«Что наша жизнь? Игра…»,- говорит нам известный лирический персонаж растиражированным слоганом популярной телеигры «Что? Где? Когда?». И я готов с ним согласиться, тем более, что как и положено уже читал книги Эрика Фромма и понимаю, что все люди постоянно во что-то играют: в шахматы, в свои социальные роли, в жизненные сценарии, в многоходовые комбинации, призванные забраться по социальной лестнице, обойти конкурента, преуспеть в жизни. Но играть, как известно, можно и нужно на свои. И тогда это нормально… В конце концов каждый распоряжается своей жизнью и судьбой так, как ему заблагорассудится. Меня пугает и нервирует, когда играют за мой счет, на «мой зуб».

На самом деле играть «на чужие» теперь не такая уж редкость. США уже давно, с 1974 г после отмены «золотого стандарта», играет за счет остального мира. Доллар весит ровно столько сколько весит 6- флот США и ни граммом больше.Большой и сильный пахан играет и кто и что ему скажет… Это уже даже не наш зуб, как говорится.

Политики в России и Украине играют в электоральные игры, разводя, как опытные наперсточники, наивных наших соотечественников.Последняя многоходовка была особенно красива, когда народу в России разрешили регистрировать партии. В результате грамотной игры на шахматной доске России теперь будет один мощный ферзь — «Единая Россия» и много карликовых пешек. Но самое главное — все довольны: и те, кто реально выиграл, и те кто с удовольствием проиграл. Как в казино, главное процесс. За это можно и заплатить…

Начальник на работе играет судьбами подчиненных, обещая карьерный рост, а на самом деле используя чужой ресурс в свобственных коррупционных целях. Простые обыватели играют жизнями друг друга, контролируя и подавляя более слабого в социальной группе, будь то семья, рабочий офис.

Кто-то боле деятельный все время пишет картину твоей жизни, если этого не делаешь ты сам, если сам не берешь за нее ответственность.И это происходит потому, что мы позволяем кому-то играть. По глупости, по недоразумению, по ленности… Расплатой становятся разочарования и злоба. Но когда на кон кто-то ставит жизнь… это уже перебор.Игра перестает быть игрой и становится страшно.

Кто-то сильно заигрался в Украине.

Я не хочу думать, что в трагических событиях в Днепропетровске замешаны ныне здравствующие украинские политики, но почему-то не отпускает мысль, что это чья-то многоходовка, цена которой даже не зубы, а жизни людей.

Слишком уж выгодной представляется дестабилизация ситуации в Украине накануне предстоящего чемпионата по футболу. Такое событие на носу, а страна то оказывается не готова: теракты, Юлю держут в темнице… Я не знаю кому это было выгодно, но кому-то было. Кто-то поставил на кон жизни простых днепропетровских граждан. Пожертвовал, так сказать, «пешками» ради своей, вполне возможно великой и благородной цели.И как всегда в основе всего лежит жажда власти, сребролюбие.

Сегодня, когда в церквях российских лютеран звучат молитва «Сохрани, Господи, Украину и Днепропетровск от всякого мятежа, злодейства, бесчинства и бедствия, а нас, верующих, соделай благословением для стран наших и города сего и для всех живущих в них!», мне хочется верить, что Бог разрушит игру тех, кто зашел в ней уже слишком далеко.

На ум приходят слова Булата Шалвовича Окуджавы:

Мы плывем ночной Москвою

Между небом и землей.

Кто-то балуется рядом

Черным пеплом и золой.

Лишь бы только в суете не заигрался.

Или зря нам этот век, сынок, достался?

Епископ Евангелическо-Лютеранской Церкви Аугсбургского исповедания России,

Константин Андреев +

В честном анализе Бориса Гулько присутствует явное непонимание отличия протестантского (евангельского) христианства от других христианских конфессий. Поэтому он называет пятидесятников мистической сектой, не понимая, что пятидесятнические церкви мира, в которых около 60 миллионов человек, и есть часть протестантского христианства. Автор статьи разбирается в сути христианства на, скажем, культурно-религиозном уровне, не зная разницы между тремя ветвями христианства: католицизмом, протестантизмом и православием. Но, если избегать этих авторских особеностей, в целом, он конечно прав. И его горько ироничный пассаж о том, что крошечному Израилю придётся защищать гонимых христиан вместо миллионов их единоверцев, воистину понятен. Происходят невероятные вещи. Такие, как будто мы живём во времена антихриста. Миллионы христиан мира пассивно наблюдают, как избивают, мучают, насилуют,сжигают их братьев и сестёр. Если бы христиане всего мира, в первую очередь, Америки устроили многомиллионые марши протеста, потребовали бы от своих правительств прекратить отношения со странами совершающими христианский Холокост, то это бы коренным образом повлияло на сегодняшнюю страшную ситуацию. Но они молчат. Может быть, мы действительно подошли ко времени, в котором должны сбыться слова из Библии “Спасение от иудеев”. А что думают наши читатели?

Михаил Моргулис

Борис Гулько

Евреи научились стоять за себя. Они возмутили весь мир после несправедливого осуждения капитана французской армии Дрейфуса в конце ХIХ века, вели отчаянную борьбу против ложного обвинения Бейлиса в начале ХХ века. Логическим завершением ужаса Катастрофы стала героическая победа в войне Израиля за независимость и девиз победителей — «Never again».

