европейской моды. С модой, заданной дизайнерами этого района, зачастую не могли соперничать даже модельеры Парижа. Все дома на этой площади принадлежали еврейским банкирам и дизайнерам. С приходом Гитлера к власти все дома, швейные ателье и другие помещения были конфискованы у евреев и переданы во владение “истинным арийцам”. С тех пор Hausvogteiplatz перестал быть законодателем европейской моды, и всё, что осталось нынче – это лишь память о тех временах.

Сейчас в память о Hausvogteiplatz как об еврейской площади европейской моды здесь установлена мемориальная зеркальная пирамида, каждая грань которой обращает взор смотрящего на неё в сторону домов, ранее принадлежавших еврейским семьям:

Имена еврейских модельеров и банкиров этого района запечатлены на ступеньках лестницы, ведущей из метро:

Ещё немного перенесёмся в пространстве. На этот раз в район Potsdamer Platz. Здесь, прямо напротив наших знаменитых ультрасовременных высоток и района Sony-Center с Леголэндом, находятся не только остатки берлинской стены, но ещё и так называемый Mossepalais, установленный на месте, где некогда жил еврейский издатель Рудольф Моссе. Его типография была одной из самых крупных и самых известных во всём Берлине. В частности, на ней печаталась популярная в те времена газета “Berliner Tagesblatt” (“берлинский ежедневник”). Несколькими фотографиями выше вы видели издательство “Mosse”, названное в его честь и продолжающее его дело. Сейчас в здании Mossepalais, кроме прочего, находится представительство американско-еврейского комитета, самое крупное на территории всей Европы.

Ещё один скачок в пространстве. На этот раз в район Kurfürstendamm и Zoologischer Garten. Здесь, чуть в глубине от шумных магазинных улиц – Елисейских полей Берлина, на Fasanenestraße, находится Культурный центр еврейской общины. Некогда здесь стояла синагога в романо-византийском стиле. Как и многое другое, она была разрушена нацистами. Сейчас о существовании синагоги в этом месте напоминает только небольшой портал. Он украшает новое здание Культурного центра еврейской общины. Прямо перед входом стоит чёрный монумент, символизирующий разрушенную Тору. Внутри, кроме прочего, находится крупнейшая библиотека еврейских книг и текстов во всей Европе. При центре работает кошерный ресторан, кстати, неплохой.

Рядом со входом в центр на стеле изображена карта Европы с указанием размещённых нацистами концентрационных лагерей в разных странах. Стела со списком самых страшных концентрационных лагерей Европы стоит ещё в одном месте недалеко отсюда – на Wittenbergplatz, в двух шагах от самого шикарного торгового центра всего Берлина – KaDeWe, владельцем-основателем которого, кстати, тоже был берлинский еврей.

Наконец, последнее на сегодня памятное место. Наряду с Мемориалом памяти погибших евреев Европы и Новой синагогой, это, пожалуй, одно из самых известных и самых посещаемых еврейских памятных мест во всём Берлине. Еврейский музей – гениальное архитектурное творение Даниэля Либескинда, известного вам всем как реализатор идеи монумента памяти погибших 11-го сентября 2001 года – Ground Zero, что в Нью-Йорке. Собственно, именно благодаря своим берлинским постройкам, в первую очередь благодаря Еврейскому музею, Либескинд и прославился на весь мир. А Ground zero был уже потом.

Фотография ниже – единственная из всех в этом посте, которую мне пришлось украсть из интернета. Это вид сверху на Еврейский музей, спроектированный Либескиндом. Сам Либескинд объяснял такую форму расположением памятных еврейских мест в Берлине: если соединить их линиями на карте, то получится вот такая вот кривая. Архитектурная задумка Либескинда мне так и осталась не ясна до конца: кто-то видит в этой форме молнию, ударившую по европейским евреям во времена нацизма, кто-то – разорванную звезду Давида, другие – поверженный знак нацистов. Из всех описаний, которые я когда-либо слышала, больше всего мне понравились слова какого-то немецкого политика: “Еврейский музей – это шрам на сердце Берлина”.

Из тех двух зданий, что вы видели на фото выше, входом/выходом в музей является классическое жёлтое здание, стоящее справа. Одной из задумок главного здания музея было как раз то, что, когда обходишь его весь вокруг, не очень понятно, как туда вообще можно попасть. Попасть можно только через соседнее здание, перейдя из него по подземному переходу внутрь этой самой большой молнии.

