Все смешалось в доме Обамы. Алексей Тарасов

Неделя из жизни президента США или

прорывы и провалы в политике Барака Обамы

Как редактору журнала «Russian-American Business» мне нередко доводилось работать в Белом доме во времена правления администрации Джорджа Буша и в первый год работы Барака Обамы. В очередной раз оказаться в резиденции президента США мне удалось в начале декабря, как раз в разгар дебатов по продлению налоговых послаблений и ратификации российско-американского договора о сокращении стратегических вооружений СНВ III. Общее настроение в коридорах американской власти кажется теперь более пессимистичным, чем раньше.

Русский?! С дипломатом?!

После тщательной проверки моих документов сотрудниками Национального совета по безопасности и секретной службы, федеральный агент на пропускном пункте, расположенном на Пенсильвания авеню, выдал мне розовый пропуск для прохождения на территорию Белого дома. Кэролин, молодая сотрудница пресс-службы президента США, встретила меня у ворот.

– Правила изменились, – объяснила она. – Теперь журналисты-международники могут ходить по Белому дому только в сопровождении работников администрации.

Я посмотрел на часы. С минуты на минуту должен был приземлиться вертолет Обамы на южную лужайку у Белого дома, и мы могли не успеть на церемонию.

– Они вот-вот прилетят, побежали – подтвердила эти опасения моя сопровождающая. Быстрым шагом мы прошлись вдоль Западного крыла, забежали внутрь Белого дома и открыли двери, выходящие к южной лужайке. В моей руке был черный дипломат. У места сбора пресс-пула на траве перед Белым домом стоял высокий, крепкий человек в синей форме генерала Военно-воздушных сил США. Он сразу обратил на меня пристальное внимание, грозно спросив:

– Кто запустил сюда этого международного журналиста с большим черным дипломатом?

– Пропуск был выдан правильно, меня проверили агенты Секретной службы, – ответил я.

– Если хотите, я покажу вам содержимое своего дипломата, – поспешил добавить я, щелкнув замком на крышке атташе-кейса. За меня тут же вступились стоявшие рядом сотрудники пресс-службы президента.

– Что, вы позволите этому русскому журналисту ходить по Белому дому с дипломатом? – гневно спросил американский военный. – Кто знает, что у него там внутри? Дайте мне имя той девочки, которая привела его сюда, и я с ней разберусь.

Но было уже поздно. Вертолет президента США «Морпех-1» приземлился, из переднего люка вышел солдат почетного караула, отдал честь и открыл заднюю дверь вертолета. Барак Обама в черном пальто спустился по трапу, и решительным шагом пошел в направлении Овального кабинета.

Хуже, чем в Великую депрессию

Пресс-конференции в Белом доме с участием самого главы государства устраиваются достаточно нечасто. Брифинги для пресс-пула, состоящего примерно из 30 журналистов, в обычные дни ведет Роберт Гиббс, бессменный советник Обамы по работе с четвертой ветвью власти.

В аудитории маленькой, узкой пресс-комнаты, носящей имя Джеймса Брейди, пресс-секретаря Рональда Рейгана, которого серьезно ранило при попытке покушения на президента в 1981 г., находились такие известные журналисты как Джордж Стефанополус от ABC News, корреспондент NBC Чак Тодд, журналист CNN Дэн Лотиан, ведущий Скот Хорсли с «Национального общественного радио», Марк Амбайндер из издания «Национальный журнал», Питер Бэйкер из «Нью-Йорк Таймс».

И вот, в комнату, наполненную журналистами, входит президент Обама. В личном общении он кажется еще более обаятельным и харизматичным, нежели на экранах телевизоров.

Смысл выступления президента сводится к тому, что компромисс по налоговым послаблениям – меньшее из всех зол, которые могли бы приключиться с американской экономикой с началом нового года. Президент также отметил, что за последние два года все его усилия были направлены лишь на сдерживание натиска экономических проблем, унаследованных от предыдущей администрации.

– Два последних года были временем принятия экстренных мер в экономике, нацеленных на спасение банковского сектора, автомобильной промышленности, сохранение пособий по безработице и решение ряда других сложных вопросов, таких как дефицитные бюджеты штатов. Ситуация в целом стабилизировалась, однако для многих, для тех кто потерял работу, она продолжает оставаться сложной, – сказал Обама.

В другой части своего выступления американский лидер отметил, что еще совсем недавно в феврале 2009 года Америка находилась на пороге новой Великой депрессии. – Уровень безработицы мог достигнуть 15 или 20 процентов. Кто знает, что бы случилось, если бы не наши меры по стабилизации финансовой системы, – отметил глава государства.

