Временами, стихи, как капли боли или радости касаются нашего сердца. Неожиданно приплывают,  швартуются  у причала души, и мы начинаем вспоминать жизнь, любовь, Бога. Так приплыли  ко мне эти строчки Бориса Леонидовича Пастернака, поэта, мыслителя, закрывшего глаза и уши от сталинской кровавой эпохи, видевшего и слышавшего жизнь только  сердцем. И, возможно благодаря этому,  не умершему в тюрьме, не расстрелянному, как его товарищи-поэты.  И стихи писал он тоже сердцем,  закрытым  под семью замками.  Но вслушайтесь в его тайны, в его зашифрованные мысли, и вы поймёте, как билась в сострадании к другим каждая его жилка, как наполнена болью каждая артерия, как уповает он на Господа всеми фибрами, струнами своей души. И очень захотелось, чтобы не только я, а многие  сейчас коснулись его прекрасных слов.

Михаил Моргулис

.

Нас всех друг другу посылает Бог.
На горе иль на радость – неизвестно,
Пока не проживем цикличный срок,
Пока мы не ответим свой урок
И не сдадим экзамен жизни честно.

Мы все друг другу до смерти нужны,
Хоть не всегда полезность очевидна,
Не так уж наши должности важны,
И не всегда друг к другу мы нежны –
Бывает и досадно, и обидно.

Как знать: зачем друг с другом мы живем?
Что вместе держит нас, соединяет?
По жизни мы идем, и день за днем
Себя друг в друге лучше узнаем
И шляпу перед зеркалом снимаем.

Нас манит даль непройденных дорог,
А друг в дороге – радость и подмога.
И не сочтем высокопарным слог:
Нас всех друг другу посылает Бог.
И слава Богу – нас у Бога много.

Борис Пастернак

- Здравствуй, Господи.

- Здравствуй. Скажи, доволен ли ты прожитой жизнью?
- Даже не знаю, что тебе сказать, Господи… Пока я жил, мне было хорошо. Я грабил людей, воровал. Денег всегда хватало. И жил я весело и беззаботно, пока люди не поймали меня и не повесили. Но теперь я вот думаю – наверное жил я неправильно. И я бы хотел исправиться. Ты только не наказывай меня, Господи. Я же ни в чем не виноват, если разобраться. Ведь это ты дал мне такую жизнь.
- Я не накажу тебя. Скажи, кем бы ты хотел быть в следующей жизни?

- Сделай меня простым человеком, Господи. Чтобы я честным трудом зарабатывал себе и своей семье на хлеб.
- Как тебе будет угодно.

- Здравствуй, Господи.
- Здравствуй. Скажи, доволен ли ты прожитой жизнью?
- Нет, Господи. Мне жилось очень тяжело. Всю жизнь я работал с раннего утра и до позднего вечера. Но жил в нищете. Я сам, моя жена и дети мои голодали. За всю свою жизнь я не знал ничего иного, кроме голода, холода и унижений.
- Скажи, кем бы ты хотел быть в следующей жизни?

- Я хочу быть богатым человеком. Чтобы у меня был большой дом, много хорошей земли, чтобы еды всегда было в избытке, чтобы я и дети мои имели все, чего бы ни пожелали.
-Как скажешь, так и будет.

- Здравствуй, Господи.
- Здравствуй. Скажи, доволен ли ты прожитой жизнью?
- Спасибо тебе, Господи. Большую часть своей жизни я был абсолютно счастлив. Мне было так хорошо, что я даже и не вспоминал про тех людей, которые расплачивались своей бедностью за мое богатство. Но потом они
пришли в мой дом, убили меня, мою жену, моих детей и забрали моё имущество. Но я понимаю их. Когда я был бедным, то мечтал сделать то же самое. Не наказывай их, пожалуйста, Господи.
- Не накажу. Скажи, кем ты хочешь быть в следующей жизни?
- Я теперь понял, это плохо, когда одни люди живут за счет других. Сделай меня богатым снова, Господи. На этот раз все будет по-другому.
- Будь по-твоему.

- Здравствуй, Господи.
- Здравствуй. Скажи, доволен ли ты прожитой жизнью?
- Спасибо тебе, Господи. Ты сделал все как я просил. Но больше не делай
меня, пожалуйста, богатым человеком. У меня было много денег, и я построил большой завод. Я создавал рабочие места, повышал зарплаты, оплачивал своим работникам обучение по специальности. Но чем больше я для них делал, тем больше им казалось, что я им что-то недодал. Я только в этой жизни подумал – нелегко тебе, наверное, с нами, Господи. Через созданные мной для них профсоюзы, они требовали еще бОльшего повышения зарплат, различных льгот и пособий для себя и своих семей. А работали при этом из года в год всё хуже и хуже. Потом мой завод обанкротился, и меня за долги посадили в тюрьму. А мои бывшие работники проклинали меня за то, что по моей вине они лишились работы и средств к существованию.
- Кем же ты хочешь быть в следующей жизни?
- Сделай меня какой-нибудь знаменитостью. Я хочу, чтобы люди любили меня и восхищались мной.
- Я сделаю как ты хочешь.

- Здравствуй. Скажи, доволен ли ты прожитой жизнью? [судьба]
- Спасибо тебе, Господи. Ты сделал все как я хотел. Толпа обожала меня. Что бы я ни делал, вызывало у них восторг. Но больше не делай меня, пожалуйста, знаменитостью. Обожание толпы быстро наскучило мне и даже стало раздражать своей назойливостью. Самые близкие друзья втайне завидовали мне и желали мне зла. Мои дети ненавидели меня, потому что я был слишком занят собой и своей работой. Когда я умирал, по мне не горевал никто, кроме безликой толпы.
- Кем же ты хочешь быть теперь?
- Сделай так, Господи, чтобы я прожил тихую и спокойную жизнь, где-нибудь подальше от людей.
- Как тебе угодно.

- Здравствуй, Господи.
- Здравствуй. Скажи, доволен ли ты прожитой жизнью? [судьба]
- Да, Господи, большое спасибо тебе. Я хорошо отдохнул. Но больше не делай меня лесником. Мне было скучно и одиноко.
- Тогда кем ты хочешь стать теперь?
- У меня было много свободного времени, Господи. Я читал книги, думал о жизни и о людях. Мне кажется, я понял как можно сделать людей счастливыми.
Сделай так, чтобы я стал пожизненным диктатором, и я сделаю мир лучше.
- Как пожелаешь.