Вход:

Кусочек “главного” здания самого музея. Если присмотреться внимательнее, то можно снова увидеть характерную для еврейских мест Берлина охрану. Не видела пока в Берлине ни одного крупного заведения еврейской тематики, где бы не стояла такая вот охрана.

Здание сверху представляет из себя большую трещину, все стены здания тоже испещрены трещинами:

Мостовая вокруг музея оформлена должным образом:

Рассказывать о тематике музея, пожалуй, не буду. Это действительно очень долго, да и сам музей очень символичен. Только под один этот музей вполне себе можно было выделить минимум пост. Может быть, когда-нибудь дойду до этого. Но просто, если честно, из всего перечисленного здесь столько всяких мест, о которых очень хотелось бы рассказать подробнее (одна только синагога на Rykestraße чего стоит!), что не очень понятно, почему своё внимание я должна акцентировать именно на Еврейском музее.

Остановлюсь, пожалуй, только на двух очень запомнившихся вещах. Первое – это так называемый “сад изгнания”. На фотографии ниже он виден в виде стел разной высоты, выполненных немного под углом, с деревьями наверху. На самом деле, вид снаружи на этот самый сад вам ни о чём не скажет. Туда надо в обязательном порядке попасть внутрь (вход через музей).

Идея “сада изгнания” в том, чтобы дать вам почувствовать себя евреями, которых лишили дома и надежды на будущее. Попадаешь туда из подвального помещения музея. Ощущение от нахождения там действительно немного странное. Основание сада сделано под небольшим углом и находится ниже уровня земли, а бетонные колонны наклонены. Поэтому, когда находишься в самом саду, чувствуешь лёгкое головокружение и полную дезориентацию при передвижении. Хочется, как можно скорее, оттуда сбежать. Внутри бетонных столбов, что вокруг, растут деревья, ветви которых закрывают над тобой небо. Создаётся феерическое ощущение паники и отсутствия выхода.

И ещё кое о чём в музее расскажу, пожалуй. Сразу после захода внутрь музея попадаешь на нижний этаж, представляющий из себя так называемые “три оси” – три жизненных пути евреев. Одна ось – это ось изгнания, ведущая как раз к саду изгнания, о котором я написала выше.

Другая ось – ось смерти, заканчивающаяся башней холокоста. Тебя впускают внутрь этой башни, закрывают за тобой дверь, и ты остаёшься один в полной темноте в очень неуютном холодном и полусыром помещении. Внутри почти полная звуковая изоляция, слышны лишь очень отдалённые звуки другой жизни где-то вдали, а сверху над тобой виднеется одна единственная тоненькая-тоненькая полоска света, которая находится где-то очень-очень высоко и абсолютно недосягаема.

Наконец, третья ось – ось преемственности еврейских традиций. Она проходит через весь нижний этаж и по высокой лестнице выводит тебя наверх к основной экспозиции музея. В музее реально можно провести весь день, а то и больше. Особенно с аудиогидом.

Ещё одна запоминающаяся вещь в музее – композиция “Шалехет” (“листопад”). Внутри музея есть районы так называемых “пустот”, самая большая из которых – “пустота памяти” – композиция, созданная в память жертв Катастрофы. Это огромное поле, усыпанное вырезанными из металла кричащими от боли лицами. Их невероятно много, и ими усыпан весь пол. Причём задумка композиции такова, что по этим самым металлическим лицам обязательно надо походить. Тогда будет слышен звон-плач этих самых металлических лиц.

Просто один из экспонатов в музее:

В одном из залов музея висят таблички всех еврейских названий, которыми некогда пестрил Берлин:

Впрочем, за еврейскими названиями улиц в Берлине сейчас уже совсем не обязательно ходить в Еврейский музей. В самом сердце города полно улиц, так или иначе напоминающих о евреях и Израиле. Еврейская улица – недалеко от Александерплатц, …

Иерусалимская улица – в районе Hausvogteiplatz, …

В самом центре, в двух шагах от Рейхстага и ультрасовременного Потсдамерплатц находятся улицы, названные в честь знаменитые израильских деятелей:

На сегодня, пожалуй, всё. Тема еврейского Берлина действительно неисчерпаема, и очень хотелось бы написать обо всех этих местах подробнее, но, увы, пока не получается. Я уже не говорю о том, как сложно из многочисленных увиденных еврейских памятных мест в Берлине выбрать лишь те немногие для рассказа. Многое, к сожалению, так и останется непоказанным. Да и вообще о Берлине, пожалуй, писать намного сложнее, чем о каком-либо другом городе. И чем дольше живёшь здесь, тем всё сложнее и сложнее…

 


Вы получили это сообщение, поскольку подписаны на группу Prava Cheloveka.
Чтобы добавлять сообщения в эту группу, отправьте письмо по адресу prava-cheloveka-ru@googlegroups.com.
Чтобы отменить подписку на эту группу, отправьте сообщение по адресу prava-cheloveka-ru+unsubscribe@googlegroups.com.
О дополнительных функциях можно узнать в группе по адресу http://groups.google.com/group/prava-cheloveka-ru?hl=ru.

Share

От христианского юриста Константина Андреева

 Досудебный порядок разрешения споров

Во время командировки в регион столкнулся с весьма любопытным казусом. Оказалось, что нигде в наших российских законах не написано, что документы должны составляться на бумаге, а не на любых других материалах. Вот и смеялся весь город над конфликтом некоего предпринимателя с банком. Что именно они не поделили, лично я не вслушивался. Говорили о каких-то несправедливых комиссионных платежах, о какой-то плате за обслуживание счета… Но это материи тонкие и юридические. Достоверно же известно вот что.
Когда предприниматель (далее – П) обратился для разрешения конфликта в банк, ехидные работники банка заявили: “Пишите претензию, мы ее будем 60 дней рассматривать и потом все равно откажем”. П удалился из офиса, бросив на прощание: “Сами напросились”. Банкиры не учли, что П является монополистом в деле поставки тесаного камня для памятников, фундаментов и прочего. Вот П и выставил банку требуемую претензию. Тихим воскресным вечером на тяжелом грузовике претензию провезли по городу. Возле запертого офиса банка претензия была бережно выгружена двумя тяжелыми кранами и установлена на крылечке. А утром оказалось, что претензия немножко мешает работникам банка попасть в офис. Хотя вообще-то претензия была весьма скромной. Строгая плита серого гранита, массой каких-то 12 тонн. На плите по всей форме была выбита претензия к банку. Со всеми реквизитами, включая адрес П для ответа. Разумеется, банк не оставил дело так. Оставшиеся без офиса работники банка вызвали милицию. Внимательно изучив претензию, милиционеры пояснили, что тут нет никакого преступления, а налицо гражданско-правовые отношения. После чего посоветовали банку решать вопрос с П в суде общей юрисдикции и уехали восвояси. А претензия осталась. Банк попытался самостоятельно убрать претензию. Увы, П оказался единственным счастливым владельцем многоосного трейлера и соответствующей техники. А без трейлера вывезти претензию не представлялось возможным. Банкиры вызвали трактор и собрались зацепить претензию тросом и столкнуть хотя бы с крыльца на улицу. Претензионную работу остановили, кстати, проезжавшие милиционеры, пояснившие, что захламлять проезжую часть претензиями нельзя. Бедным работникам банка пришлось проникать на рабочее место через окна. Клиенты банка вежливо отказались и предпочли пойти в другие банки. На следующий день судья районного суда, выслушав жалобу банка, отказалась в порядке обеспечительной меры требовать от П аннулировать претензию. Более того, выяснилось, что банк не имеет права отвергнуть претензию по мотивам использования небумажных материалов, а должен переместить её в архив и рассмотреть в соответствии с собственным порядком. В результате на третий день нанятая банком бригада рабочих с отбойными молотками все-таки раздробила претензию до перевозимых размеров. И в тот же день П позвонил в банк и вежливо поинтересовался результатами рассмотрения претензии. Услышав обещание П в случае проволочек выставить новую претензию, уже на трех страницах, банк предпочел не доводить до этого и срочно отменил для П все комиссии.
Так что досудебное урегулирование – очень эффективная мера! ”

 

Share

Интервью Михаила Моргулиса журналу “THE RUSSIA CORPORATE WORD”

В  журнале “THE RUSSIA CORPORATE WORD” опубликованно  интервью известного журналиста и издателя Кристофера  Кеннета с  президентом Фонда “Духовная Дипломатия” Михаилом Моргулисом.