– Мая главная цель – сделать как можно лучше для народа США, чтобы способствовать экономическому росту и увеличению количества рабочих мест, – сказал Обама. Президент объяснил, что его предложение по налогам позволит 2 миллионам американцев, потерявших работу во время кризиса, продолжать получать пособия по безработице в следующем году. – В противном случае, – заявил президент – эти люди не смогут кормить свои семьи и платить по счетам.

Если план Обамы не утвердят сенаторы и члены Палаты представителей до 1 января, налоги средней американской семьи возрастут на три тысячи долларов в год и безработные американцы утратят федеральные пособия.

– То, что я сейчас собираюсь сделать, даст людям реальные деньги.  Я не хочу играть в игры с американским народом. Моя задача – помочь американцам из среднего класса, которые сейчас пытаются держаться на плаву.

Отвечая на вопросы журналистов, президент Америки объяснил, что самые важные вопросы сегодняшних дебатов не о том, как будет выглядеть налоговый кодекс, а о том, как США могут оставаться конкурентоспособными в экономической гонке 21 века. Президент отметил, что недавние исследования показали падение позиции американской образовательной системы в областях математики и точных наук.

Когда Обама говорил, что у многих людей не будет хватать денег для того чтобы «класть еду себе на стол», впечатление складывалось такое, что президент говорит про какую-то страну третьего мира, а не про Соединенные Штаты Америки.

Во время выступления Обамы, из-за двери в левом углу зала периодически выглядывал главный советник президента Дэвид Аксельрод. Бывшему стратегу предвыборного штаба Обамы до конца недели пришлось немало поработать, чтобы спасти программу своего шефа от критики однопартийцев-демократов.

Мы наступаем по всем направлениям

Компромисс Обамы, ставящий своей целью оказание помощи среднему классу и малоимущим, будет колоссальным бременем для бюджета страны. Так как налоговые послабления для самых богатых американцев остаются в силе согласно плану президента, американское казначейство недосчитается около 857 миллиардов долларов на протяжении последующих 10 лет. После того, как Обама объявил о том, что он достиг компромисса с республиканцами в отношении налоговых поблажек, против американского президента ополчился ряд представителей Демократической партии. Одно из главных обещаний Барака Обамы во время его политической кампании заключалось в том, что он не оставит в силе налоговые уступки для богачей, введенные Джорджем Бушем. Причины, по которым 9 декабря демократы в Палате представителей приняли резолюцию не допускать долгожданный план Обамы по налогам к голосованию, вполне понятны. Так что, батальное полотно, изображающее битву политических сил за судьбу налоговых поблажек американскому президенту стирать еще рано…

Просчеты администрации Обамы в политике международной в полной мере достойны ее промахов в делах внутренних. Так, на этой же неделе в пресс-офисе Брейди наряду с Обамой появился еще один президент США – Билл Клинтон. Одной из его целей было убедить американских политиков принять налоговый план действующего главы государства. Вместе с тем, экс-президент не упустил шанс поговорить и про Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений между США и Россией.

– Я и Борис Ельцин согласились существенным образом сокращать ядерный потенциал наших держав еще в 1990 годы. Однако, в то время было очевидно, что российская Госдума не ратифицирует договор, предусматривающий столь обширные сокращения в ядерном арсенале страны, – сказал Клинтон… В своем выступлении Билл Клинтон еще раз хотел попросить у представителей обеих партий бдительности в отношении национальных интересов США. Между тем, сенатские республиканцы под руководством сенатора от штата Аризона Джона Кила планируют отложить ратификацию договора на неопределенный срок.

Казалось бы, то ли еще будет? Администрация президента терпит поражения на важнейших политических направлениях.  И вот, в понедельник 13 декабря, крушение потерпел еще один проект Барак Обамы – реформа здравоохранения. По ходатайству республиканского генпрокурора Вирджинии, федеральный суд в Ричмонде признал главные части медицинской реформы Обамы неконституционными. Судья Генри Хадсон постановил, что федеральное правительство не вправе принуждать жителей Америки приобретать полисы медицинского страхования против их воли. Хотя за этим решением последует череда апелляций, прецедент, установленный в четвертом федеральном округе, в который входит Вирджиния, может быть использован в других регионах страны для того, чтобы также отменить действие реформы сектора здравоохранения.