- Здравствуй, Господи.
- Здравствуй. Скажи, доволен ли ты прожитой жизнью?
- Мне удалось сделать всё, что я хотел, Господи. Я принес людям порядок и справедливость. Мир стал лучше. Но для этого пришлось уничтожить всех, кто пытался мне в этом помешать. Мои руки по локоть в крови. Накажи меня,
Господи.
- Я никого никогда не наказываю. Ты сам накажешь себя в следующей жизни.
Если захочешь. А теперь скажи, кем тебя сделать теперь?
- Сделай кем угодно. Только пожалуйста, Господи, не делай меня больше человеком.
- Будь по-твоему.

А кем бы  хотели быть вы?

 Это не библейские 10 заповедей, это другие заповеди. Но, как каждый человек, может стать отражением Бога, так  и наши заповеди могут стать отражением заповедей библейских. Они не заменяют заповеди Библии, они дополняют их, Читайте их глазами, а  осознавайте душой и сердцем - нашими приборами для общения с Богом.

Михаил Моргулис

ДЕСЯТЬ НОВЫХ  ЗАПОВЕДЕЙ 

1]  Молитва – это не «запасное колесо», которое ты вытаскиваешь, когда у тебя неприятности, но это «штурвал», который направляет тебя сквозь них по правильному пути.

2]  Что же это ПЕРЕДНЕЕ ВЕТРОВОЕ СТЕКЛО машины такое большое, а ЗЕРКАЛО ЗАДНЕГО ВИДА такое маленькое?  Это потому, что наше ПРОШЛОЕ не так важно, как наше БУДУЩЕЕ. Стало быть, Смотри Вперёд и не останавливайся. 

3]  Дружба подобна КНИГЕ. Сжечь можно за секунды, но написать её займёт годы.

4] Всё в жизни непостоянно. Если всё идёт хорошо, наслаждайся, ибо это не продлится вечно. Если всё идёт плохо, не беспокойся, это тоже долго не протянется.

5] Старые друзья – Золото! Новые друзья – Бриллиант! Если нашёл Бриллиант, не забывай Золото! Ибо, чтобы удержать Бриллиант, тебе понадобится Основа из Золота!

6] Часто, когда мы теряем надежду и думаем, что это конец, БОГ улыбается свыше и говорит: «Расслабься, милый, это просто поворот на дороге, а не конец!»

7]  Когда БОГ разрешает твои проблемы, ты веришь в ЕГО способности; когда БОГ не разрешает твои проблемы, ОН верит в твои способности.

8]  Слепой спросил святого Антония: «Может ли быть что-нибудь хуже, чем потеря зрения?” Святой ответил: «Да! Потеря твоего видения.» 

9] Когда ты молишься за других, БОГ слушает тебя и благословляет их; и иногда, когда ты здоров и счастлив,  помни, что кто-то помолился за тебя.

10] БЕСПОКОЙСТВО не устраняет завтрашние ПРОБЛЕМЫ, оно забирает сегодняшний ПОКОЙ.

Михаил Моргулис,

Флорида

ПОГРУЖЕНИЕ В ЗЕЛЁНЫЙ СОН

Это не очерк, не эссе, это короткий мазок по огромному холсту. Это просто мазок и вдох. Вдох и мазок! И ещё здесь чуть сдерживаемое дыхание страны. И ещё – описание её. Всего лишь песчинка, поднятая с берега океана.

«Голых веток оснежен излом. Круглый месяц на дне Голубом. Ворон на ветке во сне Снег отряхивает крылом». Думаете, древний японский стихотворный жанр – танка? Нет, только подражание ему. И, знаете, кем? Русским поэтом-символистом Вячеславом Ивановым, написавшим это в 1935 году. И где! В Париже! Изменчивая российская судьба. И вечные японские поэтические строчки – штрихи, замирающие в небе.

Но мы увидели Японию в изумрудно-зелёной изысканности мая.

Мы прилетели из Южной Кореи, где я вдоволь усладил плоть любимой корейской едой, да так, что напрочь пропах пронзительной красной капустой кимчи.

Здесь, в воскресенье, в огромной церкви Манмин (Для всех народов), я сказал перед ста тысячами корейцев: «Понимание святости Божьей придаёт смысл всему христианству. Без него христианство – догма. С ним христианство – очищение души и прикосновение к Богу».

Потом было прощание улыбающихся, скрывающих усталость людей. И потом мы взяли курс на Японию.

Что я запомнил больше всего в Японии, скажу сразу. В Токио, возле Императорского сада, на слегка загаженном озере, танцевал одинокий белый лебедь. По правде говоря, он был не вполне белым, а местами грязноватым. Но, всё равно, в этой жизни он был белым лебедем! Мне казалось, что он танцевал для меня и предупреждал танцем о чём-то… Из воды выпрыгивала большая красная рыба, с открытым ртом и выпученными круглыми глазами.

Почему возле лебедей всегда открытые рты и выпученные глаза?..

Нас спросили: «Вы хотите жить в современной гостинице или предпочитаете гостиницу в старом японском стиле»? Естественно, зажмурившись от собственной смелости, мы ответили: «В старом!». При входе в зелёную гостиницу нам сказали, в номере переодеться в кимоно, в обычной одежде в холл желательно не спускаться. Мы надели кимоно и весь вечер просидели внизу, при свечах, пили зелёный чай и ловили запахи незнакомых цветов и масел.

Потом мы пошли в старинную баню при гостинице, где надо было вначале прыгать в огромную деревянную бочку с очень горячей водой, а из нее – в бочку поменьше, с холоднющей. От японцев шёл пар, когда они прыгали в холодную воду. Мы тоже прыгали туда-сюда, и через полчаса, видимо, лица наши вытянулись, а глаза сузились, и мы стали задумчиво бормотать, что треск ветвей напоминает о приближении старости, а крик жаворонка – что где-то вверху парит наша мечта. В раздевалке старый японец надевал кальсоны, примерно такие носили в России в послевоенные годы. Потом старик, игнорируя нас, надел две пары носков. Он показался мне пришедшим из прошлого самураем.

А, вообще, в этой стране, где сейчас живут 128 миллионов человек, всё уживается очень мирно. Кажется, что она тихо и незаметно переползла из древности в современность, ничего не утеряв по пути. И поэтому сосуществуют и уникально дополняют друг друга высочайшие технологии и деревянные туфли с холщовыми халатами, рисовыми циновками и крошечными чайными чашечками.

С чем ассоциировалось слово «Япония» 50 лет назад? Иероглифы, самурайские мечи, рисовые поля, солдатские обмотки, сморщенные лица под соломенными шляпами. А сейчас какие ассоциации? Высокие компьютерные технологии, лучшие в мире автомашины, телевизоры, кинокамеры и красивый путешествующий народ. Почему Япония получила такое благословение, при сравнительно средних лидерах, не знаю. Благословение дается по Божьей, а не по нашей логике. Может быть, потому что это единственная страна, которая познала сжигание человеческих тел атомными зарядами.