 

Наш собеседник Михаил Моргулис – это не только Президент Фонда Духовной Дипломатии, призывающей к активному использованию духовных ценностей при разрешении конфликтов в мире и внутри отдельно взятого человека, но и крупный издатель, и политолог, и меценат и известный на весь мир проповедник. В этом интервью он поделился с TRCW тем, как он смог объединить все эти разные направления своей деятельности в единое целое во имя служения человечеству.  

В этой поездке Вы были в России и на Украине, где встретились с супругой президента Виктора Януковича. Какова основная цель поездок?

Я ездил в качестве президента Фонда Духовной Дипломатии. Основная миссия Фонда – останавливать с помощью духовных ценностей конфликты в мире между странами, внутри страны, а также и внутри конкретного человека. Ведь каждый человек – это отдельный мир и в нем тоже много внутренних конфликтов. Кроме того, наш Фонд также является благотворительной организацией. К примеру, мы кормим на Украине более 2тыс. бездомных детей, а в Беларуси помогаем больным детям и жертвам Чернобыльской аварии. Поэтому цель каждой поездки – вовлечь в гуманитарные проекты и заручиться поддержкой супруг глав государств. А также, помочь им в их благотворительных проектах. А на вопрос, почему встречаюсь именно с супругами президентов, то я это делаю, потому что встречаться с президентами не всегда удобно, ведь они всегда постоянно помнят о своей должности и статусе. Потому боятся сказать что-нибудь вне протокола, и, в конце концов, боятся просто быть обычными людьми. В этом отношении супруги лидеров стран – более нейтральны, а потому могут откровенно говорить о многом.
 
Ваш Фонд также привлекает серьезный бизнес к реализации благотворительных проектов по всему миру, в частности, в странах бывшего СССР. Как Вам это удается?

Мы всегда привлекаем местный и международный бизнес к участию в наших благотворительных проектах  потому, что убежден, что любой грамотный, морально-этический бизнес должен всегда заниматься благотворительностью. Наша основная идея в этом отношении заключается в том, что интеллектуальный бизнес никогда не будет ограничиваться только заработком, безумной погоней за огромной прибылью, а наоборот должен всегда стараться участвовать в социальной жизни той страны, в которой работает и зарабатывает. Если это происходит, страны начинают обязательно подниматься.

Если это не секрет, как Вам удается уговорить прагматичный бизнес принимать участие в таких благотворительных проектах?

Это, в основном, происходит таким образом: К примеру, на встрече с представителями бизнеса в Штатах я им говорю, «ребята, мы Вам поможем наладить Ваш бизнес в России. Я знаю многих губернаторов, нужных людей в правительстве, но если Вы с нашей помощью заключите контракт, то не забывайте передать часть средств с прибыли на наши благотворительные проекты — детдомам, инвалидам Афганистана, инвалидам других военных конфликтов, пенсионерам, больным раком и пр. Такой подход нравится многим бизнесменам. И мы действительно многим помогли заключить контракты в Беларуси, России, Казахстане и на Украине.

«Мы всегда привлекаем местный и международный бизнес к участию в наших благотворительных проектах потому, что убежден, что любой грамотный, морально-этический бизнес должен заниматься благотворительностью».

Кроме того, мы также часто встречаемся с руководителями стран. Например, в США я встречался с 4-мя президентами, в России – с Горбачевым, Ельциным, а в других странах СНГ – с президентами Украины, Беларуси, Киргизии, Грузии и пр. Мы хотим, чтобы люди, в том числе и лидеры стран, знали и поняли, что духовная жизнь также очень важна, как любой другой аспект человеческой деятельности. У человека должна быть полная гармония во всем. Если будет гармония в человеке, то в стране все всегда будет в порядке.

Вы почти 30 лет принимаете активное участие в изменениях в постсоветском регионе. В этой связи, как оцениваете те перемены, которые произошли в СНГ за эти годы?