В течение семи лет отказа (1979–1986) у меня было чувство, что мир с нами. Об обыске, задержании, тем более избиении еврея-отказника немедленно сообщали западные радиостанции. Все официальные визитеры из США везли советским вождям списки отказников, о которых пеклись. Комитеты, обращения, демонстрации на Западе поддерживали нас.Рядом с еврейской проистекала в те годы аналогичная борьба христиан-пятидесятников,  по  своим верованиям стремившейся покинуть СССР. У меня были среди них знакомые. Истории о преследованиях мистической секты  пятидесятников советскими властями, которые я слышал, напоминали страсти первых христиан. Жестокость обращения с ними была безмерной. И ни звука по радио, никаких проявлений солидарности с ними немаленького христианского мира.Когда я читаю о том, что в последние десятилетия происходит с христианами в исламском мире, озадачивает тот же вопрос: где солидарность? В Саудовской Аравии живет около миллиона христиан (в основном иностранные рабочие), но им запрещено, как пишет посол Израиля в США М. Орен в статье для WSJ от 9 марта, даже частное богослужение.Новостные агентства арабских стран сообщили, что 12 марта главный муфтий Саудовской Аравии шейх Абдул Азиз аль-Ашейх потребовал разрушить все церкви во всех государствах Аравийского полуострова.В Пакистане, как пишет в своей колонке Каролин Глик, «поджоги церквей, насильственное обращение в ислам, изнасилования, похищения, судебные преследования христиан стали будничными».Жестокие преследования христиан начались в Ираке после свержения Саддама Хуссейна. Орен сообщает, что после падения Саддама в 2003 году в Ираке было сожжено 70 церквей, только в одном Багдаде число убитых христиан превышает 1 000. При Саддаме в Ираке проживали 800 000 христиан, сейчас остались 150 000. Из Афганистана несколько лет назад удалось вывезти несчастного, приговоренного к казни за переход в христианство, а в Иране сейчас ожидает смерти пастор Юсеф Надархани, осужденный за свою веру.В Египте, «освободившемся» от Мубарака, в октябре прошлого года около 1 000 христиан-коптов вышли на мирную демонстрацию, протестуя против сожжения мусульманскими бандами двух их церквей. Как сообщили копты, их атаковали мусульмане, поддержанные армией. Их давили армейскими машинами, в них стреляли и волокли тела по улицам Каира. По разным данным, было убито от 19 до 40 человек. Только за прошлый год, сообщает Орен, 200 000 коптов покинули Египет.В Земле Израиля, переданной в 1994 году под мусульманский кон­троль, резко снизилось христианское население, в целом, по оценке Орена, с 15 до 2%. Бейт-Лехем, в котором, как они верят, родился Иисус, населяли более 80% христиан, сейчас их там меньше 20%. В Газе церкви, монастыри, христианские библиотеки сожжены.В Турции от двух миллионов христиан после Первой мировой войны сейчас остались сто тысяч, в Иордании за полстолетия процент христиан снизился с 17 до 2, в Сирии — с 50 до 4. В Ливане в 1946 году большинство населения были христиане, сейчас их меньше 30%. Единственная страна в регионе, в которой христианское население возросло, — это Израиль. По оценке Орена, выросло оно более чем на 1000%.В сентябре 2011 года, находясь во Франции, патриарх ливанских католиков Бешара Рэй предупредил французского президента Саркози, что падение сирийского диктатора Асада будет катастрофой для христиан Сирии и Ливана, поскольку в оппозиции Асаду доминирует «Мусульманское братство». Французское Министерство иностранных дел назвало заявление Рэя «неожиданным и разочаровывающим», а в Вашингтоне, куда после Франции двинулся Рэй, ему отказали во всех обещанных аудиенциях, включая встречу с Обамой.Недавно в интервью MSNBC видный протестантский проповедник Франклин Грэм обвинил президента Обаму, что тот «больше печется о мусульманах мира, чем о христианах, которых убивают в мусульманских странах». Грэм разъяснил: «Ислам видит его как сына ислама… Я не могу утверждать (что Обама не мусульманин), поскольку ислам пользуется явным покровительством Обамы».Я не совсем понимаю позицию Грэма. Почему Обама, которого видный экономист афроамериканец Томас Соуэлл в своей колонке от 1 марта назвал человеком, «всю жизнь враждебным западным ценностям и западным интересам», должен защищать христиан, если этого не делают сами американские христиане? В защиту советских евреев когда-то выходили демонстрации по сто и по двести тысяч. Однако когда президент Клинтон в 1999 году три месяца бомбил христианскую Сербию, позволив мусульманам Косова спалить в крае церкви и изгнать более 200 000 сербов, в Америке не раздалось ни одного голоса солидарности с сербами. Когда после датских карикатур на мусульман в исламском мире жгли церкви, монастыри и убивали священников, тоже не было ни звука протестов. Единственной реакцией на недавние убийства американских военнослужащих в Афганистане после сожжения на военной базе Корана стало извинение американского президента перед мусульманами. В чем причина индифферентности христиан к судьбе своих собратьев по вере?Может быть, она в культе страданий в христианстве? Во всех католических учреждениях на стене висит изображение их Спасителя, страдающего на кресте. Тот терпел, и, как говорили в России, им велел. А еще велел подставлять другую щеку.А может быть, это трусость, идущая от первого Папы Римского, апостола Петра («Не пропоет петух сегодня, как ты трижды отречешься от меня», — верно предсказал ему Иисус, Мф 24:36)? Таким могло быть и объяснение молчанию папы Пия XII во время Холокоста, и позиции Синода ближневосточных церквей в Ватикане 2010 года, организованного Бенедиктом XVI, на котором подверглось критике только одно государство Ближнего Востока, то единственное, в котором христиан не преследуют, — Израиль.Похоже, что последняя надежда ближневосточных христиан на защиту — это мы, евреи. В Израиле мы не только успешно защищаем себя от мусульман, но и защищаем мусульман от себя. Видно, пора создавать еврейские комитеты спасения христиан. Как-никак, нас в мире почти целый процент относительно числа христиан.

( Из почты нашего сайта.  Письмо Ростислава Воронцова)

Это письмо пронзает сердце истинно верующего человека. Правильно пишет Ростислав, немного осталось чистых жертвенных людей. Почти все заражены духом власти и обогащения. Или тем и другим. Посмотрите, какими стали многие пасторы. Князьки удельных церковных княжеств, боящиеся потерять власть и контроль над деньгами. Найдите на нашем сайте, и на сайте Inictory.org   мою статью “Фальшивая сага о благословении”. Жрецы протестантизма переделали слова Христа: “Богу – богово, кесарю –  кесарево” и добавили туда себя. По их новой формуле: Богу ничего, кесарю (государству) минимальные налоги, остальное – себе. Поэтому пропал дух Христовый и наступил дух религии, наживающейся на человеке. Пропал животворящий дух жертвенности, дух страха Божьего. Большинство таких людей    давно живут без страха Божьего. Но, как мы верим, схлынет это декоративное показное христианство, и с нами останется  только Иисус Христос. Об этом должны быть наши чаяния и наши молитвы.

А вы как думаете, читатель?

Михаил Моргулис

Ирина, я вчера плакал. Плакал потому, что вспоминал тех ХРИСТИАН, которые в России  принимали меня в своём доме, поили самым вкусным в мире компотом и кормили самыми вкусными в мире пирожками с картошкой, и соленными огурцами, покрошенными в растительное масло и приправленные луком. Плакал потому, что в моей жизни  это были самые лучшие  времена общения . Плакал потому, что эти люди не жалели своих колен, времени, сил, а молились и утешали, и учили, и ободряли мою слабую душу. Это был мой библейский “коледж” или даже “университет”. Плакал я потому, что давно уже не вижу подобных людей, подобной заботы, любви, терпения, воспламенения за того, кто упал или остыл. Те люди были бедны финансово, но богаты духовно. И я дорожу такими людьми. К сожалению, такие люди уходят в вечность, а мы остаемся пока ещё на земле. Часто мы только пытаемся изображать христианство, а не живём Христом. И это передаём другим. Что-то в нас не так. Но я твердо верю, что не закончились на планете верные Богу люди. Желаю и Вам быть таковой. Да благословит Вас Господь.