Я научился говорить «арегото», с ударением на последнем слоге. Это означает «спасибо».

Ещё я запомнил кафе, где кофе разливала женщина с удлиненными грустными глазами, её ресницы иногда вздрагивали, как потревоженные бабочки. Она только один раз взглядывала на человека и потом, на какое-то время, уходила внутрь себя.

Мы бросали в чашечки маленькие кусочки коричневого сахара, они тонули в кофе. И мы тонули в людях.

Вокруг точёные лица, с плавной аристократической горбинкой на носу, с чарующей раскосостью очей. А также простые и добродушные расплющенные булки физиономий, с тёмными изюминками глаз. В целом, японцы очень заметно подросли. А вот ноги у многих женщин коротки, кривоваты и тонки. Хотя не у всех. Когда мы млели под солнцем на траве Императорского сада, вошла и села под дерево девушка с непомерно длинными, как будто по специальному заказу изготовленными ногами, такими, что дух захватывало, пока мы скользили взглядом сверху вниз по их бесконечности.

У японцев своя мода, я о ней потом чуть-чуть расскажу. Но у «белых воротничков» незыблемый чёрный костюм, даже в жару, белая рубашка, тёмный галстук, чёрные туфли. Скука смертельная, японские менеджеры показались мне даже скучнее офисного народа Соединенных Штатов.

В метро чисто и безопасно. Пассажиры спят, или прикованы к мобильным коммуникаторам. Связь со всем миром. Смотришь, пишешь, слушаешь, получаешь, покупаешь, платишь. Живёшь. А на соседей ноль внимания. Это реальное будущее мира.

На ученицах школ форма, похожая на матросскую. Много девчонок с идеальными линиями тела, однако немало – с удивительно толстыми бедрами. Иногда по улицам проходят сосредоточенные люди в самурайских костюмах или ярких кимоно, в деревянных сандалиях, с лакированными волосами, убранными в косичку. Это ревнители японских ценностей, патриоты.

В Токио живёт 12 миллионов человек. Улицы в часы пик невероятно запружены машинами. В это время станции и вагоны метро до отказа заполнены разноцветной целеустремлённой толпой. Утро перед работой – японское чистилище. Специальные работники в часы пик буквально запихивают пассажиров в поезда, утрамбовывают вагоны спешащим народом. Из-за этих столпотворений некоторые выезжают из дома за три часа до работы.

При этом надо учитывать уклад жизни среднего японца. Тысячи ресторанчиков и кафетериев открыты до ночи. Японцы любят хорошо поесть и выпить сакэ поздно вечером. Они едят всласть и не спеша. Поэтому многие ложатся в два ночи, а просыпаются в пять утра. Понятно, почему во всей Японии хронический недосып. Это массовое явление родило новые веяния в жизни страны. Например, в деловых районах строятся десятки дешёвых домов-гостиниц, где вас помещают не в номер, а в отсек, похожий на что-то среднее между гробом без крышки и корытом. Здесь места хватает только для тела. В уголочке телевизор размером с записную книжку. Зато утром вы пешком добираетесь до работы за двадцать минут. Эти новации дали толчок производству рубашек разового пользования, из прочной бумаги. Для «белых воротничков» явиться в контору в чистой белой сорочке равно по значению самурайской присяге на верность. Без увеличительного стекла вы не отличите рубашку-однодневку от обычной. После рабочего дня ее попросту выбрасывают. Стоит такая рубашка копейки. Японцы рады этому изобретению не меньше, чем победам в компьютерных технологиях.

В Токио мы были на знаменитом рыбном рынке Цукидзи. Он считается самым большим в мире. Какие там картины больших и малых голландцев! Какие картинки в книгах по ихтиологии! Перед сокровищами этого рынка всё выглядит блекло и абстрактно. Это весь подводный мир океана, перенесённый на деревянные столы. Перечислить всё виденное, нет сил и памяти. Это – завораживающий прощальный танец подводного царства. Ошеломлённый, я вначале отмечал только знакомое: скумбрия – любимая рыба одесского люмпен-пролетариата, бычки – апофеоз закуски советского плебса. Встретил ещё пару узнаваемых рыб, а остальное, простите, было совершенно незнакомым и невероятно ярким. Мелькали перед глазами величественные туши двухметровых тунцов, морские раковины всех видов и форм с их экзотическими обитателями, бледно-розовые лососи, гигантские крабы, длинноусые лангусты и ещё тысячи разных морских существ, которых видишь впервые в жизни, не подозревая, о том, что всё это можно употреблять в пищу.

По рынку ходят элегантные японские джентльмены, это метрдотели и шеф-повары лучших японских ресторанов, начинающие утро с осмотра улова Цукидзи. Конкуренция бешеная, поэтому здесь часто кипят страсти, как на Токийской фондовой бирже. На Японию приходится 10% мирового потребления рыбы, то есть каждая десятая рыбина мирового улова съедена японцем. И почти 90% торговли рыбой и морепродуктами в Японии приходится на рынок Цукидзи.

Перефразируя французскую классику – мы были в рыбном чреве Токио, Мекке для гурманов. Вообще, слово «Цукидзи» переводится как «земля, отвоёванная у моря». Но это ещё и улов, отвоёванный у моря. Мы сели перекусить тут же, в крошечном кабачке, одном из десятков подобных. Я смотрел, как старик японец нарезал сырую рыбу. Он делал это с огромным вниманием, не отвлекаясь ни на что, не отвечая никому. Его работа – дело серьёзное. В Японии такая профессия считается очень ответственной и опасной. Становясь мастером подготовки сырой рыбы для еды, ты берешь на себя ответственность за жизнь людей. Ошибешься, пропустишь ядовитую часть рыбы, и всё, конец клиенту и тебе. Почему и «тебе»? Потому что от такой ошибки тебе до конца дней твоих позор и анафема. Поэтому готовят здесь таких мастеров в специальных школах, где курс обучения 6-7 лет.

Мы получаем плошки супа «мисо», плошки с нежными кусками рыбы на клейком чистом рисе с водорослями, свежеприготовленный хрен васаби. Из старого чайника с заваренным зелёным чаем идёт пар, нам наполняют пиалы, чай слегка обжигает губы, шепчутся простые слова молитвы, и в этот момент вы чувствуете, что жизнь прекрасна.