Во-первых, страны СНГ – Россия, Украина, Беларусь и т.д. – начали новый виток в своем историческом развитии. У всех это происходит болезненно и по-разному. Я считаю, что в мире происходят дисгармония и деградация человеческой личности, ведь высокие технологии дали возможность человеку действовать почти  как Богу, но его душа осталась такой же, как 2000 лет назад. В этом и кроется причина дисгармонии, как у отдельного человека,  так и у целого общества, точно так и в бизнесе. Когда современный российский бизнес зарождался в 1990-е, это был ад на земле – убийства, насилия,  но сейчас уже гораздо лучше. Сегодня уровень коррупции в РФ и на Украине все равно зашкаливает, а в Беларуси –  поменьше, ситуация там получше. Один человек, даже президент, не может исправить целую страну, какой бы он не был сильным и умным. К примеру, в России только Путин и Медведев не смогут изменить сложившуюся ментальность целого народа, и вообще никаких значительных перемен не произойдет, пока люди не достигнут высокого уровня духовного развития. Поэтому очень страшно, когда человек овладевает самыми передовыми технологиями, но из-за низкого уровня развития души он не знает, зачем они ему нужны. Один француз когда-то сказал, что «деньги не приносят радости, но с ними грустить веселей». Аналогично я всегда говорю, что у меня может не хватить денег сделать человека счастливым, но я и все мы можем проявить к нему любовь, которая сделает его счастливым. Поэтому,  всегда повторяю свое печальное кредо:  денег и любви много не бывает, их всегда не хватает.

Можно ли “Фонд Духовной Дипломатии” противопоставить традиционной дипломатии?

Когда духовный дипломат разговаривает с президентом, он не должен видеть, что перед ним глава государства. Перед ним должен быть просто человек, творение Божье. Мы не думаем о том, в какой он партии, сколько у него денег, какие у него привычки, и нас не волнуют цвета кожи, религиозная принадлежность или социальный статус собеседника. Я вижу только Божье творение. И мои собеседники, а они все умные люди, это видят, что я от них ничего не требую, мне ничего от них не нужно, я не ищу личной выгоды в общениях с ними. Когда они видят это, то им это очень импонирует. К примеру, президент Беларуси Александр Лукашенко однажды сказал: мне с Вами всегда хорошо, потому, что знаю, что Вы меня не обманываете.

С учетом того, что сегодня царит хаос по всему миру, можно ли утвердить, что традиционная дипломатия не работает?

Безусловно, да, она плохо работает. У меня была статья в одном из американских журналов под названием «Degradation of the American Diplomatic School», в которой я изложил причины, почему, на мой взгляд, перестала работать хваленая американская дипломатия, что, кстати, касается и дипломатических школ других стран. Главная причина – все дипломаты  теперь тотально обманывают друг друга. Известные западные политики от Макиавелли до Уинстона Черчилля всегда повторяли «меняются наши друзья, но остаются наши интересы». В этом и заключается главное отличие между нашей духовной и светско-политической дипломатией, так как согласно духовной дипломатии, все наоборот, ведь наш девиз: «Пусть меняются наши интересы, но всегда остаются наши друзья».

В продолжение предыдущего вопроса, могли ли Вы назвать конкретные примеры применения Вами принципов духовной дипломатии на практике?

Да, могу. Дело в том, что если идея духовной дипломатии 30 лет назад казалась утопической, то сегодня она реально работает. К примеру, мы освободили людей, приговоренных к смерти. Когда мы были во Вьетнаме, где главенствующий  коммунистический режим не регистрировал церкви, я им сказал: Вы никогда не получите кредитов в США из-за такого отношения к церквям. Ведь США – по ментальности христианская страна. Поэтому, если Вы преследуете церкви, то Вы не должны рассчитывать на помощь США. Аргумент подействовал, и они стали регистрировать церкви. Когда мы были в Израиле, я выступил в Кнессете и сказал: я не прошу Вас любить палестинцев, это не возможно, и тоже самое я скажу палестинцам  – Вам, израильтян сейчас тоже невозможно любить, несмотря на то, что вы двоюродные братья.

«Очень страшно, когда человек овладевает самыми передовыми технологиями, но из-за низкого уровня развития души он не знает, зачем они ему нужны».