“Страны, которые называют себя христианскими, но в которых нет живого Христа, умирают. Христианство не может победить дьявола, т.е. зло, его может победить только Христос. А от Него отворачивается, Америка, Россия, Европа. И этим самым обрекают себя на сдачу тоталитарно действующему исламу”

(Майкл Моргулис в интервью Национальному радио Америки)

Начнем с конца: на Оксфорд-стрит не будет ни пожаров, ни погромов. Букингемский дворец не будет взят под усиленную охрану. Лондон – огромный город, и достаточно нескольких кадров ночного пожара, чтобы живущим вдали от города показалось, будто погромщики уничтожают первый мегаполис европейской цивилизации. Нынешние беспорядки самые серьезные с 1981 года, однако в них принимают участие (на сегодняшний день) всего несколько тысяч человек.Все это, разумеется, не может успокоить жителей города, которые живут в страхе, не зная откуда на них посыпятся удары, куда на сей раз придут мародеры. Когда муниципальные власти выключают освещение на перекрестке Оксфорд-серкус, и тысячи полицейские охраняют знаменитые на весь мир магазины британской столицы, повод для страха и опасений у жителей Лондона предостаточно.

Во вторник беспорядки перебросились за пределы Лондона, в наиболее проблематичные районы Великобритании. Средняя заработная плата в Лондоне вдвое выше, чем в остальных районах страны. Когда разбой и мародерство приходят на улицы Манчестере и Бирмингема, когда вирус насилия распространяется со скоростью сообщений в Фейсбуке и Твиттере (а именно в этих социальных сетях погромщики договариваются между собой – кодовый знак RIOT), британское правительство обнаруживает свое бессилие, оно оказывается не в состоянии управлять столь широкомасштабным национальным кризисом.

У многих из нас имеется устаревшее и не соответствующее реальности представление о Великобритании. Мы все еще представляем себе старую добрую Англию, христианскую страну, консервативный оплот общественного порядка и законопослушного общества. Разумеется, это абсолютный миф. Настоящий Лондон (не тот, в котором проходят великолепные королевские свадьбы, не тот, который красиво украшен в рождественские дни) – это многочисленные пригороды большого мегаполиса.

Низкие строения, охватывающие огромные территории, серые, грязные, источающие аромат дешевой, пережаренной еды, не имеющие ничего общего с той величественной британской столицей, которая известна туристам и любителям англоязычной культуры. Там, в этих отдаленных кварталах и пригородах живут иммигранты и их дети, родившиеся в Англии. Они, больше чем кто бы то ни было, способствовали росту британской экономики последних десятилетий.

В этих кварталах живет население, которое составляет мультикультурную британскую мозаику. Это население страдает от бедности и социального отчуждения. Эти люди полагали, что можно преодолеть старый британский консерватизм, изменить старую добрую Англию во имя межэтнического сотрудничества и добрососедства.

Надежды оказались тщетны. Мы ошибались, признают сегодня две крупнейшие политические партии страны. Никто из британских политиков не спешит обвинять своих соперников. По общему мнению, речь идет об обычной массовой преступности – без какой-либо особой идеологической подоплеки.

Но и без оглядки на текущие события можно смело утверждать, что социальная стратегия и политика мультикультуризма проводилась богатой и обеспеченной Великобританией с целью откупиться от слабых слоев населения, купить их молчание. В этом случает цвет кожи или религиозная принадлежность не играет особой роли.

Вместе с пособиями по прожиточному минимум и другими щедрыми социальными подачками целые поколения белых и черных британцев выросли хроническими безработными. Их дети пошли той же стезей. Абсолютная социальная безответственность как способ мышления, как образ жизни. Патерналистское государство, которое говорит своим гражданам, что они не должны нести ответственность за свою жизнь, поскольку все решения за них будут принимать оно само, будет вынуждено дорого заплатить за это.

Премьер-министр Дэвид Кэмерон поставил перед собой амбициозную задачу. Он решил преодолеть экономический кризис особо консервативными методами, резко сократив социальный бюджет. В этом, собственно, и состоит причина нынешних печальных событий. Государство, в котором безработица достигает 7,5%, имеющее огромный бюджетный дефицит и постоянное снижение экономического роста, является идеальной лабораторией для социальных потрясений.

Британские эксперты по социальному насилию утверждают, что главным условием для подобных беспорядков является тот простой факт, что участники насильственных акций ничем не заняты. Таких людей в Великобритании становится все больше.

Христианство проигрывает борьбу за истину во Христе, потому-что  во многом  превратилось в формальную политизированную религию. Лишь сравнительно небольшое число людей видят в христианстве не религию, а живого Сына Божьего, Христа.  Поэтому, формальное бюрократическое христианство лишилось духовной силы и мудрости, оно стало клубным социальным занятием. Естественно, этим мгновенно воспользовался дьявол и стал приводить на территорию христианства его противников, презирающих любовь к человеку, и чтущих только возмездие. Среди множества панических рецептов, дающих возможность христианству сохранить себя, я вижу один выход: Покаяние народов перед Богом! Слишком долго, народы, называющие себя христианскими, грешили и лицемерили перед Богом. Наступает час расплаты, вернее, уже наступил. Все другие пути ведут к всемирной катастрофе. Только один путь даёт надежду: Покаяние! Имеющий уши, да услышит…

Михаил Моргулис

Виктор Вольский

ПАРАЗИТ И ХОЗЯИН

Нельзя не изумляться поразительной изобретательности природы, придумавшей великое множество чрезвычайно изощренных приемов борьбы за жизнь. Вот, например, как продляет свой род сколия гигантская (лат. Megascolia maculata). Личинка этой хищной осы – паразит, который питается личинками жука, живущими в почве, но пропитание своему потомству добывает взрослая особь. Она находит подходящего хозяина (так по-научному называют жертв хищных ос) – личинку жука-носорога, словно специально созданную в качестве провианта для сколий, одним ударом жала в нижнюю часть груди, где объединены в единый узел основные грудные и брюшные нервные центры, парализует свою жертву и откладывает на ее тело свое яйцо. Вылупившаяся из него осиная личинка, снабженная острыми крючками-челюстями, не мешкая вгрызается в покровы своего обездвиженного хозяина. Добравшись до мягких тканей, она погружает в них голову и приступает к трапезе, которая длится до тех пор, пока запас пищи не будет полностью израсходован. Причем поедание беспомощного хозяина происходит в строго определенной последовательности: сначала съедаются наименее важные органы, такие как мышцы, кровь, жировое тело, и только под конец приходит черед самой важной системы – нервной. В результате парализованная жертва до самого последнего момента остается живой, т.е. пригодной в качестве пищи. Таким леденящим душу способом – посредством заготовки «живых консервов» – растущая личинка хищника обеспечивается свежей едой.