С моста Нидзюбаси, главного входа в Императорский дворец, мы смотрим, как на светлом небе чеканится изящный конус горы Фудзияма, или Фудзи. Это не просто заснеженная гора, для японцев Фудзияма – символ национального духа, великое звено, связывающая прошлое и настоящее страны. Название горы произошло, возможно, от имени богини огня Фусхи у айнов, древнейшего народа, до сих пор населяющего центральную часть Японии. Ну да, Фудзи, по существу, вулкан, время от времени извергающийся. Часто эту священную гору художники отождествляют с прекрасной девушкой, у которой на белом плече ветка глицинии с цветком. О Фудзияма сотни поэтов складывали стихи. Более 300 лет назад поэт Басё писал: «Пускай туман, осенний дождь, Не видно мне Фудзи, Но греет сердце мне она, В моей больной груди…»

По токийской реке Сумида плывут маленькие лодки и деловые катерки. Токийцы очень любят свою реку и даже создали ее музей. Во всём мире известны картины и гравюры с одной лишь темой: «Любование цветами на реке Сумида». Раз в году на реке проводятся красочные «огненные фестивали». Салют, фейерверки, петарды, хлопушки, праздничные гуляния. В честь чего? Как ни странно, в честь соотечественников, погибших 600 лет назад от чумы.

В Императорском дворце расположен древний форт, Меня поразили камни, которыми обложены его защитные стены, более 5 метров длиной и весом около 5 тонн каждый. Как же могли тогда, лет 700 назад, когда строительной техникой были только руки, обкладывать такими камнями стены?! Но вспомнил египетские пирамиды и слова из Библии: «Будете, как боги», и вновь сообразил, что человек может совершить всё… Почти всё…

Токио – во многом, город пульсирующей человеческой энергии. Но в нём и особая гармония, дающая человеку возможность застыть у цветущей ветки или вслушаться в пение птицы, согреть уставшую душу, созерцанием прекрасного помочь ей. В Библии сказано: «Небеса проповедуют славу Божью». Значит, и каждый цветок, и каждую птичью песню…

И здесь люди умеют переключать своё внимание от забот, на ветви, птиц, снежные горы и струящиеся воды реки.

Сверкают ресторанчики, харчевни, забегаловки, в них чревоугодничают уставшие японцы. Они могут оттягиваться по-настоящему, полностью погружаясь в процесс наслаждения пищей.

Брызжет Токио рекламным огнём, открывает тайны приезжим, но не все.

Я понял, это по-настоящему остров Свободы. Не Куба, нищая, рабская, а пережившая атомные удары Япония, сумевшая выстоять и подняться до высот процветания.

Ещё мы побывали в популярных молодёжных кварталах, на улице Такеста, где сотни явно не дешёвых магазинчиков торгуют одеждой, обувью и безделушками, которые предпочитает молодёжь, от 15 до 20 лет. По улицам ходят, стремясь удивить друг друга выдумкой и раскованностью, мальчишки и девчонки. Наполовину рыжие, наполовину синие волосы, в большой моде пирсинг, носы, уши и губы проколоты, вдеты камешки и колечки, из всех дверей несётся возбуждающая громкая музыка. Но надо сказать, что у молодых японцев есть своя, японская мода. Конечно, многие пацаны  напоминают американских рокеров, панков и металлистов. И ещё больше их любят чёрный цвет. А девчонки, ну, просто конец света, кружевные чулки, умопомрачительные шорты, сникерсы безумных цветов. И всё же, это японская мода, хотя и с американским влиянием и французской элегантностью, но с японскими линиями, японскими орнаментами, японским лицом, японской гордостью.

Мы прощались с Японией в невероятно старом храме Асакуса Каннон. Он считается самым священным храмом страны. Там есть камни, зелёные от вечности. Повеяло небом и детской мудростью прошлого. Как будто камни приоткрыли уставшие от жизни глаза. Я стал на возвышение и по-английски рассказывал людям о Христе. Они деловито проходили мимо, не мешая, но и не вникая. Меня слушал только буддийский монах. Он приблизился ко мне: «Мы знаем о Нём. Некоторые из нашего народа обратили к Нему свою жизнь. Уже есть такие. Но сегодня не отвлекай своё сердце. Будь с Ним, но не говори громко об этом. Это же любовь…»

Я вспомнил японское слово «сатори». Достигнуть в душе сатори, это значит обрести душевное спокойствие, ощущение небытия, почувствовать внутреннее просветление.

Вся Япония была для нас храмом просветления, хрупкости, углубления в тишину природы. И вежливости.

Как будто мы были погружены в прекрасный зелёный сон.

Арегото тебе!

Михаил Моргулис

После погрома. Художник Й.Матлер.

“…  проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей;
¹⁸ терния и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою;
¹⁹ в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься. (Бытие, 3-я глава)Мир давно стал терять человеческие черты, данные нам Богом. Очень давно. С тех пор, как мы захотели обрести свободу без Бога.  И идём мы в своём развитие, теряя по дороге всё прекрасное, что  дал нам Творец: любовь, терпение, великодушие, сопереживание. Мы получили свободу, но потеряли Бога. Мы Богом заплатили за ничтожество нашей  свободы. И  в этой свободе мы приобрели черты всего  гадкого, грязного, всего того, что  противоестественно Божьему замыслу, всего того, что называется   характером дьявола. И мы не хотим, мы просто активно не желаем слушать о нашей жестокости, о нашей внутренней звериности, о нашей кровавой жадности, жажды крови.  Мы говорим, что там Холокост, 6 миллионов евреев, да, ладно, говорят их было поменьше, 500 тысяч русских немцев, убитых Сталиным во время их депортации, да кто их знает война шла, чего их жалеть,  5 миллионов  во время голодомора на Украине померли, да хохлы как всегда прибавляют, армян вырезали 2 миллиона, да когда это было, пусть турки отвечают, цыгане и все там остальные? Да выбросьте это из головы!  Будьте проще. Жизнь одна, живёте? так и живите себе!  

 Я бы выбросил из головы, так оно же в душе остаётся. Как только  последняя в этом мире душа забудет о наших злодеяниях, в тот же момент наш мир погибнет.  В это мгновение  роль мира  в замысле Бога  закончится. Закончится смысл его существования. В обретении свободы  без Бога, мы обрели свободу в дьяволе, свободу на совершение преступлений. Но до тех пор, пока пребывают на земле те, кто помнит о злодеяниях,  до тех пор  Бог хранит наш мир.

 Каждый из нас может стать тем человеком, ради которого Бог сохраняет жизнь на Земле. Мы не знаем  смысл Божьей логики и Божьих подсчётов, но Божья любовь  говорит: Пока остаётся хоть один человек на земле, верящий в Бога и помнящий наши злодеяния , и раскаивающийся  в них, Господь будет с нами, и по милости Своей сохранит этот безумный мир.

Может быть этот человек, вы?