Макроэкономическая картина в США выглядит еще более удручающе. Согласно расчетам Бюро по бюджету Конгресса США, дефицит американского бюджета в 2010 году достигнет 1,3 триллионов долларов. Текущий суверенный долг Америки составляет 13 триллионов 860 миллиардом долларов. Он растет со средней скоростью 4 миллиарда 140 миллионов в день. Ожидается, что долг Америки увеличится до 20 триллионов долларов к 2015 году. К 2020 году долг предположительно уже составит 100 процентов внутреннего валового продукта Соединенных Штатов. При этом, рост американской экономики будет колебаться от 2,6 до 4,6 процентов в год. Если разделить задолженность США на все население страны, получится, что каждый американец должен будет выплатить сегодня 44.760 долларов.

Возникают вопросы: за счет чего вообще держится Америка? На что расходуются такие астрономические средства? Как страна будет выходить из этой тяжелой ситуации? Обама уже не раз говорил о том, что страна была на грани новой Великой депрессии. Но ведь в реальном секторе американской экономики по большому счету существенных проблем не было. Были затронуты интересны отдельных многомиллиардных корпораций, которые вели сомнительные игры на фондовых рынках. В результате своих ошибок, эти крупные компании потеряли огромные финансовые средства и оказались на пороге потопления. Маленькие, средние, и даже многие крупные бизнесы в США не испытали существенных потрясений. Бизнесы на американских «Мэйн-стритах» продолжали спокойно работать во время больших колебаний на биржах. Они не получали никакой поддержки от государства. И вместе с тем, страна могла бы быть отброшена в 1930-ые годы… Из-за чего? Из-за того, что несколько крупных игроков на финансовых рынках приняли неправильные решения. Если в такой «рыночной» системе деятельность реального сектора экономики практически ничего не значит, то зачем же он вообще нужен? Когда-то давно старания, труд и индивидуальная коммерческая инициатива отдельно взятого человека могли способствовать укреплению американской экономики и американской идеи в целом. Сейчас получается, что каждый должен бороться только за себя. Те положительные вещи, которые делают мелкий и средний бизнес, не могут спасти экономику. Государственные расходы стали столь велики, что американское правительство вынуждено всецело полагаться на финансовый сектор для поддержания своей платежеспособности. Мелкие и средние бизнесы как не видели федеральных долларов, так и не видят… Пожалуй, в этом разрыве между биржевым и финансовым рынками и реальной экономикой, между «Уолл-стрит» и «Мэйн-стрит», как раз и заключается главная дилемма, стоящая пред американским правительством и перед президентом Обамой.

Разведчики в парке

Моим «приключениям» в тот день, когда американский военный потребовал повторного досмотра моего дипломата, не было суждено кончиться просто так. Когда я в конце дня покинул Западное крыло и отошел от Белого дома на несколько кварталов, навстречу мне попался одетый в отрепье бездомный. – Сэр, скажите вы ведь юрист? – спросил меня этот человек. Его голос и выражение лица были более характерны американскому офицеру, а отнюдь не бомжу из Лафайет парка. – Вы так хорошо одеты. Вы, должно быть, работаете адвокатом. Не найдется ли у вас доллара? – Нет ответил я, есть катарские риалы и российские рубли, а вот наличных долларов у меня нет.

– Ах, вы из России? Так я был в Москве, Ленинграде, Киеве и даже Владивостоке! Скажите, а что же вы делаете в США – какова цель вашей работы? – Вы были правы, я действительно юрист, – сказал я своему собеседнику, вспоминая, как неделю назад я принимал присягу конституции США перед председателем Верховного суда штата Техас. – Это я и хотел услышать, – признался мне мой «бесприютный» собеседник. Мне сразу стало понятно, что передо мной совсем не вашингтонский бродяга, а агент какого-то американского разведведомства.

В конце дня, волнуясь о судьбе молодой Кэролин, я все-таки решил позвонить в Совет безопасности США и уточнить, что генерал ВВС, встречающий Обаму у трапа, не решил из-за меня торпедировать карьеру юной сотрудницы пресс-службы президента.

– Не волнуйтесь за это недоразумение – ответила мне представительница американского разведывательного агентства. – Это мы должны перед вами извиняться, забудьте об этом инциденте.

Приятно осознавать, что хотя бы внутри самой администрации американского президента пока еще ведется координированная работа. Да и потом, поимки очередного русского «шпиона», гуляющего по Западному крылу Белого дома с черным дипломатом удалось избежать.

Алексей Тарасов,

заместитель редактора журнала «Russian-American Business»,

доктор юриспруденции

Share

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Я не робот.