Не знаю, насколько были сведущи в биологии вожди воинствующего ислама, но несколько десятилетий назад они избрали именно описанный прием для покорения Запада. В нескольких словах их тактику можно суммировать следующим образом: внедриться в страны процветающего Запада, укорениться под боком пребывающего в блаженном неведении местного населения, парализовать его волю к сопротивлению ядом политкорректности и мультикультурализма и постепенно выгрызать общество изнутри, размножаясь и питаясь за его счет, до тех пор, пока Европа не окажется в их полной власти.

Как пишет выдающая исследовательница ислама Бат-Йеор (см. мою статью «Дух Еврабии»), все началось с того, что в начале 1970-х годов французы разработали в общих чертах план создания союза Европы с арабским миром. Главная идея была в том, чтобы удовлетворить  острый спрос на дешевую рабочую силу в западноевропейских странах, чье изнеженное и избалованное население не желало пачкать руки, занимаясь черным трудом. Политические цели плана состояли в том, чтобы создать противовес американскому монолиту, объекту страстной ненависти европейских политических и интеллектуальных элит, и заручиться гарантиями бесперебойной поставки нефти с Ближнего Востока.

В Европу хлынули потоки неквалифицированных иммигрантов из стран Северной Африки, Ближнего и Среднего Востока. При этом об ассимиляции пришельцев по американскому образцу речи не шло – предполагалось, что они будут жить своими замкнутыми общинами, не смешиваясь с коренным населением. Трудно объяснить, на чем основывалась святая уверенность европейского правящего класса в том, что все эти арабы, турки и курды из поколения в поколение будут покорно мириться со своим убогим положением. Вероятно, единственное объяснение – категорическое нежелание видеть мир таким, какой он есть в действительности, подмена реальности иллюзиями.

Но совсем не так мыслили мусульманские лидеры. В широко распахнутых перед ними воротах Европы они увидели желанный шанс взять исторический реванш, о котором веками мечтали мусульмане с тех самых пор, как их экспансия была остановлена и обращена вспять под Туром (в 732 году), в Испании (в ходе длившейся почти восемь столетий реконкисты) и под стенами Вены (в 1683 году). Но за последнее столетие по следам двух опустошительных войн западная цивилизация вступила в стадию разложения, и силам ислама представилась возможность без единого выстрела проникнуть в европейскую крепость и завоевать ее изнутри.

И нельзя сказать, чтобы они скрывали свои истинные намерения. В 1974 году алжирский лидер Хуари Бумедьен с трибуны Организации Объединенных Наций без обиняков объявил: «Недалек тот день, когда миллионы людей покинут южное полушарие и переберутся в северное. Они прибудут не как друзья, а как завоеватели. Их оружием будут дети, лоно наших женщин — оружие нашей победы». Умеющий уши да услышит! Но европейские глухари слышали только свои собственные речи.

(Тут, вероятно, уместно отметить, что исламистами движет не только жажда реванша: к экспансии их побуждает сама доктрина их религии. Коран гласит, что мир делится на две части: «дар эль-ислам» (царство ислама) и «дар эль-харб» (царство войны), и священный долг правоверных – вести войну за торжество своей религии до тех пор, пока весь мир не станет частью «дар эль-ислама». В этом суть понятия «джихад».)

В главных городах Европы начали один за другим возникать мусульманские колонии, руководимые радикальными имамами, которых в изобилии поставляли медресе Саудовской Аравии и Пакистана. Постепенно, шаг за шагом, иммигрантские анклавы обособлялись от остального общества и приобретали все черты независимости квазигосударственных образований – в них воцарялись нравы и обычаи исламского фундаментализма, создавались исламские суды, отправлявшие правосудие по законам шариата, их лидеры дрессировали власти, приучая их к смирению перед лицом фактической автономии своих мусульманских граждан. Смена поколений не принесла европеизации мусульман, как простодушно надеялись западные политики и интеллектуалы. Наоборот, каждое последующее поколение все более и более отдалялось от своих «неверных» соседей, все в большей степени взирало на страну проживания как на покоренную территорию как на законную добычу завоевателей.

Применяя «тактику салями», исламские колонисты неуклонно укрепляют свои позиции, играя на чувстве вины западного обывателя, старательно раздуваемом «прогрессивной» печатью. Мусульмане непрерывно отвоевывают для себя все новые льготы и истерически требуют защитить их от «дискриминации», орудуя этим страшным словом как вор отмычкой. Сегодня они протестуют против того, что над английскими тюрьмами развевается британский флаг с крестом св. Георгия, оскорбляющим нежные чувства заключенных-мусульман, а завтра мусульманские школьники в Англии требуют отказаться от употребления похожего на крест математического знака «+». Сегодня мусульмане-таксисты в Миннеаполисе отказываются обслуживать пассажиров, имеющих при себе спиртные напитки или сопровождаемых собаками, в том числе поводырями слепых, а завтра они требуют построить им в здании аэропорта ванны для мытья ног перед молитвой. И власти покорно уступают, шаг за шагом сдавая позиции.