Михаил Моргулис

www.morgulis.tv

ЕДВАБНЕ.      Александр Городницкий

В воду речную войти попытаемся дважды:
Всё изменилось вокруг со времен Гераклита.
В польской земле существует местечко Едвабне,
Тайна кровавая в этом местечке сокрыта.
После войны на полвека умолкло местечко,
Взгляд отводили поляки, которые старше,
Но неожиданно вдруг объявилась утечка –
Жид уцелевший, в Нью-Йорке профессором ставший.
Год сорок первый, дыхание горькой полыни,
Непогребенные юных жолнеров останки.
Польские земли идут из огня да в полымя, –
То под советские, то под немецкие танки.
И возникает, над Польшею вороном рея,
Эта позорная, черная эта страница,
Как убивали в Едвабне поляки евреев,
Чтобы деньгами и скарбом чужим поживиться.
Били и мучили их, убивали не сразу,
Тех, с кем годами до этого жили в соседстве,
Не по приказу немецкому, не по приказу,
А по велению пылкого польского сердца.
Красное знамя нести заставляли раввина,
Гнали по улицам через побои и ругань.
После загнали под черные срубы овина
И запалили бензином политые срубы.
В тот же сарай запихнули совместно с жидами
Статую Ленина, сброшенную с постамента,
Так и смешались, в одной захоронены яме,
Пепел людской и обугленный гипс монумента.
Что еще вспомнится в этом пронзительном вое,
Дыме и копоти? – В общем не так уж и много:
Школьник веселый играет в футбол головою
Только вчера еще чтимого им педагога.
Дети и женщины, и старики, и калеки, –
Было их много, – не меньше полутора тысяч.
Кто их припомнить сумеет в сегодняшнем веке?
Кто имена потрудится на мраморе высечь?
Всех извели, чтобы было другим не повадно,
Чтобы от скверны очистилась Речь Посполита.
В польской земле существует местечко Едвабне,
Тайна кровавая в этом местечке сокрыта.
Я побывал там недавно со съемочной группой,
В том городке, что по-прежнему выглядит бедно.
Площадь, базар, переулки, мощеные грубо,
Старый костел прихожан призывает к обедне.
Спросишь о прошлом, – в ответ пожимают плечами
Или слова подбирают с трудом и не быстро.
Как им живется, им сладко ли спится ночами,
Внукам людей, совершавших когда-то убийства?
Мэр городка черноусый по имени Кшиштоф
Дал интервью, озираясь на окна в испуге:
«Да, убивали поляки, конечно, но тише, –
Этого нынче никто не признает в округе».
Что до прелатов – ответ их всегда одинаков:
«Те и виновны, что в общей укрылись могиле, –
Сами себя и сожгли, чтобы после поляков
В том обвинять, что они никогда не творили».
Стебли травы пробиваются из-под суглинка,
В нынешнем веке минувшее так ли уж важно?
В польской истории нету названья «Треблинка»,
В польской истории нету названья «Едвабне».
Мир убиенным, землей безымянною ставшим,
Красным бурьяном, встающим над склоном покатым.
В русской истории нету названья «Осташков»,
В русской истории нету названия «Катынь».
Ветер в два пальца свистит, как раскосый кочевник.
Дождик танцует по сумрачному бездорожью.
Новые школьники новый листают учебник, –
Новая кровь открывается старою ложью.

Автор статьи и переводов—Дмитрий Якубов
Редактор—Наталья Ленская

Джордж Герберт.
3 апреля 1593 – 1 марта 1633

Поэт, блестящий оратор, священник Англиканской церкви, любимый прихожанами и верный своему долгу.

Родился Джордж Герберт в Англии, в Уэльсе. Он был пятым сыном в семье Ричарда и Магдален Ньюпорт Герберт. Когда мальчику исполнилось три года, умер его отец, оставив на воспитание матери десятерых детей: три сестры и семь братьев.
С ранней юности Герберт мечтал стать священником, поэтому выбрал соответствующее образование: он обучался в Вестминстерском Колледже, затем в школе Святой Троицы в Кембридже. В 1613 году Джордж Герберт получил степень бакалавра, а в 1616 — магистра богословия. В первых двух сонетах, присланных матери в 1610 году, он утверждал, что любовь к Богу важнее и прекраснее любви к земной женщине, а значит и более достойна описания в стихах. В 1612 году он пишет стихи на латыни, посвящённые смерти наследника престола Принца Генри (именно они стали первыми изданными стихами поэта).
После получения магистерского образования Герберта избрали членом совета школы Святой Троицы. В 1618 году он был назначен преподавателем риторики в Кембридже, а в 1620 – избран общественным оратором, на этой престижной должности он находился до 1628 года. Одной из обязанностей Герберта на этом посту было выступление на общественных мероприятиях от имени всего университета, от него требовалось хорошее знание правильной латыни. Одарённый и успешный во всех отношениях юноша привлёк внимание короля Джеймса, в результате чего в течение двух лет, в 1624 и 1625 годах, Герберт работал в Парламенте, избираясь в него как представитель Монтгомери.
В 1625 году, за год до своей смерти, знаменитый сэр Фрэнсис Бэкон посвятил Герберту свой перевод Certaine Psalmes.
В 1627 году Джорджа Герберта настигла серьёзная утрата — умерла его мать. Джон Донн, впоследствии во многом благодаря Герберту ставший знаменитым поэтом, произнёс над её могилой поминальную проповедь. Следующие два года были для Герберта достаточно успешными: он женился на кузине своего отчима Джейн Дэнверс, а его брат, Эдвард Герберт, английский философ и
неплохой поэт, был возведён в звание пэра. Однако в 1630 году, в возрасте 37 лет, Герберт решает отказаться от перспективной светской карьеры, чтобы вернуться к идеалам своей юности. Он оставляет все престижные должности и принимает «святые обеты» Англиканской церкви. В сане дьякона Джордж Герберт становится настоятелем небольшого прихода — ректором церквей Святого Петра в Фаглстоуне и Святого Андрея в Бемертоне — эти две небольшие деревеньки расположены между городами Вилтон и Сэйлсбери. Там он и провел оставшуюся часть жизни, проповедуя и сочиняя стихи.
Уже будучи тяжело больным, Герберт написал практическое руководство для священнослужителей «Сельский священник», где наряду с размышлениями о ведении приходских дел в сельской местности рассуждает о том, что такие «обычные и привычные для всех вещи», как плуг, дрожжи и танцы, могут «служить Свету и Небесной Истине». Также Герберт за счет собственных сбережений помогал восстанавливать старинные церкви XII-XIV века, в которых сам и служил. Он всегда заботился о своих прихожанах и помогал им, ведя подвижнический образ жизни, приходя домой к больным с церковными таинствами, раздавая еду и одежду всем нуждающимся; жители этой местности отвечали ему искренней любовью, поражаясь его одухотворенности, необычайным музыкальным и поэтическим дарованиям, и называли его «Святой мистер Герберт». Джордж Герберт умер, не дожив один месяц до своего сорокалетия…
Незадолго до смерти он послал рукопись со своими стихами Николасу Феррэру и попросил издать их, но при одном условии: если тот решит, что они могут наставить на путь истины хотя бы одну заблудшую душу. В противном случае поэт требовал просто сжечь свои работы… Герберт так и не увидел издания рукописи, произведения опубликовали в 1633 году, почти сразу после его смерти. Эти творения получили признание в обществе и пользовались такой популярностью, что до 1680 года переиздавались 13 раз. В итоге сборник «Храм духовных стихотворений» стал его главным поэтическим достижением. Поэтическое наследие Джорджа Герберта исследуется и изучается до сих пор. Многие его стихи стали религиозными гимнами, которые звучат и сегодня во время богослужений.
Англиканская Церковь празднует день памяти Джорджа Герберта ежегодно 27-го февраля, а Евангелическая Лютеранская Церковь Америки — 1-го марта. В Вестминстерском Аббатстве есть посвящённая ему оконная экспозиция, а на западном фасаде Кафедрального собора в Сэйлсбери установлена его статуя.