Я прошу Вас терпеть друг друга. Если вы научитесь этому, то через годы на благодатной почве терпения могут вырасти цветы любви. Вот тогда у вас начнутся и деловой обмен, и нормальная жизнь. Мы участвовали в строительстве больницы в Израиле, где сегодня вместе рожают израильские и палестинские женщины. Роженицы там не спорят, чья эта территория, когда рожают. Мы были в Беслане и помогли семьям, которые потеряли детей. Мы были на Кипре, где греки и турки воевали, мы им помогли найти точки взаимопонимания. Вот это и есть духовная дипломатия в действии.

Кто из тех высокопоставленных людей, с которыми Вам посчастливилось встретиться, оказал наибольшее влияние на Ваше мировоззрение?

Пожалуй, президент США Рональд Рейган. Он мог думать не только как крупный государственный деятель, и политик и бизнесмен, но и также как духовный лидер. Он когда-то спросил меня: «Что нужно сказать, чтобы произвести серьезное впечатление на советских людей?». Я ему порекомендовал одну из цитат великого русского писателя Герцена: «Если мы не на стороне угнетаемых, то мы автоматически становимся на сторону угнетателей». Он ее включил в свое выступление. Помню одну личную историю, которую нам рассказал. Когда ему было лет 17, у него все перестало получаться в жизни – потерял работу, получал плохие оценки в колледже и был брошен любимой девушкой. Одним словом, все было плохо. А мама его была христианкой. И он ей пожаловался: «Мама, у меня ничего не получается. Я обращаюсь к  Богу, но Он, наверное, меня не слышит, потому что я, наверное, для Него слишком маленький». И она ему ответила: «Ронни, помни, что ты никогда для Бога не станешь слишком большим, даже если ты станешь президентом США, но в тоже время ты никогда не станешь для Него слишком маленьким, чтобы Он тебя не слышал». Кроме того, мне нравился его юмор. К примеру, когда в него стреляли, и все, кто был рядом — охрана и госчиновники — в суматохе начали кричать, прикрывая его, он спросил: «Если Вы все здесь, тогда кто тогда остался в лавке?». Он имел в виду Белый дом. И потом потерял сознание.        

Вами после распада СССР налажены хорошие контакты в странах СНГ и США. Как, на Ваш взгляд, изменилось восприятие новой России в США и США в сегодняшней России?

Раньше американцы называли все народы СССР – казахов, грузин, белорусов, украинцев и пр. – русскими, и эта привычка сегодня почти не изменилась, несмотря на то, что эти народы стали суверенными и независимыми государствами. Помню, как я когда-то, не соглашаясь  с тогдашним госсекретарем США Збигневым Бжезинским, написал большую статью, в которой утверждал, что Россия после распада СССР станет новым и уникальным явлением в мировой политике. Ведь новая Россия будет ребенком, у которого отец капитализм, а мать – коммунизм. И это дитя возьмет самое плохое и хорошее от своих «родителей». Так и случилось – сегодняшняя Россия стала именно такой. И конечно, сейчас отношение американцев к русским или к россиянам стало хуже, потому что они лучше их узнали. Ведь во времена СССР русских в США было мало, а те, которые были там, были своего рода экзотикой, а сейчас русских очень много, и часто, это не лучшие представители России.

«Один француз когда-то сказал, что «деньги не приносят радости, но с ними грустить веселей».

Но в целом, все хорошо, несмотря на недавние шпионские скандалы, которые были откровенным, водевилем, шоу. Это рука ВПК США и РФ, которые не хотят, чтобы Обама обнимался с Медведевым, потому такое сближение приведет к урезанию их бюджетов. Скажут в Кремле и Белом доме, зачем нам  столько ракет и т.д., когда у нас все хорошо, и урежут бюджеты. Но у меня внутреннее ощущение, что у России и США все равно общая судьба, а потому они должны, в конце концов, быть в одной лодке. Китай – это огромная сила, но никто даже не понимает насколько, потому что он пока всю свою силу не показывает. Как говорил Ден Сяо Пин, наставляя своих политиков: «Скрывать свои возможности, дожидаться своего часа». Поэтому, Китай ведет свою политику, но когда наступит его время, тяжело будет всем, в том числе и США и России.

В заключение беседы, что Вам хотелось бы пожелать нашим читателям и Вашим почитателям?

Хочу воспользоваться случаем и пожелать всем народам России и других стран СНГ духовного и физического здоровья, побед и удач, что, на духовном языке, называется благословением.

Share