Типичный пример – исторический квартал Гранады Альбаисин. Живущие в нем мусульмане убеждены, что, поскольку им удалось захватить Альбаисин, они смогут подчинить себе Гранаду, а со временем – и весь Эль-Андалус, жемчужину средневекового халифата. Вот как описывает тактику мусульман в Испании покойная итальянская журналистка Ориана Фаллачи, тщетно взывавшая к Европе подняться на защиту своей цивилизации (см. мою статью «Исламизация Европы или европеизация ислама?»):

“Братья во пророке Мохаммеде, приехавшие в Гранаду и поселившиеся в историческом квартале Альбаисин, знают, что делают. Они действуют по плану, отработанному в Бейруте и осуществляемому ныне во многих городах Франции, Великобритании, Германии, Голландии, Швеции, Дании и т. д. Альбаисин сегодня – это во всех смыслах государство в государстве, феодальный лен, иноверческая община, живущая по своим собственным законам. Со своими собственными общественными учреждениями, своей собственной больницей, своими собственными кладбищами. Со своей собственной бойней, своей собственной газетой La Hora del Islam, своими собственными издательствами, своими собственными библиотеками, своими собственными школами. Школами, где учение сводится к зубрежке Корана. И, разумеется, со своими собственными магазинами, своими собственными рынками, своими собственными банками. Даже со своими собственными деньгами, ибо в Альбаисине имеют широкое хождение золотые и серебряные монеты, отчеканенные по образцу дирхама, находившегося в обращении во времена Боабдила – последнего мавританского короля Гранады (отчеканенные, между прочим, государственным монетным двором Калле Сан-Грегорио при попустительстве испанского министерства финансов, которое делает вид, будто ничего не знает, привычно оправдываясь соображениями “поддержания общественного порядка”).

Внутренняя экспансия воинствующего ислама протекает практически беспрепятственно. Мусульманская община не терпит ни малейшей критики и при поддержке политкорректных элит успешно затыкает рот немногим смельчакам, тщетно пытающимся открыть глаза своим соотечественникам. Происходит очередной исламистский теракт – и немедленно мусульманские пропагандистские организации на Запада становятся в позу жертв и поднимают истошный крик о растущей опасности для их единоверцев со стороны «исламофобских элементов», а Большая пресса услужливо подхватывает тему, строго предупреждая о недопустимости каких-либо «провокаций» в отношении поборников ислама. Майор Нидаль убивает 13 солдат на военной базе – и как же реагирует на исламистский теракт командующий сухопутными войсками генерал Кейси? Горестно покачивая головой, он выражает опасение за судьбу программы (расового и религиозного) «разнообразия», усиленно насаждаемого им в вооруженных силах.

Оказывается, даже просто говорить обо всех этих явлениях – недопустимое прегрешение против превалирующих норм общественного поведения. Выдающийся востоковед профессор Бернард Льюис с горечью констатирует, что «в западном мире интеллектуальная свобода попирается в такой степени, какую западный мир не знал с 18-го века… Ислам и исламские ценности ныне пользуются на Западе таким иммунитетом от обсуждения и критики, какой христианство давно утратило, а иудаизм вообще никогда не знал». 

При этом значительная часть мусульман и практически все их радикальные лидеры сидят на шее ненавидимого ими общества, получая всевозможные пособия и социальные льготы. Эксплуатировать жертву, жить на ее содержании – еще одна привилегия победителей. Об этом со смаком говорил еще Чингисхан:  нет в мире слаще удовольствия, чем сжимать в объятьях жен и дочерей поверженного противника, пользоваться его имуществом, ездить на его лошадях. Как сладко сознавать свое могущество и вседозволенность, как радостно видеть унижение беспомощного врага, парализованного страхом и лишенного возможность сопротивляться!

Обладавший поразительным даром предвидения Герберт Уэллс с тревогой предупреждал о грядущей гибели западной цивилизации. В замечательном романе «Машина времени», опубликованном в 1895 году, он аллегорически описывает закат цивилизации. Ее населяет высший класс – милые, пустые, абсолютно безответственные элои, занятые только жизненными усладами. Их обслуживают живущие под землей пролетарии-морлоки. Но очень скоро герой романа начинает понимать, что благополучие элоев – иллюзия. Они всего лишь пища для людоедов-морлоков, которые, обслуживая своих «хозяев», на самом деле лишь откармливают их перед убоем.

Нынешняя европейская действительность подтверждает страшное пророчество английского писателя. Внутренний враг-паразит, пожирая ткани своего хозяина, неумолимо идет к владычеству в Западной Европе (черед Америки придет позже). Мусульманские общины быстро разрастаются за счет высокой рождаемости и постоянного притока новых иммигрантов, на их стороне – сила зависти и лютой ненависти, подпитываемой религиозным пылом, в то время как выморочные, разуверившиеся во всем, утратившие волю к жизни европейцы едут на демографическом конвейере к своей гибели.

С ростом удельного веса мусульман в населении европейских стран увеличивается и их политическое влияние. И недалек тот день, когда наступит заключительный акт драмы: хищная личинка пойдет в решающую атаку на нервную систему хозяина – на штурм бастионов политической власти. Над Европой взовьется зеленое знамя пророка, и ее агония подойдет к концу. Великая цивилизация, давшая миру Шекспира и Данте, Бетховена и Моцарта, Микельанджело и Рембрандта, прекратит свое существование, а на ее руинах воцарится халифат.

Март 2011 года

МНОГО СПРАВЕДЛИВОГО ВСПОМНИЛ АВТОР ЭТОЙ СТАТЬИ. НО ВСЁ ЖЕ ПОСЕТИЛА МЫСЛЬ: О ЧЁМ ПИШУТ УМНЫЕ МАТЕРИАЛИСТЫ, КОТОРЫЕ НЕ ЗНАЯ О ТОМ, ЧТО В ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СУДЬБЕ ПРИНИМАЕТ УЧАСТИЕ ТВОРЕЦ, ВЫГЛЯДЯТ НЕ ТАКИМИ УЖ УМНЫМИ. Я БЫ ПРОИЗНЁС СЛОВА МИРОНА АМУСЬЕ НЕСКОЛЬКО ПО-ДРУГОМУ: НЕ ЗНАЮЩИЕ НЕБА -МЕТУТ УЛИЦЫ СУЕТЫ.
Михаил Моргулис

«Наверху» дураков нет. Дураки метут улицы.