Искупление

У Бога взяв, растратил сбереженья.
Мне не везло, я был на всё готов!
Решился я подать Ему прошенье,
Чтоб Он списал хоть часть моих долгов.

На Небо я прокрался виновато…
- Он только что ушёл! – сказали мне, -
Ушёл в страну, что приобрёл когда-то –
Чтоб сделаться царём в Своей стране.

Узнав, что Он родился, без боязни
Я на земле искал Его везде:
В садах, театрах, в парках… На суде…
И там нашёл, приговорённым к казни -

Сквозь крик толпы я слышал глас Его:
«Ты больше Мне не должен ничего».

Redemtion

HAVING been tenant long to a rich Lord,
Not thriving, I resolved to be bold,
And make a suit unto him, to afford
A new small-rented lease, and cancell th’ old.

In heaven at his manour I him sought:
They told me there, that he was lately gone
About some land, which he had dearly bought
Long since on earth, to take possession.

I straight return’d, and knowing his great birth,
Sought him accordingly in great resorts;
In cities, theatres, gardens, parks, and courts:
At length I heard a ragged noise and mirth

Of theeves and murderers: there I him espied,
Who straight, Your suit is granted, said, and died.

Алтарь

Алтарь разбитый, раб Твой, снова строю…
Из сердца сделан он, скреплён слезою.
В работе руки Божьи помогли –
Бессильно здесь всё ремесло земли!

Хоть сердце схоже
С камнем, всё же
Суровый вид
Господь гранит.
Всё обработав
Без недочётов,
Научит впредь
О вере петь!

Смиренья дух коль сохранить сумею –
Пребудут камни с песнею Твоею…
Благослави на жертвенном пути,
И Свой Алтарь прими и освяти!

The Altar

A broken ALTAR, Lord, thy servant rears,
Made of a heart, and cemented with tears:
Whose parts are as thy hand did frame;
No workman’s tool hath touched the same.

A HEART alone
Is such a stone,
As nothing but
Thy power doth cut.
Wherefore each part
Of my hard heart
Meets in this frame,
To praise thy Name:

That, if I chance to hold my peace,
These stones to praise thee may not cease.
Oh let thy blessed SACRIFICE be mine,
And sanctify this ALTAR to be thine.

Молитва (1)

Молитва – это Церкви торжество -
Дух Божий с теми, кто родился снова.
Здесь поиск сердца, исповедь его,
И мера Правды для всего земного!

Упавший с ней достигнет Высоты -
Кнут Иисуса обуздает страсти.
Шесть дней творенья в ней откроешь ты…
Трепещет мир – он у неё во власти!

Она – покой, любовь, прощенье, свет…
Как Манной, ею можно насладиться!
С ней славой Рая человек одет,
В ней млечный путь, и рощ небесных птица,

Набата звон, общенья благодать –
И горечь истин, что сумел понять.

Prayer (I)

PRAYER the Churches banquet, Angels age,
Gods breath in man returning to his birth,
The soul in paraphrase, heart in pilgrimage,
The Christian plummet sounding heav’n and earth ;

Engine against th’ Almightie, sinner’s towre,
Reversed thunder, Christ-side-piercing spear,
The six daies world-transposing in an houre,
A kinde of tune, which all things heare and fear ;

Softnesse, and peace, and joy, and love, and blisse,
Exalted Manna, gladnesse of the best,
Heaven in ordinarie, man well drest,
The milkie way, the bird of Paradise,

Church-bels beyond the stars heard, the souls bloud,
The land of spices, something understood.

Зов

Жду вас, Правда, Жизнь и Путь!
Путь – дыхание и сила.
Правда – чтобы мир вернуть.
Жизнь – от смерти чтоб хранила!

Жду вас, Радость, Вера, Свет!
Свет – на пиршество дорога,
В Радости печалей нет,
С Верою – гостим у Бога.

Слава, Милость, Дух – я жду!
Слава – вечности частица,
Милость исцелит вражду,
Дух любовью насладится.

The Call

Come, my Way, my Truth, my Life :
Such a Way, as gives us breath :
Such a Truth, as ends all strife :
And such a Life, as killeth death.

Come, my Light, my Feast, my Strength :
Such a Light, as shows a feast :
Such a Feast, as mends in length :
Such a Strength, as makes his guest.

Come, my Joy, my Love, my Heart :
Such a Joy, as none can move :
Such a Love, as none can part :
Such a Heart, as joyes in love.

Ответ

Как снег, растаял мир, что создан мною.
То, что дала мне молодость моя,
Едва я головой встряхнул, листвою
Опало; закружилось, как «друзья
Поместий», мухи… Вы, быть может, мните,
Что я силён, свободен, страстен, прав –
Но я лишь раб, щепа в реке событий…
Так утренний туман, от сна восстав,
Стремится к небу дымкою летучей,
Но, съёжившись в пути, утратив пыл,
Он станет вдруг громоздкой, мёртвой тучей –
И плачет в темноте… Вам, кто учил
Меня, скажу, что тот лишь знает много,
Кто в мире отошёл и встретил Бога.

The Answer

MY comforts drop and melt away like snow:
I shake my head, and all the thoughts and ends,
Which my fierce youth did bandie, fall and flow
Like leaves about me, or like summer friends,
Flyes of estates and sunne-shine. But to all,
Who think me eager, hot, and undertaking,
But in my prosecutions slack and small;
As a young exhalation, newly waking,
Scorns his first bed of dirt, and means the sky;
But cooling by the way, grows pursie and slow,
And settling to a cloud, doth live and die
In that dark state of tears: to all, that so
Show me, and set me, I have one reply,
Which they that know the rest, know more then I.

