Неодолимая любовь к жизни

rememberingВспоминая хорошего человека, мы часто говорим — он так любил жизнь… А что мы вкладываем в эти слова? Какой смысл? Что значит — «любить жизнь»? Разве есть люди, которые жизнь не любят? Или это довольно редкий дар — наслаждаться жизнью, ценить её неожиданные повороты, любить каждый прожитый день?

Оказывается, да — любить жизнь дано не каждому. Более того, жизнелюбы встречаются не так уж и часто. И нам они кажутся необыкновенными гурманами, людьми, которые хорошо разбираются в простых житейских радостях. И по этой причине они необыкновенно счастливы.

На самом деле эти счастливцы вовсе не столь счастливы, как может показаться с их слов. Жизнелюбами бывают и люди нуждающиеся, и неудачливые в любви, и инвалиды. Все они по общепринятым представлениям должны быть несчастными. А они — счастливы.

Причина их счастья — в них самих, в их ощущении жизни. Каждый день они просыпаются с улыбкой. С улыбкой смотрят на мир. С улыбкой встречают вечер. И с улыбкой засыпают, чтобы встретить новый день — с такой же улыбкой.

Согласитесь, картина необычная. Мы не привыкли видеть улыбки на лицах людей. И в наше время улыбаемся больше и чаще, чем было раньше, но всё равно недостаточно. Поэтому, попадая за границу, мы поначалу не можем отделаться от мысли — что это они все улыбаются? А вернувшись домой, никак не можем отвыкнуть от неизвестно откуда взявшейся привычки улыбаться всем и каждому.

Так что же, мы не жизнелюбы? В большинстве своём, к сожалению, нет. Мы всегда что-то преодолеваем. Всегда ждём каких-то неприятностей. И счастье наше заключается в том, что следующий день не выдался хуже предыдущего. Отсутствие неприятностей — вот формула нашего всеобщего счастья. Его необходимое условие и главная причина. И всё вроде бы верно. За одним лишь исключением — по этому правилу невозможно почувствовать прилив счастья, если у тебя самого что-то не в полном порядке. Палец молотком прибил — и счастью конец. Вспомнил о бушующих военных конфликтах где-то на краю земли — и прощай, желанная гармония чувств. Услышал сердитый вскрик соседа за стенкой, впечатлился чужими страстями — и спокойствия на сердце как ни бывало. О каких-то физических недостатках, болезнях и пережитых в прошлом трагедиях и не говорим.

Получается, что любовь к жизни, действительно, свойственна лишь немногим из нас. И мы искренне удивлены, когда встречаем на своём пути весельчака, жизнелюба и оптимиста. Мы вспоминаем эти нечастые встречи. Мы завидуем этим людям — их легкому отношению к жизни, их способности забывать неприятности.

Зависть — чувство нехорошее и деструктивное. Но здесь есть, чему завидовать. Стоит лишь присмотреться к этим воздушным, искрящимся экстравертам. Для них, к примеру, не существует политических дрязг. До определённого предела, конечно. Вряд ли оптимистический взгляд на действительность помог бы хоть кому-то пережить репрессии 1937 года. Тут уж как ни оценивай происходящее, но ежели коготок увяз, всей птичке пропасть.

Но саму атмосферу тяжелых предвоенных лет оптимисты переживали легче. Если удавалось уцелеть, не попасть под молох государственной машины, то всё остальное было уже не страшно — поскольку страшной жизни в восприятии этих людей не бывает. Они способны находить положительные стороны в самых тяжёлых жизненных обстоятельствах. Кем были балагуры, шутники, гармонисты и рассказчики, которых всю жизнь вспоминали солдаты той великой войны? Оптимистами-жизнелюбами. И вспоминали же. В рассказах стариков непременно находилось место смешным случаям. Хотя, какой уж тут смех — люди гибли в невероятных количествах. Им было явно не до веселья.

Жизнелюбие — свойство не только человеческого характера, но и возраста. Чем мы моложе, тем жизнелюбия в нас больше. Пресловутые «розовые очки» — неоправданный (якобы) оптимизм, комплиментарная оценка происходящего, благодушное отношение ко всему, что окружает человека, даже к врагам — присущи людям молодым. А пожившим, зрелым больше к лицу сдержанный пессимизм, недоверчивость, скептическое отношение ко всему новому — то есть то, что мы обычно называем «здоровым консерватизмом».