Г-н Альмог критикует слова Б. Клинтона, будто израильско-арабский конфликт является «основной причиной нестабильности на Ближнем Востоке, и его решение заставит Иран смирить свои ядерные амбиции и уничтожит основной стимул всемирного террора». Он отмечает, что слова бывшего американского президента свидетельствуют об его вопиющей политической безграмотности. Г-н Альмог пишет: «Можно назвать, по крайней мере, четыре “политических зоны” конфликтов, к которым Израиль не имеет никакого отношения».
Спешу заверить г-на Альмога: слова президента Клинтона[2] вовсе не означают, будто он «убедительно доказал (вслед за Д.Картером), что пребывание на посту руководителя супердержавы отнюдь не связано с наличием большого интеллекта». Уверен, что оба упомянутых лица знают положение дел, но движимы иными, иногда отнюдь не лежащими на поверхности, но интересами – страны, своего класса, семьи, да и личными, включая благополучие и процветание библиотек и фондов своего имени.
Сказанное уверенно отношу и к другим упомянутым в статье Альмога личностям – бывшему 23ему главе администрации президента США Р. Эммануэлю, будто по глупости заявившего, «что израильско-арабский конфликт можно решить в течение одного года, стоит только надавить на Израиль». Альмог пишет: «Неужели он не понимал, что рискует головой, подставляя своего президента, особенно в канун выборов в Конгресс?». Думаю, понимал всё и даже много больше.
Глупость увидел Альмог и в поведении министра иностранных дел Швеции. Он пишет: «И по сей день Карл Билд – главный политик солидной европейской державы, верит в “искренность” сирийского президента и призывает своих европейских коллег “надавить” на Израиль с тем, чтобы не упустить исторического шанса».
Признаюсь, был бы рад согласиться с г-ном Альмогом в его оценках, но мой жизненный опыт говорит о другом. Политики, если их правильно понять, оказываются людьми совсем не глупыми, тем более, в обычном житейском смысле слова. Они честолюбивы, энергичны в достижении целей, которые считают правильными, упорны, властолюбивы. Нередко им определённо нельзя отказать и в обыденном уме. На память приходит встреча Н. Бора, великого физика, с У. Черчиллем. Бор собеседника оценил очень высоко, чего нельзя сказать о Черчилле, который начал добиваться лишения Бора допуска к атомному проекту. Это он, Черчилль, увидел наивный либерализм Бора и начал принимать меры против возможной утечки информации об атомном проекте США и Великобритании. И как в воду глядел, хотя передача ядерных секретов СССР прошла без участия Бора.
Меня сразу могут спросить – если я считаю политиков в их массе умными, то чем объяснить, что в соперничестве между собой некоторые из них, как потом выясняется, совершают очевидные ошибки, платя за это не только положением в обществе, но иногда и жизнью. Ответ здесь не в глупости, а в крайнем нервном напряжении борьбы с людьми, себе равными или подобными, в многофакторности решаемых проблем, в величии или чудовищности ставимых и решаемых задач. Невольно на ум приходит сравнение с любительским разбором шахматных партий, например, на первенство мира. Сколь много промахов и ошибок ты видишь, наблюдая партию в реальном времени! А стоит сесть играть против перворазрядника, не то, что мастера, даже в сеансе одновременной игры, и ты вскоре видишь, кто есть кто.
Надо помнить, что крупные политики, даже не читавшие М. Ю. Лермонтова, прекрасно понимают, и это видно по их действиям, что «легко народом править, если он одной единой страстью увлечён. Не нужно только сильно зарываться, пред ним гордиться или с ним ровняться. Не нужно целей открывать своих, иль спрашивать у подданных совета…». Критикуя власть, справедливо рассматривая её подчас как противника, выступая против её действий, очень опасно власть эту недооценивать, рассматривать как скопище узколобых корыстных недоумков, любой ценой старающихся удержаться у «кормушки».
В применение к Израилю, такая точка зрения особенно ошибочна, если учесть весьма скромные размеры зарплат даже таких высоких чиновников, как премьер-министр или президент. Разумеется, эти зарплаты много больше пособия по старости, но несопоставимы с доходами воротил бизнеса. Поэтому в действиях людей власти уместно искать потаённый смысл, им понятную выгоду морального и материального толка, желание властвовать, но не обыденную глупость. Недооценка и непонимание мотивов их действий крайне опасна, поскольку создаёт иллюзию возможности сравнительно простой победы над ними. Недооценка противника есть грубая ошибка, а даже о просто ошибке крупнейший политик сказал, что она хуже преступления.
Обсуждая глупость властителей, полезно понять, почему их, а не тебя привозит с работы и везёт на работу служебный автомобиль, почему они летят специальным самолётом, а ты жмёшься в экономическом классе, почему столь рознятся их и твоё жилище и т.д. Как говорит пословица, «если ты такой умный, то почему такой бедный?».
Давая ответ на этот и подобные вопросы вне пространства «политической глупости» можно, например, если не полностью, то хотя бы частично понять, почему постоянно тлеет огонь арабо-израильского конфликта, и почему он не завершается быстрым и эффективным решением. Понять, почему не удаётся найти приемлемый язык компромисса с так называемой палестинской автономией и почему столь долго и такими большими силами международное сообщество кормит «арабских беженцев», ничего не делая для ликвидации этой проблемы. Когда-то Абба Эбен сказал, что «арабы не упустили ни одной возможности упустить возможность». Но за это время сам Арафат весьма преуспел, стал всемирной знаменитостью и миллиардером, со-лауреатом Нобелевской премии мира и признанным лидером мирового террора, что он совмещал с перманентным присутствием в самых высоких кабинетах мира, двери в которые буквально открывал ногой.
Ошибся Абба Эбен, не упустил Арафат ничего из того, что было его истинной целью. Словом, как это ни печально, не был дураком этот Арафат. Чтобы понять происходящее вокруг Израиля, надо отбросить идею глупости власть имущих, и разобраться в их интересе. Разумеется, не примитивном, типа простой чиновничьей зарплаты, а в огромных доходах и месте на политической авансцене мира и в истории. Наиболее одиозных хорошо бы с этой авансцены удалить и из истории вытряхнуть, но это крайне сложно, поскольку оказались там в интересам многих, далеко не рядовых людей.
Анализ положения Израиля я провёл уже больше десяти лет назад. Приехав сначала на четыре месяца, я сразу задумался над тем, намерены ли соседи уничтожить это государство. Если такая опасность есть, поведение высшего руководства и прессы Израиля казалось чистым безумием. Но анализ показал, что сохранение статус-кво для столь многих власть имущих у соседей Израиля для них оптимально, и куда соблазнительней сомнительной и рискованной попытки уничтожения этой страны. Ненависть широких арабских народных масс, неприятие чужеродного объекта в едином теле арабского мира, отторжение ножа из сердца гордого арабского народа – вся эта словесная шелуха важна, но служит политике, а не постоянно определяет её. И не она движет руководством.
А как и куда ими движет сегодняшний интерес – мне быстро стало понятно. Он, интерес этот, требует статус-кво, и состоит в сохранении конфликта как убедительного объяснения и оправдания низкого уровня жизни народов, окружающих Израиль. Иными словами, нормальные отношения с Израилем его ближайшим соседям абсолютно ни к чему. Наличие потенциального врага обеспечивает процветание элит соседних государств. Иные виды процветания – через развитие своих стран и повышение общего благосостояния масс людей – гораздо более сложны, требуют напряжённого труда и руководства, и самих масс. Они малоэффективны с точки зрения элит. Им не нужно и уничтожение Израиля с образованием на его месте даже нормального арабского государства – вопрос о низком уровне развития своих стран станет при таком ходе событий несопоставимо более острым.
Тем более, не нужно им создание на месте Израиля Бандостана, способного жить лишь за счёт грабежа соседей. Не нужно им создание и некоего ублюдочного государства, равно как и полунормального[3], живущего на подаяние. Подавать – убыточно и жалко, а всё объясняющего врага без Израиля – нет.
Более того, создание своего государства не нужно и вожакам автономии – чинить какому-нибудь Ахмедке унитаз на квартире – это не цель умного лидера автономии – это сделает и дурак. А вот стоять десятилетиями на авансцене мировой политики, иметь прекрасный «стол и кров», отличный заработок, не чета даже президентскому в США, борясь при этом за государственность, расположенную всегда впереди, на расстоянии всего этак двух лет – это ли не синекура?
Статус-кво необходим и развитым странам мира, включая квартет по Ближнему Востоку. Ведь дай Израилю победить террористов – куда денутся славные бойцы Аллаха, вполне надоевшие и своему, сейчас подвластному и мучаемому им, народу? Переедут в Афганистан под американские бомбы продолжать борьбу? Нет, конечно. Им дорога в развитые страны, на пособия как изгнанникам. А туда они привезут своё единственное know how – бандитизм, террор, наркотики. Зачем это правителям развитых-то стран? Незачем. А потому все усилия их и их идеологов направлены на поддержание статус-кво, на сохранение бандитов там, где они есть, подальше от развитых стран. Но невозможно без полной потери лица помогать бандитам. А потому следует их облагородить хоть в минимальной мере, чему с охотой служит заинтересованный тем же, что и правители, пропагандистский аппарат. Кроме того, превращая бандитов в жертвы, легко удаётся занять позицию защитника униженных и оскорблённых – высокоморально, безопасно, доходно.
Процесс облагораживания невозможен без искажения фактов истории – сегодняшней и древней, фактов географии, политики и т.п., т.е. всего того, что сопровождает попытку обелить чёрное. Не от невежества это идёт, а от выполнения социально-группового заказа. От собственных интересов, пусть и уродливо понятых, идёт признание государства Фаластын в границах 1967 г., предпринятое недавно Бразилией и Аргентиной. Знают историю и суть дела лидеры этих стран. Думаю, что им, как и СССР, признание Фаластына пользы в будущем не принесёт. Но это в будущем. А сейчас – ищи их выгоды, и всегда найдёшь. А что будет потом – дело уже других лидеров и другого народа. Как писал Есенин – Вольпин: «И то, что было ясность мудреца, потомкам станет бредом сумасшедших»[4]. Главное, это пытаться понять истинную подоплёку «ясности мудрецов», не дожидаясь помощи и суда потомков. Это понимание полезней наивной гипотезы: «Они все глупые».
Нередко примером глупости правителей развитых стран, да и аппарата ООН, представляют ту, идущую вопреки здравому смыслу обычного «человека с улицы», обширную помощь, которая направляется, по сути, бандитам и у них оседает. Но ведь эту помощь определяет, направляет и распределяет почти двадцатитысячный аппарат, от этой процедуры кормящийся. Прекратить это и выйти обездоленными работниками на жестокий рынок труда в эпоху экономического кризиса? Вы что, шутите? Кто из замешанных в процедуре раздачи-передачи на это пойдёт? Только дурак. А они-то заняты своим делом – подметанием улиц. А то, что для обоснования необходимости помощи приходится врать и мараться – так это и есть элемент работы, за которую дают вознаграждение. Совсем чистые, доходные и лёгкие работы редки, и давно заняты другими, более удачливыми.
Я давно думал на эту тему, прежде чем пришёл к закону, вынесенному в эпиграф. К нему шёл годы. Однако в итоге он явился ко мне в виде внезапного озарения. Думаю, об этом происшествии стоит рассказать. В СССР даже коренного жителя, не то что человека, приехавшего из-за границы, поражали нехватки, дефициты, нелепицы каждодневной жизни. Проблемой были не только экзотические продукты и изделия, но и но и самые необходимые вещи, к примеру, книги – сочинения вполне дозволенных и даже рекомендуемых авторов, или обычные услуги.
Самым ходовым объяснением дефицита и прочих неурядиц была глупость начальственных структур – снизу доверху. Эта глупость была объектом множества анекдотов и предметом постоянного застольного зубоскальства.
Но так вышло, что случай столкнул меня с несколькими представителями власти, притом отнюдь не её высшего эшелона. Как-то ехал в одном купе с секретарём горкома партии небольшого города, несколько часов подряд праздновал вместе с заместителем председателя облисполкома защиту диссертации его сыном, был на приёме в ленинградском горкоме при разборе моей жалобы на запрет командировок за границу. Имелся и ряд других пересечений. И во всех случаях своим собеседником я видел достаточно умного, неплохо образованного и компетентного человека. Мысль о том, что мозги уничтожаются или разлагаются в процессе дальнейшего продвижения вверх, я отвёл как малоубедительную. С другой стороны, жизненный опыт показывал, что нахождение «внизу» отнюдь не было синонимом интеллекта и образования.
Озарение пришло внезапно. Определённо, к нему привели какие-то высшие силы. Помню, меня пригласили в Москву на заседание оргкомитета конференции на один день, и я обещал приехать. Билеты «туда» дали в управделами Северо-западного отделения АН СССР, а «обратно» – не смогли – было уже поздно.
Приехав на Ленинградский вокзал в Москву, я был поражён размером очередей за билетами на сегодняшний вечер, и близкой к нулю скоростью их продвижения. Очевидна была неспособность организовать продажу билетов. В голову лезли мерзкие мысли про моё ближайшее будущее на панели. «Но ведь тогда почти все эти, из очереди, будут моими соседями. Поезда уйдут пустыми. На вокзале же будут копиться и копиться ленинградцы». Ясно, что этого не могло быть хотя бы просто исходя из закона сохранения числа жителей.
Следовательно, должен был существовать простой и эффективный способ распространения билетов. В поисках возможного «кассира», я заподозрил стоящих в центре зала милиционера и носильщика. Они оказались непричастны. Оглядевшись, я обратил внимание на дверь с надписью «Посторонним вход воспрещён», рядом с которой была кнопка звонка. Я нажал. Дверь открылась. «Чего вам?», – услышал я. «Один купейный, поезд №2 или 4[5], нижнее», – ответил я. «Пятнадцать рублей[6] и приходите после трёх»,- был ответ.
Полчетвёртого, с приятелями, мы приехали на вокзал. Немыслимо эффективно работала «касса». И я внезапно понял – беспорядок, дефицит[7] – не следствие глупости, но механизм заработка и приобретения влияния. Ведь директор книжного магазина, к примеру, мог открыть множество дверей не взяткой, а просто «подарком» дефицитной книги. Я понял, обобщая – нет наверху дураков, они все метут улицы. Есть расчёт, иногда интуитивный, но всегда направленный на усиление своей власти и влияния.
Теперь мои глаза раскрылись – я нашёл ключ к пониманию страны и строя, даже более того – стран и строев. Постепенно осознал, что открыл важнейший универсальный социальный закон. Именно он позволил мне через много лет понять смысл преобразований начала девяностых годов – довольно дикой, подчас осуществляемой на первый взгляд просто глупой либерализации цен и последующей приватизации. Но я знал Закон №2 и быстро понял, что принимаемые меры вовсе не глупы, а очень эффективны в строительстве нового класса собственников. В происходящем же важнейшим фактором является обеспечение наследования властных привилегий и собственности уходящих «начальников». Подробно это описано в моём интервью «Зачем нам разрешили перестройку», опубликованном газетой «Санкт –Петербургские ведомости» в 1993 г.
Замечу с некоторой печалью, что знание законов как таковое не освобождает от ошибок. Так, обещание М. С. Горбачева заботиться о «будущем наших детей», я воспринял, потом стало ясно – по ошибке, как относящееся ко всем нашим детям, а он по сути думал о своих.
Позволю себе закончить исправлением старинного рецепта. Вместо «ищите женщину», «ищите выгоду», и будете вознаграждены по крайней мере интеллектуально, а, коли захотите и сумеете присосаться, и материально. Не ищите дураков – это отнюдь не редкое явление, хотя, не будь их столь много, особой выгоды никому в этом мире не добиться.