Любовь (1)

Бессмертная Любовь, творец Вселенной!
Прекрасны и просты твои дела…
Твоё смешали имя с пылью тленной
Ничтожества, кому ты жизнь дала!
Теперь в почёте мелочные страсти
И вздорные фантазии. Теперь
Твои созданья – сердце, ум – в их власти!
Тебя, ограбив, выгнали за дверь.
Красива мудрость века, страсть – умна,
Весь мир пленён лукавою игрою.
Ты в стороне… И хоть одной тобою
Душа от преисподней спасена,
Где песнь тебе? Перчатки, шарф на шее –
Сидим в тепле и пишем гимн Психее…

Love (1)

Immortal Love, author of this great frame,
Sprung from that beauty which can never fade;
How hath man parceled out thy glorious name,
And thrown it on that dust which thou hast made;
While mortal love doth all the title gain!
Which siding with invention, they together
Bear all the sway, possessing heart and brain,
(Thy workmanship!) and give thee share in neither.
Wit fancies beauty, beauty raiseth wit:
The world is their; they two play out the game,
Thou standing by: and though thy glorious name
Wrought our deliverance from th’ infernal pit,
Who signs thy praise? only a scarf or glove
Doth warm our hands, and make them write of love.

Любовь (II)

Любовь Святая! Пусть сиянье Рая
Повременит. Пусть меньшие огни
Смирят весь мир пред тем, как он, пылая,
Умрёт. И верность нам в сердца вдохни,

Чтоб мы могли, Тебе готовя путь,
Все похоти испепелив сурово,
И мысль и чувства на Алтарь вернуть -
Тогда Твой пламень в мир прольётся снова.

От праха очи возведём к святыне,
И тленный ум поймёт, что ослеплён…
Тогда Добру Ты восстановишь трон
Везде, где похоть царствует поныне.

Почтится мудрость; мир падёт в моленье
Пред Тем, Кто создал нас и дал прозренье.

Love (II)

IMMORTALL Heat, O let thy greater flame
Attract the lesser to it : let those fires
Which shall consume the world, first make it tame,
And kindle in our hearts such true desires,

As may consume our lusts, and make thee way.
Then shall our hearts pant thee ; then shall our brain
All her invention on thine Altar lay,
And there in hymnes send back thy fire again :

Our eies shall see thee, which before saw dust ;
Dust blown by wit, till that they both were blinde :
Thou shalt recover all thy goods in kinde,
Who wert disseized by usurping lust :

All knees shall bow to thee ; all wits shall rise,
And praise him who did make and mend our eies.

Автор статьи и переводов—Дмитрий Якубов
Редактор—Наталья Ленская

 Совсем недавно сатана посмотрел  на мир, и говорит Богу:

- Посмотри что они делают внизу! Им не нужны Содом и Гоморра, они сами себя уничтожат…

         Бог вздохнул: –  Всё идёт по Моему замыслу. В раю они захотели свободу, и её получили.  Теперь всё плохое, что совершается, они валят на Меня. Такова человеческая благодарность. Кричат: Где был Бог?!   Там где и был.   А вот они были на земле, и всё это совершали… Более того, у них не только Каины убивали Авелей. У них  Авели убивали Авелей…

         –  С Иовом я Тебе проиграл. Хочешь ещё одно пари?  Дай им возможность  достичь  твоего, Божьего уровня, уровня Творца..  Посмотрим, смогут ли?    Я заявляю, что не смогут!

-  Смогут. Они Моё творение.  До этого Я позволял им использовать только 2% своих возможностей. Если Я благословлю, у них  включатся остальные проценты, и  они станут, почти как Я…

         – Нет, бессмертный…  Вспомни, Ты дал им веру, а я неверие, Ты дал им  разум, а я глупость, Ты дал упорство, а я дал упрямство, Ты дал щедрость, а я жадность, Ты дал радость, а я зависть, Ты дал добро, а я зло… Посмотри, мои качества в них побеждают…

        – Не во всех.  Вспомни, сколько людей тебя прогоняло… Сколько людей боятся тебя… От скольких ты убегал, когда они вспоминали  Сына Моего и Меня, и клали крестные знамения и произносили перед тобой Мои слова из Святого Писания….

          –  Хотя это правда, и большинство произносят Твоё имя, но  Тебя они не знают. Большинство людей знают меня, Твоего падшего ангела, Твоего князя тьмы…

           -  Ты прав, когда ты рядом с ними, им трудно найти Меня. Ты ведь через политиков указываешь им неправильные дороги… Ты искушаешь их браться за мечи и убивать друга… Ты послал на них болезни… Но они всегда продолжают искать Меня… И находят… И к концу, может быть все найдут Меня…

           – Никогда! Готовь новый замысел для мира! Ты допустил один Божественный промах… Да, по Твоему желанию они достигнут невероятных высот в технологии, они станут рядом с Тобой, они  смогут делать то, что можешь Ты… Но, когда они увидят, что стоят близко от Тебя, они захотят стать на Твоё место… Не забудь, ведь души их остались такими же низкими, какими были, когда Твоего Сына прибивали к кресту…  Но не переживай, Творец! Они не достигнут этого никогда! Потому что по мере своего восхождения к Тебе, они  испоганят и разрушат планету, которую Ты дал им для жизни, и погибнут вместе с ней!

        – Похоже. Но ты забыл о факторе Небесной любви. По Моему замыслу Я не должен их спасать, но по Своей Любви, может быть Я их спасу… Возможно эксперимент с ними не удался… Но любовь покрывает всё…Любовь, самое главное в этом мире зла.  Поэтому они достигнут места рядом со Мной… Но на Моё место они стать не смогут… Иначе их некому будет любить…

      - Это не по правилам! Это нечестно!

      - Ты прав. Это нечестно для тебя, но это честно для Меня… Я ведь их Отец… И это правило любви отцовского сердца Бога…

(Записал Михаил Моргулис)

Эдвард Тэйлор

перевод ДМИТРИЯ ЯКУБОВА

В станок прядильный обрати меня,
Твои Слова чтоб сделались опорой,
Чтоб ум связал всё крепостью ремня,
Чтоб в диск душа преобразилась скорый.
Общенье дай, чтоб оси закружить -
Станок прядёт, наматывая нить. 

Машиной ткацкой сделай, нить достань,
Дух Святый сделай стержнем и основой,
И Сам пряди из доброй нити ткань.
Пусть движет всё Завет Твой вечно новый…
Используй цвет Небесной красоты,
Пусть краской станут райские цветы. 