Счастливы ли в таком случае молодые? Счастливей ли они нас, людей пожилых? И да, и нет. Да — потому что молодость всегда лучше старости (хотя бы из-за того, что до конца отведённого срока молодым ещё жить и жить). Нет — потому что молодые, по мнению пожилых, просто не в курсе, как они несчастны.

Жизнелюбивые люди не укладываются в наше представление о мудрости. Весёлая молодежь кажется нам глупой, а её оптимистичный настрой — неоправданным. Жизнелюбивые старики вызывают, скорее, сочувствие и даже жалость. Но лишь до той поры, пока мы к ним ни прислушаемся, ни попытаемся вникнуть в проповедуемые ими истины. И тогда всё меняется. И мы понимаем — именно так и надо было жить. Не вникая в глобальные проблемы, решить которые мы всё равно не в силах. И не упуская жизнеутверждающих мелочей, которые на поверку и не мелочи вовсе, а самая что ни на есть суть жизни.

Как, к примеру, избавить себя от ежедневной нервотрёпки после прочтения газетных статей? Там — рвануло, здесь — взорвалось. Да сколько же можно?! Нисколько. Выбросьте газету. И больше к ней не прикасайтесь. Не включайте телевизор. Черпайте новости только из тех источников, которым вы доверяете.

Всё просто. Но выполнимо ли? Выполнимо. Я двенадцать лет не читаю газет. И три года не смотрю телевизор. Вообще, ни один из каналов. Я не умер, не деградировал, не утратил способности работать в качестве (представьте себе) журналиста. То есть я могу служить доказательством постулата, что отказ от чтения газет и просмотра телепередач не понижает, а, напротив, повышает качество жизни. Вы можете этому доказательству (то есть мне) верить или не верить. Но факт остаётся фактом.

Другая сторона этой же проблемы. Отказ от будоражащих новостей — это что, голову в песок, как страус? Ничего подобного. Прочитывая газетную сводку новостей, мы следуем воле редактора, составившего её, и подчинённой ему команды журналистов. Жизнь намного многообразней, чем эта сводка. В окружающем мире хватает места и для ужасных трагедий, и для воодушевляющих подвигов. Все дело в подаче новостей и в их пропорциях. Ищите интересующую вас информацию сами.

Это лишь одна сторона будней, которая лишает нас жизнелюбия. Вот другой пример — наша печаль по поводу стремительно ускользающей жизни. Каждое утро мы смотрим в зеркало и с огорчением замечаем морщинки, седые волосы и другие свидетельства старения. Наш уход — дело времени. Он неотвратим. И мы это знаем наверняка. Жить вечно невозможно. И даже прожить «свои сто лет» дано одному человеку из (наверное) миллиона. Жизнь большинства из нас существенно короче.

Если думать об этом постоянно, будни превратятся в кошмар. А если… не думать? Или успокоиться и не бояться того, что рано или поздно с нами произойдёт? Если попытаться отыскать положительные моменты и в этом?

Знаете, чем жизнелюбы отличаются от нас, неисправимых скептиков? Для них жизнь не имеет трагического финала, поскольку вместе с дыханием и мыслью уходят и ощущения. Жизнелюбы бессмертны… Но самое поразительное, что бессмертны и все мы! Только они уверены в своём предположении. А мы об этом даже не задумываемся.

От редакции сайта: Автор написал отличную умную статью, но названия скептикам и жизнелюбам дал не вполне точные. Жизнелюбы – это люди уверовавшие в Бога, более точно, в Христа, и поэтому получившие возможность вечной жизни. Это подтверждает самый важный христианский документ – Библия. А скептики, это те кто сомневается в получении новой жизни через Христа, это не классические атеисты, богословы их называют агностиками.  Верующие приобретают новую жизнь. Атеисты свой путь к новой  жизни  отрезали. А у сомневающихся есть шанс.И очень серьёзный, и очень актуальный. Ибо мы живём в почти безумном мире, и одним, без Бога, нам  не выдержать ни в этой жизни, ни в новой.

мм

Share

One thought on “Неодолимая любовь к жизни

  1. Здорово рассказали, очень мне помогло. Прямо попали в мою жизнь 7 И тот кто дописал про Бога, тоже попал в жизнь мою. Писал кто-то непростой человек. Спасибо.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Я не робот.