[1] Всего их мною пока открыто восемь, но остальные семь прямо к обсуждаемой проблеме не относятся.
[2] В США президент навсегда «Г-н президент».
[3] Нормальное государство на базе палестинской автономии создать в обозримом будущем по многим причинам невозможно.
[4] Цитирую по памяти
[5] Лучшие поезда на Ленинград, №2 была знаменитая «Красная стрела».
[6] Официальная цена была 12 руб.
[7] Роль дефицита в определении общественной иерархии была отмечена в знаменитой миниатюре великого А. Райкина.
]]> http://morgulis.tv/2010/12/o-gluposti-liderov-miron-ya-amusya-professor-fiziki/feed/ 0 http://morgulis.tv/2010/12/robert-dilts-dejstvitelno-li-vselennaya-druzhestvennoe-mesto/ http://morgulis.tv/2010/12/robert-dilts-dejstvitelno-li-vselennaya-druzhestvennoe-mesto/#comments Tue, 07 Dec 2010 10:11:12 +0000 admin http://morgulis.tv/?p=2706 Я считаю Альберта Эйнштейна одним из своих духовных наставников и учителей. Я родился в той же больнице, в которой умирал Альберт Эйнштейн в Принстоне, Нью-Джерси. Я родился в то же время, когда он умирал. Так что я пришел, а он ушел.