Чтоб ткань познанье, волю облекла,
Одень в неё и страсть и ум лукавый,
Пускай мой путь и слово и дела
Наполнят светом и Твоею славой.
И встану пред Тобою я, одет
В Святое одеянье—для побед! 

Huswifery
by Edward Taylor
 
Make me, O Lord, thy Spinning Wheele compleat; 
     Thy Holy Worde my Distaff make for mee. 
Make mine Affections thy Swift Flyers neate, 
     And make my Soule thy holy Spoole to bee. 
     My Conversation make to be thy Reele, 
     And reele the yarn thereon spun of thy Wheele.
 
Make me thy Loome then, knit therein this Twine: 
     And make thy Holy Spirit, Lord, winde quills: 
Then weave the Web thyselfe. The yarn is fine. 
     Thine Ordinances make my Fulling Mills. 
     Then dy the same in Heavenly Colours Choice, 
     All pinkt with Varnish’t Flowers of Paradise.
 
Then cloath therewith mine Understanding, Will, 
     Affections, Judgment, Conscience, Memory; 
My Words and Actions, that their shine may fill 
     My wayes with glory and thee glorify. 
     Then mine apparell shall display before yee 
     That I am Cloathd in Holy robes for glory. 

Большая часть американского континента может стать непригодной для жизни.

Гигантский спящий вулкан под Йеллоустоунским национальным парком в штате Вайоминг, США, в ближайшие годы может проснуться – впервые за последние 600 тыс. лет, сообщает журнал «Вокруг света» со ссылкой на газету Daily Mail. Если это произойдет, последствия для Америки и для всего мира могут быть катастрофическими.

Раскаленная магма под поверхностью гигантской кальдеры – воронки вулкана, занимающей больше половины территории национального парка, – начала подниматься еще в 1928 году. Однако в последние годы ученые заметили резкое увеличение скорости этого поднятия: это может означать, что вулкан готовится извергаться.

У ученых пока недостаточно данных, чтобы судить о том, будет ли извержение. Но если оно все же произойдет, последствия могут быть катастрофическими. Вулканический пепел выпадет в радиусе 1 000 миль (свыше 1 600 км) вокруг слоем толщиной в 10 футов (3 метра), сделав две трети территории США непригодной для жизни.

Миллионы людей при этом будут вынуждены покинуть свои дома, а авиасообщение в Северной Америке из-за гигантского облака пепла будет надолго парализовано. Конечно же, столь масштабная катастрофа не сможет не отразиться на жизни всей планеты.

КОММЕНТАРИИ МИХАИЛА МОРГУЛИСА

Что это, дети мира, дети Божьи? Может быть, это предупреждение всем, что время, предназначенное нам, заканчивается? Что задача, которую перед нами поставил Творец – невыполнена? Что мы не научились любить и сострадать? Что мы не поняли Божественную жертву в Иисусе Христе? Что мы  научились у Творца придумывать великие технологические штуки, но души наши остались на том же грубом и низком уровне? Так что же это, дети мира и дети Божьи? Вы видите, как планета  теряет свои привычные качества, как меняется температура, как рокочет небо и идут безумные дожди, как снег заваливает города и сёла, как жизнь человеческая становится абсолютно обесцененной, как разводятся миллионы мужчин и женщин, как антибиблейские и античеловеческие уродливые браки мужчин с мужчинами, а женщин с женщинами, становятся обычным явлением. Что ради своих удовольствий мы приносим в жертву любовь, дружбу, детей, близких. Но лихорадочно живущий мир интуитивно чувствует, что время выплаты долгов наступает. Он уже близко.  Давным-давно я писал об этом:

СУД

Наступит день, я думаю, что скоро,

Придёт за всё единственный  расчёт,

Настанет Суд, и праведный, и скорый,

И каждому Судья предъявит счёт

Записано там всё, не сомневайся,

Всё зло, что мы успели совершить,

А там хоть плачь, и мучайся, и кайся,

За всё придётся жизнью заплатить

Не жизнью, что мгновения короче,

Которой в мире грош всегда, везде,

А жизнью, что дают лишь Божьи очи,

Той жизнью, что в Рождественской Звезде

Той жизнью, что зовётся нами вечной,

Где нет греха, где счастье и любовь,

И за которую, Он тихо и сердечно,

Пролил Свою Божественную кровь

И потому, пред этой жизнью новой,

Мы все пройдём Его честнейший тест,

И нас рассудит быстро и сурово

Его Святой, политый кровью Крест!

Меня спросят, так что же делать?  Я вспоминаю притчу, когда у мудреца спросили: -Когда надо каяться?  – За день до   смерти! -Так мы же не знаем, когда умрём?! -Вот поэтому, каяться перед Богом надо СЕГОДНЯ!

Возможно, это ответ для всех нас. Может быть только после глобального покаяния, Творец и Господь, по милости Своей спасёт нашу землю и нас.

Михаил Моргулис. Флорида 22 января 2011 года от Р.Х.

]]> http://morgulis.tv/2011/02/prosnuvshijsya-vulkan-mozhet-unichtozhit-dve-treti-ssha-2/feed/ 0 http://morgulis.tv/2011/01/vera-kushnir-lyubite-zhivyx/ http://morgulis.tv/2011/01/vera-kushnir-lyubite-zhivyx/#comments Sun, 16 Jan 2011 16:25:05 +0000 admin http://morgulis.tv/?p=3098 Умерла Вера Сергеевна Кушнир, наиболее талантливая поэтесса в среде русскоязычных евангельских верующих. Ей было 85 лет. Вся её жизнь прошла в служении Богу и служению поэзии. Впрочем, когда поэзия талантлива и добра, она и служит Богу. О В.Кушнир мы напишем отдельно, а сегодня предлагаем несколько строчек из её стихов. Пусть они будут свидетельством о ней, о её мыслях, о её отношении к жизни.

Михаил Моргулис

Вера Сергеевна Кушнир :

ЛЮБИТЕ ЖИВЫХ !

….И я напоминаю людям вновь:

Не ждите смерти и венков не ждите !

Венки всегда дешевле, чем любовь,

Живых людей жалейте и любите !

Всё повторится снова!

Чего от жизни ждешь?

В твоих глазах усталость,

давно покрылись инием виски.

Ты понимаешь что подкралась старость

Чего от жизни ждешь ?

Она дарит живое

И если ты от жизни смерти ждешь,

Ты заблужденье принял роковое….

Чего от жизни ждешь ?

Жди от нее живого !

Жив только Бог и тот кто в Нем,- живет.

Пускай в тебя вселится Его Слово

Оно в тебе и смерть переживет

И ты счастливым в вечность перейдеш.

Чего от жизни ждешь ?!

Всё повторится снова!