Есть интересный анекдот о репортере, интервьюиро­вавшем Эйнштейна в конце его жизни. Вопрос репортера был таким:

- Доктор Эйнштейн, вы считаетесь величай­шим гением. На самом деле, вас считают символом гени­альности нашего столетия. Ваши мысли затрагивают все, от атома до Вселенной. Вас считают и великим ученым, и гуманистом, и мыслителем. Вы, как известно, являетесь пацифистом, и в то же время ваши открытия и идеи ис­пользовались для создания некоторых наиболее ужасаю­щих типов оружия разрушения. Исходя из этого, какой, по вашему мнению, наиболее важный вопрос стоит перед человечеством?

Прежде, чем ответить, Эйнштейн харак­терно посмотрел вправо и вверх, куда-то на мгновение в пространство, затем он посмотрел вниз перед собой. Наконец, он взглянул на репортера и сказал:

- Я думаю, что наиболее важный вопрос для человечества — на са­мом ли деле Вселенная — это дружественное место? Поскольку если мы решим, что Вселенная недружелюб­на, то нам потребуется использовать свое знание и техно­логию, чтобы создать побольше оружия и побольше стен, чтобы уничтожить враждебность или закрыться от нее. И я считаю, что мы добрались уже до той точки, где наше оружие может уничтожить нас самих. Если мы решаем, что Вселенная не является ни дружественной, ни враж­дебной и что Бог играет в кости с Вселенной, то тогда ничто не имеет значения. То, чем вы занимаетесь, на самом деле не имеет значения, это всего лишь расклад иг­ральных костей. Если, с другой стороны, мы решим, что Вселенная является дружественным местом, то нет нуж­ды в оружии и стенах, а сила и безопасность придут через использование нашего знания и наших технологий, и тогда мы создадим инструменты, чтобы лучше понять Вселенную и ее положительные цели. С такими инстру­ментами мы сможем определять и направлять дружелю­бие.

Кстати, «дружественная Вселенная» еще не означает безопасность. Если мы обладаем инструментами, чтобы найти положительные цели, мы можем создавать кон­текст безопасности, в которой мы можем расти и процве­тать.

Вы могли бы задаться вопросом:

- Если люди имеют положительные намерения, почему они делают такие плохие вещи? Почему люди ведут себя плохо, если у них есть положительные цели?

Согласно нашему понима­нию, если у вас есть положительное намерение, но очень ограничена карта мира, то эта карта ограничивает пути, которыми можно достичь и выразить свое положительное намерение. Если ваша карта мира основана на страхе и насилии, то стараетесь ли вы защи­тить кого-то или просто поразвлечься — все это вы будете делать через фильтр страха и насилия.

Есть такое предложение, что вместо того, чтобы счи­тать себя человеческими существами с духовными пере­живаниями, лучше считать себя духовными существами с человеческими переживаниями. Особенно в этом смысле мне нравится одна цитата Альберта Эйнштейна, который сказал:

«Человеческое существо — часть целого, названного нами “Вселенной”… Часть, ограниченная во времени и пространстве. Оно испытывает свои мысли и чувства от­дельно от остального — своего рода оптическое заблужде­ние его сознания. Это заблуждение — своего рода темни­ца для нас, ограничивающая нас в наших личных желани­ях и привязанностях. Наша задача должна состоять в том, чтобы освободиться из этой темницы, расширяя свой круг сострадания для восприятия всего сущего и всей природы в ее красе».